Вернувшись домой, они встретили у ворот причитающую Нину Ивановну и Настю, которая была вся в слезах.
- Ой, Божечки, вернулись наконец! – бабушка кинулась сначала к внуку, но увидев в каком состоянии дочь, обняла её. – Всё в порядке, милая?
- Да, мам, всё нормально… - кивнула та, но тут же повернулась к сыну: - Видишь, как тебя встречают? Как с вoйны всё равно… - и она схватила его за руку. – Ты понимаешь, что мы тут пережили, когда ты уехал со своим пьяным отцом? Ваня, ты уже не маленький, посмотри, какой вымахал… Но предпочитаешь делать всякие глупости… Пойми же наконец, это не детские шалости, это гораздо хуже! Представь себе на минуточку, что это не собака выскочила на дорогу, а… кто угодно – ребёнок, старушка, велосипедист… То, что тебя отец научил водить – это хорошо, меня тоже папа научил, когда я в школе училась, однако мы с ним по селу не ездили, только ЗА… селом! И уж всегда в трезвом виде. В общем, я тебя предупредила… Пусть я не оберусь позора, но тобой займётся инспектор по делам несовершеннолетних, уж там-то с тобой церемониться не станут! – разгневанно ходила она перед ним взад-вперёд, уперев руки в бока, а все, замерев и не произнося ни слова, смотрели на них, не решаясь вмешиваться.
- Мам, ну хватит, понял я, - проканючил наконец Ваня.
- Понял? Очень надеюсь! – кивнула она и оглядела всех, выстроившихся вдоль стены. – А вы что тут? Зачем стоите? – растерянно спросила она.
- Мы просто не мешаем, а ты во всём права! – ответила за всех Лина.
- Идёмте чаю выпьем… Или уже чего покрепче, - махнула рукой Нина Ивановна, вызвав нестройный смешок.
- Вот в самый раз, тётя Нина, полностью с Вами согласна насчёт чего покрепче! – обняла её Лина и звонко поцеловала в щёку. – Умм, дорогая моя, идём скорее! – и, подхватив под руки её и Настю, увела их в сторону летней кухни.
- На отца ворчите, а сами… - пробурчал Ваня.
- Молчи лучше! – свозь зубы произнесла Тая и сделала совсем уж неожиданное - отвесила сыну подзатыльник.
- Это тебя в пединституте научили? – потирая затылок, огрызнулся Иван, не ожидавший такого от матери.
- Да, особый предмет был – практическая педагогика называется! – не осталась в долгу мать. – Иди уже, не зли меня, а то я вспомню ещё пару советов из этого учебника.
- Фантомас разбушевался, - пробурчал сын и быстрым шагом ушёл вслед за остальными.
- Прости, Георгий, что тебе пришлось сегодня так познакомиться с нами, но… - она развела руками, - такие вот мы!
- Не надо мне ничего объяснять, я всё сам вижу – на твоих плечах слишком большая ноша и ты едва справляешься с ней… - задумчиво сказал он, но вдруг спохватился и начал оправдываться: - Надеюсь, ты поняла, что я хотел сказать… Не то, что ты не можешь справиться, а то, что ноша эта не для хрупкой женщины…
- Я поняла, Георгий, поняла… Но это мой сын, а отец его, мягко сказать, никакой, поэтому приходится мне… Но самое главное, что Ванька любит его, вот, прям, с самого детства… что бы тот не делал, всё равно он любимый папочка, а я из кожи вон лезу, но всегда лишь в сухом остатке…
- Не говори так, дети у тебя хорошие, дочь вон какая помощница, а сын… С подростками всегда непросто… и раз ты говоришь, что он так любит отца, значит и подражает ему во всём, подсознательно считая, что это правильно, - спокойно размышлял Георгий.
- Но перед ним был пример и моего отца, а это самый лучший мужчина на свете – серьёзный, ответственный, добрый, любящий… Но почему-то Иван подражает не ему, а своему папочке-разгильдяю… Хотя, чему я удивляюсь, мне ведь тоже родители говорили, чтобы я десять раз подумала и внимательно рассмотрела, за кого замуж собралась, но кто бы их слушал! – иронично усмехнувшись, сказала Тая.
- Не кори себя, не ты первая, не ты последняя, кто умён задним умом, - произнёс Георгий, - практически люди все такие в той или иной мере.
- Спасибо, что впихиваешь в меня уверенность и самооценку! - улыбнулась Тая, подумав, что этот Жора очень удачно появился в её жизни, он очень хороший товарищ, но не более того, в ином ракурсе – нет, нет и нет!
- Ну что ты, ты и сама… очень сильная женщина, таких ещё поискать… и ещё красивая и умная, - как-то слишком нежно произнёс он, что совсем не понравилось Тае, но ещё больше не понравился его взгляд, уже в который раз за сегодня замеченный и безошибочно расшифрованный ею.
Внезапно она ощутила резкий прилив жара к вискам. Это вовсе не означало всплеск каких-то особых чувств, совсем наоборот – это были одновременно испуг, разочарование и ещё ощущение, что она оказалась в ловушке. Только что определив своё отношение к Георгию, как герою совсем не её романа, Таисия почувствовала неприятную тяжесть под ложечкой, не зная, как уничтожить то, что уже зарождается. И не в её сердце. Со своим-то справиться можно, а вот другое освободить, не ранив его, это как? Неприятно и неловко, а подчас и мучительно, потому что надо сказать твёрдое «нет», заведомо зная, как это ранит.
- Идём пить чай, нас, наверное, заждались уже… - слишком резко сказала Тая и опустила глаза, но тут же отругала себя за то, что не смогла остаться равнодушной, сделать вид, будто бы ничего не произошло.
После чаепития все отправились спать и, оказавшись одна в своей спальне, Тая облегчённо вздохнула. Пролежав пару часов без сна, она переворошила кучу мыслей. Главные были, конечно, о Ване и случившемся сегодня. Тая составляла планы контроля над сыном и тут же браковала их, находя там существенные изъяны.
- Вот если бы и отец тоже был настроен на то, чтобы Иван вырос достойным человеком – серьёзным, добрым, порядочным… - она не заметила, как заговорила вслух, заложив руки за голову и глядя на пересекающую потолок полоску лунного света, проникшего сюда через приоткрытую шторку. – Клише, конечно, все матери хотят того же для своих детей, а ещё чтобы они были здоровыми, образованными… - усмехнулась она. – Только в нашем случае всё не так просто – Гриша будто нарочно провоцирует у Вани желание похулиганить… Был бы он таким, как мой отец… или как Георгий…
Таины мысли побежали дальше, рисуя в воображении совсем уж идиллическую картину: они с детьми сдружились с Георгием, он становится частым гостем в их доме и его мудрые советы выручают их в некоторых бытовых трудностях. Ей виделось, как они пьют чай с печеньем на кухне и что-то обсуждают, смеются добрым шуткам, советуются в каких-то важных вопросах, и всё это так тепло и доброжелательно. И самое главное, что проходило красной линией в её воображении, - нет никакой неловкости, вызванной намёками на нечто отличное от дружбы…
- Хватит уже мечтать, дорогая Таечка! – остановила она свой наивный мыслепоток и, повернувшись на бок, улеглась поудобнее, надеясь заснуть. – Да и вообще успокойся, дурочка, может, ты ему и не нужна вовсе! – пыталась она успокоить себя, но его взгляд, тут же вспомнившийся ей, говорил об обратном.
Утром Тая чувствовала ещё большую напряжённость, чем накануне. Все остальные суетились, что-то весело обсуждали, накрывая стол к завтраку, а она тщательно следила, чтобы не оказаться рядом с гостем и старательно отводила глаза, чтобы не встретиться с ними взглядом. К счастью, её внутреннюю скованность заметила одна Лина. Она и помогла сестрёнке, отвлекая её и всех разговорами, а ещё старательно кряхтела, всё время потирая поясницу после вчерашнего трудового десанта на картофельном поле.
И лишь когда Георгий распрощался и уехал, она увела Таю в сад, решив поговорить с ней откровенно.
- Что происходит, дорогая? Ты почему шарахалась сегодня от Жоры, как нечистый от ладана?
- Ты что, Лина, тебе, наверное, показалось… - промямлила Тая, опустив глаза.
- Ага, показалось, - кивнула та, - сегодня показалось, что ты на него посмотреть боишься, а вчера показалось, что он с тебя глаз не сводит… Я поняла, в чём дело - Жорка тебе что-то сказал, да? Приставал? – напрямую спросила она.
- Нет, не приставал, но… ты сама сказала, что глаз не сводил… Как ни гляну – его глаза на мне! И взгляд такой, знаешь… прилипчивый какой-то… Линочка, понимаешь… в общем, мне это не надо!
- Наверное, понимаю, - неожиданно согласилась та, - знаешь, он в молодости был тот ещё бабник, об этом в семье говорили, я слышала… Жена его жаловалась иногда родне, но он всегда на должностях был, зарабатывал неплохо и она смирялась с его… что там было, не знаю – простой флирт или измены… в общем, о чём-то серьёзном не говорилось, так что я не знаю. Но со временем он успокоился, они вроде как зажили душа в душу, а потом вдруг до нас долетела новость, что Марта ушла от Жоры и даже вышла замуж. Это была сенсация века, а что у них произошло, мы так и не знаем…
- Но я не хочу никаких отношений с ним, он слишком взрослый, - поспешила уточнить Тая, - и все его вот эти взгляды… как у юнца… бесят меня, если честно!
- Да понимаю тебя и согласна, что он взрослый, я бы даже сказала старый для тебя… Если хочешь, я поговорю с ним, - предложила Лина.
- Нет, не надо… пока не надо, надеюсь, он понял… это же бьёт по самолюбию, когда тебя отвергают… и надеюсь, что он больше не будет приезжать вот так, без предупреждения, - рассуждала она.
- А ты его отвергла? В смысле, он что-то предлагал? Когда успел-то…
- Нет, не предлагал так прямо, но… взгляды его эти… комплименты… всё вроде как в воздухе витает…
- Ну если никакого разговора прямого не было, то ничего он и не понял, разумеется! Ладно, если ещё раз заявится и свои слащавенькие глазки распустит, я ему скажу, куда надо ими смотреть, не переживай! А когда я уеду, у него не будет причин приезжать к вам просто так, без приглашения, - решила Лина и Тая была с ней согласна.
Ещё она приняла важное для всех решение переехать назад в село. Маму одну оставлять было боязно, в этом случае пришлось бы часто ездить к ней, а это не всегда удобно, да и не просто – впереди дожди, снегопад и гололедица… Взвесив все за и против, Тая обратилась в местную школу и узнала, что им как раз нужен педагог русского языка и литературы, что, собственно, и стало решающим моментом. Тех, кто знал её историю с Кириллом, в школе осталось не так много, да и подзабылась уже их интрижка, так что можно было не переживать о шепотках за спиной.
Квартиру, которую они купили три года назад, и за которую ещё выплачивался кредит в банке, она не стала ни продавать, ни сдавать никому. Решено было, что там будет жить Настя, пока учится, а дальше время покажет. Все эти вопросы они обсуждали на семейном совете и все были согласны, кроме Вани.
- Ещё чего! Переезжать в эту деревню? Да ни за что! – возмущался он.
- Ещё как переедем! Пока ты находишься на моём иждивении, будешь жить там, где буду жить я, - заявила ему мать, - так что можешь выплеснуть сейчас свой гнев, я разрешаю тебе, а завтра начинай морально готовиться к новой жизни. И слушай правила: с папочкой встречаться только по выходным и только здесь, никаких поездок к нему в город!
- Что ещё за репрессии?
- А я вам обоим не доверяю, поэтому только так! Когда увижу, что вы стали благонадёжными, тогда пересмотрим условия! – холодно сообщила Тая. – И прошу не забывать, что любая выходка – заявление в милицию, так что трижды подумай, где твой папочка может оказаться в случае чего!
- Да чё блин, такое! Одни запреты! Я тоже тогда делать ничего не буду! – вскочив, Ваня перевернул стул и с психу пнул его.
- Не советую, это может плохо кончиться! – спокойно ответила Тая и уехала в город.
Вскоре после её отъезда к ним приехал Георгий. Он привёз Лине какие-то справки, фотографии, документы, которые она должна была отвезти его родственникам в Германию. Сам он тоже уже некоторое время задумывался о переезде, но никак не решался.
Узнав, что Таисии дома нет и до вечера она вряд ли вернётся, а может остаться в городе и на ночь, ведь дел в связи с переездом немало, он тут же предложил свою помощь.
- Не стоит, Жора, она и от моей помощи отказалась, может, у неё там какие-то свои дела, понимаешь? – осадила его пыл Ангелина.
- Что ты имеешь в виду?
- Ну, может, встреча важная какая…
- С мужем, что ли?
- Да почему с мужем, кроме него не с кем, что ли?
- Ты серьёзно?
- А ты серьёзно решил подкатить к ней? – напрямую спросила его Лина.
- Мы оба взрослые люди, почему бы не попробовать стать ближе друг другу, - не стал скрывать он своих намерений.
- Вот именно взрослые, Жора! Ты понимаешь, насколько ты взрослый для Таи?
- Лин, тебе не кажется, что ты…
- Лезу не в своё дело, да? – закончила она за него и тут же ответила: - Не кажется, Жора! Забудь про Таю, тебе здесь ловить нечего.
- Посмотрим! – уклончиво ответил он с лукавой улыбкой и, попрощавшись, уехал.
Жизнь Таи и её семьи потихоньку перестраивалась на новый лад в старых сельских условиях. С началом учебного года она приступила к работе, а дети к учёбе. Настя приезжала к ним по выходным, иногда Тая с Ваней и бабушкой навещали её сами.
Григорий приезжал к сыну очень редко, ссылаясь на занятость, хотя его вид красноречивее слов говорил о любимых занятиях. Иван продолжал ворчать о своём невыносимом положении, заключающемся в тотальном материнском контроле, но Тая не обращала внимания на его нытьё. Да ей и некогда было – уроки в школе, индивидуальные занятия продолжались до вечера, а вечером – планы, проверка тетрадей, да и по хозяйству Нине Ивановне необходимо было помочь, хотя та старалась справляться сама, жалея дочь.
Лина уехала домой, и с её отъездом Георгий тоже перестал к ним приезжать. Тая почти не вспоминала о нём, а если всё же в памяти всплывал его образ, то она сразу же чувствовала лёгкий укол стыда за мысли о его к ней интересе. Поэтому, когда спустя несколько месяцев раздался телефонный звонок, ответив на который, Тая узнала голос Георгия, она ощутила уже знакомую неловкость и… неожиданную радость.
- Здравствуй, Тая!
- Здравствуйте! – ответила она, выдавая свою растерянность.
- Я только что вернулся из Германии, ездил в гости… Лина передала вам кое-какие гостинцы, я хотел бы завезти их вам, скажите, завтра удобно будет?
- Удобно, - поспешно ответила Тая.
- Тогда я приеду, - пообещал Георгий и сразу же попрощался.
Никаких вопросов, пустых разговоров, рассказов, только отстранённое сообщение о приезде и его причинах – всё!
- Что это значит? – спросила пустоту комнаты Тая, ощутив неприятное чувство досады или обиды, а может, и то и другое одновременно. – А со мной что? Я соскучилась? Кажется, да…
***
Авторское право данного произведения подтверждено на портале Проза.ру
_________________________________
___________________________________