Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

МАТЯГИН ИДЁТ В ГОСДУМУ

ЧТО НУЖНО ПОМНИТЬ ПЕРЕВОЗЧИКАМ. Владимир Матягин, президент Грузавтотранса, идёт на выборы в Госдуму от партии Справедливая Россия. Позиционирует себя как защитника перевозчиков. Давайте посмотрим на результаты этой “защиты”. 2015 год. Протесты против Платона. Пока тысячи дальнобойщиков стояли на трассах и требовали отмены системы, Грузавтотранс вёл отдельный диалог с чиновниками. На встречу с министром допустили именно их представителей. Итог известен всей стране — никакого моратория не было, Платон остался. 2017 год. Дагестан. Во время протестов дальнобойщики прямо говорили Матягину, что такие организации не отражают позицию реальных водителей. Ответ был простой: “надо реально смотреть на вещи” и “Платон уже не отменить”. Это многое объясняет. Когда перевозчики требовали борьбы с системой — им предлагали адаптироваться к ней. То же самое происходило и с весовым контролем. Пока водители массово получали спорные штрафы и теряли деньги из-за перегрузов и ошибок контроля, отрасли

МАТЯГИН ИДЁТ В ГОСДУМУ. ЧТО НУЖНО ПОМНИТЬ ПЕРЕВОЗЧИКАМ.

Владимир Матягин, президент Грузавтотранса, идёт на выборы в Госдуму от партии Справедливая Россия.

Позиционирует себя как защитника перевозчиков. Давайте посмотрим на результаты этой “защиты”.

2015 год. Протесты против Платона.

Пока тысячи дальнобойщиков стояли на трассах и требовали отмены системы, Грузавтотранс вёл отдельный диалог с чиновниками. На встречу с министром допустили именно их представителей. Итог известен всей стране — никакого моратория не было, Платон остался.

2017 год. Дагестан.

Во время протестов дальнобойщики прямо говорили Матягину, что такие организации не отражают позицию реальных водителей. Ответ был простой: “надо реально смотреть на вещи” и “Платон уже не отменить”.

Это многое объясняет.

Когда перевозчики требовали борьбы с системой — им предлагали адаптироваться к ней.

То же самое происходило и с весовым контролем. Пока водители массово получали спорные штрафы и теряли деньги из-за перегрузов и ошибок контроля, отрасли снова объясняли: сначала плати, потом обжалуй.

Только проблема в том, что для человека в кабинете это “процедура”, а для водителя — замороженные деньги, сорванный рейс и риск остаться без работы.

За 12 лет что реально изменилось для перевозчика?

Платон остался.

Весовой прессинг усилился.

Штрафов стало больше.

Ставки просели.

Фрахт грузоотправителя до сих пор скрыт.

Посредников меньше не стало.

Зато есть телеграм-каналы, комментарии и “юридическая помощь”.

Многие перевозчики рассказывают об одной и той же схеме: обращаешься с проблемой, тебя просят прислать документы, после чего всё заканчивается тишиной. Ни решения, ни ответа.

Главный вопрос остаётся прежним: какую именно проблему отрасли решили за эти годы?

И ещё один момент, который почему-то редко обсуждают.

Матягин никогда не работал на магистральной фуре. Он не знает, что такое жить неделями в кабине, стоять сутками на выгрузке, проходить весовой контроль на трассе или тащить рейс через полстраны за копейки.

Говорить от имени дальнобойщиков и быть дальнобойщиком — разные вещи.

Сегодня вокруг грузоперевозок уже выстроена огромная система: платформы, лизинг, цифровой контроль, посредники, сервисы. И теперь эта система всё активнее заходит в политику.

Поэтому вопрос уже не только в Матягине.

Вопрос в том, кто именно завтра будет представлять перевозчиков в Госдуме — люди с трассы или люди системы.

#дальнобойщики #грузоперевозки #выборы #госдума