В целом я хорошо отношусь к Джону Карпентеру. Два его «лавкрафтианских» фильма — «Нечто» и «В пасти безумия» — считаю жанровыми шедеврами (хотя и не без оговорок, вроде претензии к странному финалу «Нечто»). Карпентер хорош в создании атмосферы (правда, беспомощен, когда дело доходит до экшена, который он, к сожалению, очень любил снимать).
Карпентер умеет быть оригинальным в неоригинальных темах, однако будем честны: большинство его фильмов — не высказывания, а просто жанровое кино. «Вампиры», «Призраки Марса» — вещи не самые плохие, но вряд ли позволяющие увидеть в этом режиссёре большого мыслителя.
«Они живут» никогда не был моим любимым фильм Карпентера. Но, возможно, именно он заслуживает звания самого оригинального и умного. Не случайно его многие помнят, а некоторые даже считают чем-то вроде смелого политического высказывания.
Из-за этого, как я уже говорил, вокруг фильм сложился микрокульт. В прошлой статье я постарался «развенчать» его (шучу), показав, что все политические метафоры и символы, заложенные в картине, на момент создания были далеко не свежи.
Очень важно, чтобы мы с вами условились: в первом приближении грубая и карикатурная метафора инопланетян как «паразитических» элит — следствие того, что к 1988 году «злые парни из правительства» уже давно не были откровением. Они превратились в расхожий штамп коммерческого кино.
Мы уже говорили о том, что триллеры о правительственном заговоре, выйдя на пик популярности в 1970-х, с одной стороны, были реакцией на запрос общества, а с другой — превращали реальные проблемы и страхи народа в развлечения, выхолащивали мысль, делая из неё аттракцион.
И вот тут, как мне кажется, начинается самое интересное. Потому что «Они живут» можно посмотреть совсем иначе: не как историю о прозрении, не как общественно-политическую сатиру, а как историю человека, который сходит с ума под влиянием собственных страхов и конспирологических идей. Историю парня, который рехнулся, вообразил вокруг себя пришельцев и пошёл сеять смерть.
Давайте присмотримся к фильму внимательнее.
Символика граффити
Лента открывается огромным граффити, на котором находится место названию «They live». В граффити, точно в увертюре, заложены основные символы дальнейшего повествования.
В левом верхнем углу стоит надпись с ясно различимым словом «гнев». Однозначно прочесть её дальше невозможно. Я загнал этот кадр в чат jpt и попросил интерпретировать надпись. Он выдал: IN ANGER BY ENTERTAINMENT — что-то вроде «в гневе из-за развлечений».
После моего уточнения согласился, что да, это довольно натянутое объяснение. Но мне кажется, в этом вопросе чату jpt можно верить, ведь он выдаёт усреднённый результат суждений пользователей, то есть, надо полагать, англоязычные люди уже «расшифровывали» надпись подобным образом — для них она ассоциируется с такими словами.
О чём тут речь? О том, что проблемы превратились в развлечение, и это вызывает гнев? Дальше идёт набор букв. Возможно, это росписи авторов граффити, или просто символ информационного шума, тревожная невнятица. Начатое и не законченное высказывание.
Напротив надписи над композицией довлеет чёрный крест — символ веры, который совсем не похож на символ спасения. Это немного странно, если вспомнить, что при буквальном «прочтении» фильма именно из церкви идёт спасение человечества.
Вспомните: там собирается подполье, оттуда повстанцы пытаются вклиниться в эфир, чтобы разрушить телеложь, опутавшую Землю. Там складируются «очки правды», там лежит наготове оружие для восстания… Однако крест на граффити выглядит очень мрачно.
Основное содержание композиции — кривой город. Это символ разрушающегося общества США — основное ощущение эпохи. На апокалиптический пейзаж наложена чужеродно выглядящая спираль — надо полагать, символ гипноза, обмана, сна разума.
Рядом — шприц: реальная наркомания и метафора обмана как наркотика. Это важный образ, потому что ассоциации с наркотиками всплывут в фильме дважды.
А в центре композиции, на фоне разрушающейся Америки, между невнятным гневом и надгробным крестом, рядом со шприцем, стоит фигура… какого-то дурачка. Его глаза закрыты — это, видимо, «спящий» (что прямо цитируется в фильме: «Они живут — мы спим»).
Я долго не мог понять, что эта фигура держит в руке. Чат jpt тоже не помог, он решил, что это шприц, и человек в центре вводит себе наркотик, то есть является метафорой добровольного самообмана.
Но я-то не искусственный, я всё-таки дотумкал. Думаю, это баллончик с краской. В центре изображён буквально автор граффити — человек, который протестует, но не понимает, против чего именно. Он выплёскивает своё невнятное понимание происходящего в рисунке, но у него закрыты глаза, его разум спит.
И граффити — не мудрый комментарий в духе: «Вот истина о мире». Это намёк на то, что общество чувствует болезнь, но не видит её источника, ощущает кризис, но не осознаёт его причин. Иными словами, в этом кадре Карпентер не обличает пороки общества, а… иронизирует над протестом.
Или можно сказать так: центральная фигура — это человек со спящим разумом, живущий в воображаемом мире, который сам же себе нарисовал. Впрочем, эти два толкования не противоречат друг другу и одинаково подходят к моей трактовке сюжета.
Что характерно — пришельцев на граффити нет. Только протестующий дурачок со спящим разумом. И в следующем кадре его образ получает продолжение в фигуре главного героя, имя которого за весь фильм так ни разу и не было упомянуто.
Символика имени
В титрах он обозначен как Nada. Мы можем называть его «Нейда», как это звучит по-американски, но вообще, это испанское слово, означающее «ничто» — а в США большая испаноязычная диаспора, поэтому не составляет большого труда интерпретировать имя героя как «мистер Никто», или «мистер Ноль».
С виду перед нами указание на социальный статус бродяги. Но тут любопытный момент: «никто» по-испански было бы «nadie». Да и герой — не совсем ноль. Пусть он в социальном плане пустое место, но у него есть прошлое, детская психическая травма — след отцовского насилия. Карпентер специально упоминает об этом, хотя почти ничего другого о Нейде не рассказывает.
Что реально в фильме, а что нет?
И возникает вопрос: а что, если «ничто» — это не сам герой, а происходящие вокруг него события? На мой взгляд, фильм вполне допускает такое прочтение.
На мой взгляд — реальной в ленте является только вступительная часть. Нейда не вполне адекватен с самого начала. Уже его первый диалог с Фрэнком выдаёт, как бы сказать, некоторые странности.
«Я не люблю, когда за мной ходят без причины», — говорит Фрэнк, сердясь на то, что Нейда следует за ним по пятам. Тот отвечает: «А я как раз люблю ходить за кем-то без всякой причины». Это подано как шутка, но… шутка довольно тревожная. Однако Фрэнк смеётся и приводит Нейду в становище бездомных.
На самом деле, я отнюдь не уверен, что Фрэнк — реальный человек, но он им может быть. Чуть позже он изливает Нейде своё недовольство жизнью. Он жалуется на экономику, на то, что в мире больше нет правил. Нейда отвечает своей знаменитой фразой: «Я люблю Америку. Я играю по правилам». Это звучит как мантра человека, который отчаянно пытается убедить самого себя, что мир вокруг нормален.
Дальше начинаются странные детали, вроде головной боли у зрителей, когда повстанцы пытаются пробиться в эфир сквозь патоку передач об «американской мечте» — это молниеносная «ломка», когда прерывается приём дозы «теленаркотика». Это можно отнести к фантастическому приёму, можно назвать прямолинейной метафорой.
Но следующая странность выглядят слишком странно даже для фантастического боевика.
Точка безумия
На мой взгляд, это чёткое и недвусмысленное указание на нереальность происходящего: во время очередного прорыва повстанцев в эфир Нейда видит слепого проповедника, который стоит в стороне от всех и проговаривает текст из телевизора, причём «зависает», когда рвётся вещание повстанцев.
У этого эпизода нет никакого логического объяснения. Это — галлюцинация, поворотный момент, когда Нейда уже без оговорок сходит с ума.
Конечно, он с самого начала осознавал, что мир вокруг полон проблем, но упрямо держался за свою «любовь к Америке» и «игру по правилам». Я, кстати, склоняюсь к мысли, что Фрэнк — это не реальный человек, а персонификация остатков здравого смысла Нейды.
То есть герой догадывался о сути проблем, но не хотел о них думать. Противоречия копились, и герой закономерно слетел с катушек. Происходящее на экране всё сильнее напоминает распад сознания человека, который больше не способен принять реальность такой, какая она есть.
Следующая часть фильма — это ещё реальные события, но уже преломлённые больным сознанием.
Мир оказывается слишком сложным, несправедливым, унизительным — и мозг Нейды придумывает простое объяснение: во всём виноваты не люди, а чужие. Так рождается образ пришельцев.
«Очки правды» в таком прочтении становятся не инструментом прозрения, а формой психоза — способом превратить социальную тревогу в понятную и удобную картину мира, поверить, что настоящие паразиты общества — вовсе не люди, а мерзкие инопланетные чудовища.
Всё, что он «видит» вокруг — это отголоски мыслей, уже высказанных другими людьми или приходивших в голову ему самому. Нездоровый мозг Нейды, «верящего в Америку и играющего по правилам», наверное, плохо воспринимал их, но они отложились и всплыли в виде коротких «команд», которые «прячутся» за пёстрыми рекламами.
Очень показательно, как Нейда реагирует на первых «инопланетян». Он не испытывает ужаса, что было бы естественно, не пытается в чём-то разобраться. И ни в чём не сомневается. Он… хамит, шутит, скандалит. А потом начинает убивать.
В эти минуты сознание Нейды окончательно закрепляет для себя образ благополучных средних американцев из среднего класса как «нелюдей».
Вспомните сцену в магазине: к нему идут, о нём сообщают с десяток «уродов». Реакция Нейды: «Мне это всё не нравится». Его приметы кому-то сообщены, на него оглядываются на улице, а он подшучивает над очередной «уродкой».
Потом на него наваливаются полицейские, которых Нейда, естественно, тут же наделяет нечеловеческой сущностью. И если убийство полицейских ещё можно с натяжкой назвать самообороной, то через минуту он берёт в руки оружие и учиняет массовый расстрел, как в тире.
Он понятия не имеет, в кого стреляет, кто они, сколько их, чего они добиваются. Он не имеет плана действий. Он просто видит «уродов», которые ему не нравятся, и расстреливает их. Без малейших сомнений, без тени душевных терзаний. Это поведение опасного психопата.
Знаменитая фраза: «Я пришёл жевать жвачку и бить морды. Жвачка у меня кончилась», — это вовсе не «крутая» реплика героя боевика. Это чувство юмора сильно нездорового человека.
Ключевой момент
После сцены с Холли фильм становится ещё более странным. Она пробивает Нейде голову бутылкой и выбрасывает его из окна — после чего реальность окончательно начинает расползаться.
Мусоровоз зачем-то вываливает обратно только что собранный мусор, Холли оказывается в рядах сопротивления раньше, чем Нейда и Фрэнк, которых приводит лично знающий их человек. В общем, события теряют логику. Персонажи начинают вести себя как фигуры сна.
И на мой взгляд, тут уже нет ничего реального. Конечно, героям фантастических боевиков вроде бы и положено выживать после таких приключений, как падение с десятков метров с раскроенным черепом, но я полагаю, что на самом деле Нейда просто медленно умирает, лёжа под откосом, и в последних галлюцинациях видит себя спасителем человечества.
Особенно важна здесь мучительно долгая драка Нейды с Фрэнком. Да, её можно воспринимать как комическую сцену про нежелание «увидеть правду». Но можно и иначе: как борьбу больного сознания с остатками здравого смысла.
Это, буквально, последний бой болезни и здравого смысла в его воспалённом мозгу героя. Рассудок терпит поражение, и Нейда с Фрэнком становятся одним целым.
Нейда и Фрэнк — один человек? Тайная пружина
Присмотритесь к ним — после драки они ни о чём не спорят, у них до конца фильма будет одинаковое выражение лица, одинаковые жесты, одинаковые мысли и поступки.
А вспомните ночёвку в отеле, когда Нейда вдруг рассказывает о своей детской психической травме, которую, конечно, не осознаёт как травму, определяющую его склонность к насилию. Фрэнк без всякого перехода и видимой логики говорит: «А может, им просто нравится наблюдать, как мы ненавидим друг друга?»
Нейда ничуть не удивлён этим скачком мысли. Связь между насилием безумного отца и «ними», которые «правят миром», для него естественна. Он говорит: «У меня для них новость. Они должны расплатиться за всё. Потому что я больше не папенькин сынок». И теперь уже Фрэнк принимает сказанное как должное.
Это не диалог двух людей — это внутренний монолог человека с больным сознанием. Вот почему Фрэнк больше не задаётся вопросами о логике событий. Это раньше, будучи здоровой частью рассудка героя, он пытался понять социальные причины своего бедственного положения.
Теперь достаточно простой цепочки: мне плохо, есть те, кому хорошо, они во всём виноваты, они мной командуют и наслаждаются моими страданиями… Они должны заплатить. Я больше не папенькин сынок. То есть — терпеть не стану.
Последняя галлюцинация
Дальше начинается экшен. Нейда остаётся единственным спасителем человечества и открывает глаза населению Земли ценой своей жизни. Если вы будете внимательно пересматривать фильм, наверняка обратите внимание, что во всех перестрелках Нейда — единственный, чьи пули находят врага. Даже Фрэнк ни разу не показан так, чтобы можно было без сомнений сказать, что он убил кого-то из противников.
Приключения Нейды всё больше отдают карикатурой. В логове заговора холёный бизнесмен-предатель принимает за своих двух битых и мятых, провонявших потом и пороховыми газами пролетариев, всё им рассказывает — правда, так и не проясняя, чем, собственно, заняты «пришельцы», какие ресурсы они получают от землян, ради чего ходят по улицам и сидят в салонах красоты.
Подробности не интересуют безумца Нейду. Его умирающий мозг продуцирует картинку, в которой он, одинокий и преданный, перед смертью одним метким выстрелом разрушает всю империю обмана. Уничтожает источник того самого излучения, которое якобы действует, как наркотик, и погружает землян в «сон».
Вот только есть в фильме ещё одна очень важная фраза, способная перевернуть даже эту мою интерпретацию. Когда Нейда советует Фрэнку не злоупотреблять очками, он произносит: «Потом будет болеть голова. Это как наркотик».
Вот это да! Давайте вспомним: ещё в становище бездомных мы видели (или Нейда воображал, будто видел), как начинают болеть головы у людей, когда прерывается поток телевизионной лжи. Это была ломка.
Выходит, в художественном мире фильма ложь и правда — одинаково являются наркотиком?
Вывод
На мой взгляд — да, именно так. «Разоблачитель» с закрытыми глазами с граффити в начале картины — это главный символ фильма.
Хорошо накачанный выхолощенными «разоблачениями» зритель 1988 года привычно видел явный политический памфлет, сатиру на телевидение, критику «рейганомики», антикапиталистическую метафору.
Но фильм умнее. На самом деле Карпентер показал, как поставленные на конвейер разоблачительные штампы не ведут к прозрению, а становятся почвой для сумасшествия.
Если детская травма была тайной пружиной насилия, то конспирологические клише, которыми дышало общество 1980-х, стали формой, в которую оно отлилось.
В этой интерпретации получается, что и сам обман, и ничего не объясняющее карикатурное разоблачение одинаково опасны. Ложь и правда в рамках конспирологического сюжета — один и тот же наркотик…
Может быть, Карпентер и сам до конца не контролировал эту двойственность. Может быть, я сам всего лишь вижу то, что хотел бы увидеть, и в действительности Карпентер на скорую руку снимал грубую сатиру категории «B» с намеренно лобовой символикой, этакое «панковское кино».
В том же 1988 году актёр Роди Пайпер, сыгравший Нейду, снялся в фильме «Ад приходит в лягушачий город» — тупой пошлой комедии про постядерый апокалипсис. Так его герой по прозвищу «Хэлл» остаётся одним из последних мужчин с активными и живучими сперматозоидами, вокруг чего и строится сюжет.
Конец 80-х — это, наверное, пик ядерной истерии, когда по обе стороны океана люди всерьёз боялись последней войны. «Бэшники» из Голливуда охотно эксплуатировали этот страх, превращая его в развлечение. Ядерная война — да, очень весело. Обхохочешься. Так киношники, и далеко не только киношники, поступали со всеми общественными страхами.
Так вот, может быть, Карпентер и правда всего лишь зашибал длинный доллар на популярной теме.
А может, действительно испытывал «гнев из-за развлечений». Из-за тех развлечений, которые, вроде бы говоря о реальных проблемах, на деле замыливают их.
Которые помогают людям закрыть глаза и погрузиться в вымышленный мир, где уже бесполезно против чего-то протестовать, потому что ты не видишь и не осознаёшь, что с тобой происходит, и сам избиваешь и подчиняешь собственному безумию то, что ещё осталось от твоего здравого смысла.
Хотел того Карпентер или нет, он показал, что бесконечные «разоблачения» ведут не к прозрению, а, наоборот, толкают человека к паранойе.
И я думаю, сегодня, когда конспирология давно стала массовым развлечением, «Они живут» смотрится даже интереснее, чем в 1988 году.
Это уже не просто сатирический боевик про злых пришельцев. Это фильм о человеке, который настолько отчаялся понять мир, что придумал себе удобную реальность — и начал убивать ради неё.
#фантастика #Карпентер #Ониживут #триллер #конспирология