Такое чувство, будто за последние 12 месяцев я постарел сразу лет на пять. Честно говоря, моя былая прыть куда-то испарилась, а порох в пороховницах откровенно отсырел.
Поймите меня правильно. Старость мне вполне к лицу, и я планирую задержаться на этом свете подольше. Я хочу выжать из этого апельсина под названием «жизнь» все соки до последней капли, где бы я при этом ни находился — дома на диване или в палате интенсивной терапии (хотя дома, конечно, предпочтительнее). Я смотрю на свой возраст с позитивом. Но всё же...
Восемьдесят один год — это как тащить в гору рюкзак, доверху набитый кирпичами. Восемьдесят один — это когда в зеркале вдруг на тебя смотрит какой-то подозрительный незнакомец. Это когда ты физически не можешь пробежаться по аэропорту, чтобы успеть на пересадку (даже если очень хочется). Восемьдесят один — это когда ты принарядился, а идти некуда. Или идти есть куда, но совершенно нечего надеть (потому что всё резко стало маловато или вышло из моды лет сорок назад).
Боль неизбежна. Страдание — личный выбор каждого.
Старость — это просто череда каких-то напастей и физически лучше уже не станет. Но не вешайте нос: наше восприятие старости вполне может улучшиться! Да, без боли не обойдется, но, как мудро подметил Харуки Мураками: «Боль неизбежна. Страдание — личный выбор каждого».
Еще древний философ-стоик Эпиктет говорил: «Важно не то, что с вами происходит, а то, как вы на это реагируете». И если принять эту мысль близко к сердцу, она сработает как отличная анестезия от множества жизненных проблем.
«Боль неизбежна, страдание — опционально» — эта фраза должна стать нашим главным девизом на пенсии. Потому что болеть будет, тут к гадалке не ходи. Я часто шучу: если бы какой-нибудь двадцатилетний парень однажды утром проснулся в моем теле, он бы в панике вызвал скорую помощь. К счастью, старость подкрадывается медленно, шаг за шагом, поэтому мы не замечаем подвоха, пока в один прекрасный день вдруг не осознаем: батюшки, а мы ведь состарились!
Вся оставшаяся история моей жизни будет строиться на том, как я реагирую на сюрпризы, которые эта самая жизнь мне подкидывает. И это даже здорово! Значит, у меня всегда будет мотивация двигаться вперед, а не сидеть сложа руки.
Отражение ударов судьбы и сюрпризов стареющего организма дает мне повод не сдаваться. Заставляет искать нестандартные решения, дарить любовь друзьям и семье. И постоянно напоминать себе, что страдать или нет — решаю только я. Честное слово, если бы я придумал, как избавить пожилых людей от страданий, и начал продавать это в бутылочках, я бы уже давно потеснил Илона Маска в списке Forbes.
Боль никуда не денется, но надежда умирает последней
Последний год выдался откровенно паршивым. Я без конца изводил себя переживаниями за дочь: она никак не могла смириться с разводом, мучилась и в какой-то момент чуть не осталась на улице. Недавно она наконец-то получила причитающиеся ей при разводе деньги, так что угроза бездомности миновала. Но ее душевное состояние всё еще оставляет желать лучшего. А я тем временем учусь отпускать собственные страдания по этому поводу.
При этом я ни капли не жалею о своих бессонных ночах и тревогах. Я делал всё, что в моих силах, чтобы мой ребенок не оказался на улице. Сегодня я впервые иду на прием к психотерапевту. Очень надеюсь, что это поможет мне выдохнуть, отпустить чужую боль и заняться, наконец, своей жизнью. В конце концов, спокойный и уравновешенный дед будет куда полезнее для дочери, чем комок нервов.
На самом деле мой тяжелый год — это классика жанра. В преклонном возрасте такие периоды случаются у всех. Иногда подводит собственное здоровье, иногда болит душа за тех, кого мы любим. Без исключений: у всех нас в старости будут свои сложности и боль. Это просто часть контракта.
И не нужно делать круглые глаза, когда с хорошими людьми случаются плохие вещи. Как бы вы ни называли свой возраст, рано или поздно где-нибудь да заболит. Сюнрю Судзуки, основатель Дзэн-центра, пытался предупредить своих учеников о грядущей боли, но делал это тактично и с отличным чувством юмора.
На четвертый день долгой медитации, когда мы сидели с затекшими ногами, ноющими спинами, сомневаясь, стоит ли всё это таких мучений, мастер Судзуки начал свою речь. Он медленно произнес: «Проблемы, с которыми вы сейчас сталкиваетесь...» (мы все с надеждой замерли, ожидая услышать: «скоро пройдут»). «...будут сопровождать вас до конца ваших дней», — невозмутимо закончил он. Он сказал это с такой интонацией, что мы все просто расхохотались.
Мудрость мастера Судзуки — это горькая правда, завернутая в блестящую обертку юмора. Нам всем стоит жить, завернувшись в такую же обертку. Мой учитель по тай-чи как-то сказал: «Когда отказывают ноги — конец близок. Но когда отказывает чувство юмора — конец уже наступил». Можно, конечно, стиснуть зубы и стоически нести свой крест с каменным лицом, но тогда из вашей жизни разом улетучится вся радость.
Над старостью просто необходимо смеяться. Иначе это напоминает добровольную посадку на корабль, который выходит в море исключительно ради того, чтобы пойти ко дну. Согласитесь, без шуток этот сценарий выглядит как-то мрачновато.
Но если мы будем помнить, что страдать совершенно не обязательно, мы сможем идти по жизни чуть бодрее. И дышать станет чуточку легче.