К 130-летию Бородинского сражения.
Был 1812 год. Армии Наполеона, вторгшиеся в пределы русской земли, катились на Восток. Наполеон, завоевав всю Западную Европу, за исключением Англии, бросил против России 420-тысячное войско, стремясь подчинить себе нашу страну, а одновременно с этим нанести решающий удар и Великобритании.
Не имея возможности дать пограничное сражение вследствие явного превосходства сил противника, русское командование приняло единственно правильное в этих условиях решение: уклонившись от решительного боя с противником, изматывать его, расстроить его коммуникации, добиться соединения обеих своих армий, действующих на главном театре войны на пути движения Наполеона к Москве. Соединение это произошло в Смоленске.
Именно в Смоленске Наполеон встретил более или менее упорное сопротивление русских, хотя до «большой битвы», к которой так рвался завоеватель, дело не дошло. Главные силы русской армии продолжали отход на восток.
Вскоре после отхода русских войск от Смоленска император Александр I под давлением общественных слоев вынужден был назначить главнокомандующим армии Михаила Илларионовича Кутузова, которого сам не любил.
Кутузов - ученик и боевой сподвижник Суворова, прошел под его руководством классическую боевую школу, был одним из выдающихся русских полководцев и обладал незаурядным военным талантом.
Новый главнокомандующий знал, что правящие круги страны недовольны постоянным отступлением русских войск, знал, что народ ждет от него решительных действий. И хотя обстановка еще не благоприятствовала организации решающей битвы, Кутузов все же решил дать Наполеону генеральное сражение на подступах к Москве, ибо отдать без боя этот город был не в силах даже такой авторитетный военачальник, как князь главнокомандующий.
Первоначально выбранная начальником штаба Кутузова Беннигсеном позиция протянулась от Москвы-реки до дер. Шевардино. При этом линия фронта проходила под углом к направлению наступления противника, левый фланг у Шевардино выдавался вперед и был открыт. Невыгодность такого расположения была очевидной. Поэтому Кутузов, лично осмотревший выбранные позиции, решил отвести левый фланг назад к деревням Семеновское и Утица.
Шевардино с построенным редутом стало как бы передовым опорным пунктом.
Наполеон, узнав от своих лазутчиков, что русская армия остановилась, оживился. Он знал, что без разгрома и уничтожения русской армии нельзя считать быстрой ни захват территории, ни выигрыш частных боев. Он стремился к генеральному сражению, в котором рассчитывал разбить наголову русские войска.
Первое столкновение в этом историческом сражении произошло 5 сентября у Шевардинского редута. Армия Наполеона насчитывала к этому времени 138 тысяч солдат и 687 пушек. Русские войска исчислялись в 120 тысяч солдат и 640 орудий.
В течение всего дня 5 сентября шел бой за Шевардинский редут. 11 тысяч русских воинов стойко сдерживали непрекращающийся натиск 35 тысяч французских солдат. И только к концу редут был оставлен по приказанию Кутузова, как потерявший свое тактическое значение.
6 сентября было тихо. Этот день оба полководца провели в тщательной подготовке своих армий к генеральному сражению. Кутузов, прежде чем определить боевые порядки своих войск, учел все возможности противника, учёл вероятность маневра Наполеона и в соответствии с этим принял решение, расписав его в диспозиции.
Главные свои силы он сконцентрировал на правом своем фланге у новой Смоленской дороги, сохранив этим за собой свободу маневра в любом направлении, а резерв расположил за центром. При таком расположении наиболее уязвимым местом являлся левый фланг, прикрывавшийся вперед Шевардинским редутом. На это, как на ошибку, указывали Кутузову ближайшие к нему генералы.
Но великий полководец понимал природу боя значительно лучше своих современников. Он предвидел, что при расположении русских от Горок до Утице, противник по новой смоленской дороге, пролегавшей на правом фланге, или по старой, пересекающий левый фланг, может предпринять обход, окружить и уничтожить русскую армию. Сосредоточив же главные силы у новой смоленской дороги, Кутузов прикрывал главное стратегическое направление, сохраняя за собой свободу контрманевра. В случае неудачи он мог быстро отойти за Можайск, где обе эти дороги сходятся, и снова преградить Наполеон путь к Москве.
Вместе с этим, главнокомандующий не забывал и левый фланг. Здесь он скрытно сосредоточил корпус Тучково и ополчения, которые, по его замыслу должны были ударить в момент, когда противник израсходует последние свои резервы на атаку укреплений левого фланга - Семёновских флешей или, как их ещё называют по имени генерала, возглавлявшего защиту этих укреплений - Багратионовых флешей. Правда, замысел Кутузова не был осуществлен так как Беннигсен без ведома главнокомандующего преждевременно вывел эти силы из засады и поставил их под фронтальной удар, в то время, как они предназначались для нанесения удара во фланг и тыл атакующим французам.
Тем не менее, дальнейший ход событий подтвердил прозорливость Кутузова. Наполеон в силу такой расстановки русских войск не сумел осуществить задуманного маневра, и весь бой по существу вылился во
фронтальное сражение. Кутузов намеревался истощить наполеоновскую армию, в то же время сохранить свои резервы для решительного удара, что впоследствии он и сумел блестяще разрешить.
С утра 7 сентября послышалась барабанная дробь. Затем грянуло орудие, за ним другое. В орудийные выстрелы вплетались ружейная пальба. Начался бой - знаменитый Бородинский бой, положивший начало конца военной славы Наполеона и его армии.
«...Звучал булат, картечь визжала,
Рука бойцов колоть устала,
И ядрам пролетать мешала
Гора кровавых тел.
Изведал враг в тот день немалого,
Что значит русский бой удалый,
Наш рукопашный бой!...
Земля тряслась, как наши груди,
Смешались в кучу кони, люди,
И залпы тысячи орудий
Слились в протяжный вой...».
Так рисует эту страшную битву один из величайших русских поэтов М. Ю. Лермонтов в своем бессмертном произведении «Бородино».
Вначале создалась угроза правому флангу, но здесь находились главные силы русских, и Кутузова все более всего беспокоил левый фланг. Как он и ожидал, вскоре там, у Семеновских флешей, развернулось ожесточенное сражение. Французские войска встретили здесь невиданную стойкость и упорство русских. Несмотря на то, что быстро редеющие ряды французов тотчас же пополнялись новыми, одна за другой были отбиты две их атаки.
Напрасно Наполеон ожидал пленных. Их не было. Маршалы доносили ему, что русские не сдаются, а гибнут до последнего в тех контратаках, которыми они пытаются восстановить положение.
Все сильнее и сильнее разгорался бой у Семеновских флешей. Укрепления переходили из рук в руки. 700 орудий грохотали на этом участке фронта. Вот ударом дивизии Неверовского отбита третья атака французов, но к укреплениям вновь прорываются со своими войсками маршалы Наполеона Мюрат и Даву. Уже кажется решен исход схватки. Однако дивизия Кононницына атакует противника во фланг, и снова французы бегут обратно.
Ближайший сподвижник Кутузова князь Багратион лично руководил действиями левого фланга. Он появлялся всюду, где бой становился жарким; горячим словом и собственным примером увлекал солдат. При отражении одной из многочисленных неприятельских атак, он первым бросился на французов, ворвавшись в укрепления, и погиб смертью героя. Погиб, но не отступил!
Не менее ожесточенные бои развернулись у Курганной батареи и на ряде других участков. Однако куда бы ни сунулась французская армия, всюду путь ей преграждали решимость, непреклонная воля и упорство русского солдата. Командир дивизии Лихачев, больной, сидя в кожаном кресле, руководил боем своих подчиненных, отстаивавших позиции на батарее Раевского.
- Братцы, позади Москва! - кричал он. И солдаты вновь и вновь отбивали натиск врага.
Когда определился главный удар Наполеона в направлении левого фланга, Кутузов стал перебрасывать сюда часть сил правого. Затем, чтобы парализовать успех французов, наметившийся с падением Семеновских флешей, он предпринял на правом своем фланге маневр конницей Платова, обходя левый фланг противника.
- Казаки, казаки! - этот крик французских адъютантов внес тревогу и смятение в штабе Наполеона, тем более, что войска, прикрывавшие фланг, были смяты и отошли. Этим маневром Кутузов выиграл время, а Наполеон потерял шансы на победу.
К вечеру, помимо Семеновских флешей, французам удалось овладеть и Курганной батареей. Потери обеих сторон исчислялись десятками тысяч. Близился кризис сражения. Именно в этот момент Кутузов, вопреки уговорам своих советников, предлагавших немедленно отступить, собрал всю свою волю, вдохнул ее в войска и продолжал бой, непрестанно контратакуя врага.
После десяти часов непрерывного грохота, бой затих. Наполеону удалось захватить курганные батареи, но, зная, что русская армия не сокрушена, и опасаясь контрнаступления с ее стороны, он оставил их. С этим отходом он потерял даже тактический успех и, закрепившись на старых позициях, по существу перешел к стратегической обороне.
Правда, наполеоновские войска еще смогли занять после этого Москву, оставленную кутузовской армией без боя, но Бородинское сражение уже определило военную и политическую неудачу Наполеона, зачатки которой стали складываться еще в самом начале его похода против России.
Когда затих бой, Наполеон, хотя и послал в Париж победную реляцию, однако чувствовал, что победа еще далека, что русская армия еще жива и грядущий день неизвестен. Потеря 50 тысяч человек на поле боя не только ослабляла силы Наполеона, но подрывала и без того неустойчивый моральный дух его армии.
Русские потеряли в Бородинском сражении около 58 тысяч человек, т.е. почти половину состава армии. Вот почему Кутузов на военном совете в Филях решил сдать Москву без боя. Он видел далеко вперед и знал, что, если сумеет сейчас сохранить армию, то в недалеком будущем она будет способна окончательно разгромить измотанного и истощенного врага.
Так оно и вышло. Уже 19 октября Наполеон был вынужден убраться из опустошенной и сожженной Москвы, направившись по Старо-Калужской дороге. Он понял, что, даже добравшись до Москвы, не достиг победы, что русская армия жива, а его разложившиеся войска становятся небоеспособными. Выбрав Старо-Калужскую дорогу, он рассчитывал найти здесь продовольствие для своей армии. Но Кутузов, разгадав замыслы врага, стал ему на пути и, после боя под Мало-Ярославцем, заставил Наполеона повернуть на старую разоренную Смоленскую дорогу.
Началось бегство «великой армии». Партизанские отряды, которые начали действовать еще в период движения Наполеона к Москве, теперь усилили свою деятельность, добивая остатки разгромленной армии, считавшейся непобедимой и возглавляемой искусным полководцем.
130 лет прошло со дня исторической Бородинской битвы. Снова грозные тучи нависли над нашей родиной. Фашистские варвары топчут нашу землю, жгут наши дома, убивают наших людей, а уцелевших угоняют в рабство.
Боец, ты несешь ответственность за судьбы нашей родины, на тебя с надеждой смотрят отцы и матери, жены и дети. Не дай им погибнуть - убей немца! Вспомни, как дрались герои Бородина! Они умирали, но не сходили с места, один сражался с десятками, но стоял до конца. Ты не осрамишь их чести, будешь достойным преемником их боевой славы.
Сегодня наши героические предки вместе с нами идут в смертный бой против кровавых гитлеровских бандитов, мужественные образы русских воинов вдохновляют нас на победы над лютым и ненавистным врагом. Будем стойкими, как герои Бородина, будем драться так, чтобы ни один фашистский захватчик не ушел живым с нашей родной земли!
Вперед за Родину, за победу!
Майор П. КОРОБОВ
Карельский фронт, Красноармейская газета «В БОЙ ЗА РОДИНУ», Nº251 от 08 сентября 1942 года.
Подпишитесь 👍 — вдохновите нас на новые архивные поиски!
© РУДН ПОИСК
При копировании статьи, ставить ссылку на канал "Строки фронтовые"
Партнер проекта: Центральный архив Министерства обороны Российской Федерации (ЦАМО)