Когда речь заходит о беспилотной технике, массовое сознание обычно апеллирует к современным дронам и автопилотам Tesla. Между тем, первые системные попытки вывести оператора за пределы кабины предпринимались задолго до цифровой эпохи. Советский опыт в этой области примечателен тем, что охватывал три принципиально разных направления - военное, космическое и аварийно-спасательное, - каждое из которых решало собственный набор инженерных задач.
Телетанки: ставка на радиофицированную бронетехнику
Наиболее ранней и массовой попыткой создания дистанционно управляемых машин стала программа «телетанков», развернутая в 1930-х годах на базе легкого танка Т-26. Идея заключалась в том, чтобы вывести из-под огня экипаж, заменив его гидравлическими сервоприводами и радиоаппаратурой.
Техническая реализация была примитивной по сегодняшним меркам, но вполне работоспособной для своего времени. Оператор, находившийся в танке управления или в укрытии, подавал команды с пульта, насчитывавшего до 16–20 различных сигналов. При потере радиосвязи машина автоматически останавливалась через 30 секунд - это было примитивное, но действенное решение проблемы безопасности. Самые первые эксперименты 1929 года проводились на трофейном французском Renault FT-17, который управлялся по проводам и выполнял всего три команды: «стоп», «влево», «вправо».
Главным ограничением, предопределившим судьбу проекта, стало отсутствие средств дистанционного наблюдения. Видеокамер не существовало, и оператор был вынужден полагаться на визуальный контакт с машиной. В реальном бою это делало невозможным сколько-нибудь точное прицеливание из пушки. Инженеры пытались обойти проблему, переориентировав телетанки на задачи, не требующие высокой точности: устанавливали огнеметы или превращали машины в самоходные фугасы с зарядом взрывчатки до 700 кг. Рассматривался также вариант применения для распыления боевых отравляющих веществ.
Боевое применение носило эпизодический характер. Телетанки ограниченно использовались в ходе Советско-финской войны и в начальный период Великой Отечественной. Зафиксирован случай под Севастополем в 1942 году, когда из шести запущенных танкеток-камикадзе две поразили цели, у двух порвало провод управления, и еще две подорвались на минах. Результативность оказалась низкой, и после потери значительной части парка - а всего до войны было выпущено более 160 машин - проект закрыли. Причинами стали неэффективность на пересеченной местности и высокая уязвимость техники, которую оператор попросту не видел.
Луноходы: управление с задержкой сигнала
Космическая программа вывела задачу на принципиально иной уровень сложности. Дистанционное управление «Луноходом» потребовало решения проблем, с которыми военные разработчики никогда не сталкивались: задержка радиосигнала между Землей и Луной составляла несколько секунд, что исключало реактивное управление в реальном времени.
__________________________________________________________________________________________
Партнером канала Мир спецтехники является компания "Глобал Импорт" - официальный дистрибьютор техники LiuGong в РФ. Глобал Импорт предлагает в России полный модельный ряд дорожно-строительной техники LiuGong.
Узнать больше о технике LiuGong вы можете на сайте компании Глобал Импорт www.liugong-vostok.ru или по тел: 8 800 222 65 77.
__________________________________________________________________________________________
Для работы с планетоходом был сформирован специальный экипаж из водителей и штурманов, проходивших отбор по критериям, сопоставимым с требованиями к космонавтам. В Крыму построили полигон площадью около гектара - «лунодром», имитировавший рельеф спутника с характерными кратерами и каменными полями. На нем отрабатывались навыки вождения с учетом временной задержки.
Результат известен: «Луноход-1» (1970) и «Луноход-2» (1973) успешно функционировали на поверхности Луны, передавая панорамные изображения и научные данные. Второй аппарат за четыре месяца преодолел более 42 километров. В отличие от телетанков, здесь задача была решена полностью - во многом благодаря тому, что луноход не должен был стрелять и маневрировать под огнем, а оператор мог не спеша анализировать поступающие кадры.
Чернобыльский опыт: мобилизация в экстремальные сроки
Третье направление возникло вынужденно, в ответ на конкретную катастрофу. После аварии на Чернобыльской АЭС в 1986 году потребовалась техника, способная работать в зонах с запредельным уровнем радиации. Присутствие человека исключалось.
В рекордные сроки был разработан и построен роботизированный комплекс «Клин-1». На его создание ушло 44 дня - срок, который не укладывается в современные представления о циклах разработки. Комплекс состоял из двух машин: безэкипажного рабочего органа на базе инженерной машины ИМР-2 и защищенного свинцом пункта управления на шасси танка Т-72А. Оператор находился в зоне прямой видимости, но на безопасном удалении от источника излучения.
Параллельно применялись легкие гусеничные роботы СТР-1, расчищавшие крышу разрушенного реактора. После завершения работ вся техника была захоронена в могильниках: дезактивация до безопасного уровня оказалась невозможной.
Советская школа дистанционного управления прошла эволюцию от грубых радиофицированных «чемоданов с взрывчаткой» до прецизионного вождения планетохода по другой планете. Каждое из трех направлений - военное, космическое, ликвидационное - существовало в собственном технологическом контуре и почти не пересекалось с остальными. Именно это, вероятно, помешало создать единую преемственную школу: наработки военных не использовались в космосе, а чернобыльский опыт не получил развития в гражданской спецтехнике. Тем не менее, сам факт решения столь разнородных задач в доцифровую эпоху заслуживает фиксации как значимый инженерный прецедент.