Это письмо пришло мне три дня назад. Женщина из Новосибирска, назовём её Галина Ивановна. Она попросила не называть настоящего имени, но разрешила опубликовать историю. Публикую почти полностью, с небольшими сокращениями.
«Здравствуйте, Фомич.
Меня зовут Галина, мне 63 года. Я учительница русского языка и литературы. Стаж — 38 лет. Из них 30 лет — в одной школе, в Новосибирске. Я выпустила двенадцать классов. Мои ученики поступали в МГУ, в Томский университет, в Питер. Я проверяла тетради по ночам, когда мои собственные дети уже спали. У меня есть грамота "Почётный работник общего образования". Моя пенсия — 18 400 рублей в месяц.
Мой муж — военный. Выслуга — 30 лет. Подполковник в отставке. Служил в Сибирском военном округе. Его военная пенсия — 42 000 рублей в месяц.
Мы прожили вместе 35 лет. Вырастили двоих сыновей. Оба пошли по стопам отца — военные.
Я пишу не из зависти. Я люблю своего мужа. Я горжусь им. Но я не могу понять: почему моя работа — менее ценна для государства? Почему 38 лет у доски — это 18 тысяч? А 30 лет в армии — 42 тысячи? Мы оба работали. Мы оба платили налоги. Мы оба были нужны. Но когда пришло время пенсии, оказалось, что один из нас "достоин", а вторая — так, на сдачу.
Я никому не говорю об этом. Мне стыдно. Но вам я решилась написать. Потому что, может, через вас меня услышат другие женщины, которые оказались в такой же ситуации. Или их мужья. Или их дети. Может, кто-то объяснит мне, в чём логика такой пенсионной системы.
Спасибо вам. Галина».
Я прочитал письмо дважды. Потом переслал жене. Она ответила коротко: «Напиши про это».
Я сел и написал. Но сначала позвонил Галине Ивановне и попросил разрешения не просто опубликовать письмо, а добавить свой комментарий и разобрать ситуацию. Она согласилась. Сказала: «Только не называйте фамилию. Муж не знает, что я об этом думаю. Ему будет больно».
Почему так?
Я не экономист. Не юрист. Не депутат. Я просто Фомич. Но я умею читать законы и задавать вопросы. Я залез в пенсионную формулу и вот что выяснил.
Военная пенсия и гражданская пенсия — это две разные системы. Они как два разных государства внутри одного. У каждой свои правила, свои формулы, свои деньги.
Гражданская пенсия. Она складывается из двух частей. Первая — фиксированная выплата. Сейчас это около 9 500 рублей. Одинаковая для всех, кто доработал до пенсии. Вторая часть — страховая. Она зависит от количества пенсионных баллов, которые человек накопил за жизнь. Баллы дают за каждый год работы. За обычную зарплату — примерно 2-3 балла в год. За высокую — до 10 баллов. Один балл сегодня стоит примерно 157 рублей. У Галины Ивановны — около 57 баллов. Умножаем: 57 × 157 = 8 949 рублей. Плюс фиксированная выплата 9 500. Итого 18 449. То, что она и получает.
Военная пенсия. Она рассчитывается совсем по-другому. Основа — денежное довольствие военнослужащего на момент увольнения. Оклад по должности плюс оклад по званию плюс надбавка за выслугу лет. За 30 лет выслуги — 70% от этой суммы. У подполковника на момент выхода на пенсию это около 55-60 тысяч рублей. 70% от этой суммы — 42 000.
Вот и весь секрет. Учительница получает процент от маленьких взносов с маленькой зарплаты. Военный — от большого довольствия. Две пенсии. Два мира.
Что ещё я выяснил
Я позвонил своему знакомому, бывшему бухгалтеру, который разбирается в этих вещах. Виктор, назовём его так.
— Вить, объясни мне. Вот живут два человека. Работали одинаково долго. Платили налоги. Почему один получает в два раза больше другого?
Виктор вздохнул. Так вздыхают люди, которым сейчас придётся объяснять очевидное.
— Понимаешь, Фомич, — сказал он. — Военная пенсия — это не совсем пенсия. Это такое... социальное обязательство. Государство как бы говорит: «Ты служил нам. Ты рисковал жизнью. Ты не мог выбирать, где жить и чем заниматься. Ты подчинялся приказу. И за это мы тебе гарантируем достойную старость». А гражданская пенсия — это совсем другое. Это страховая система. Ты копишь себе на пенсию сам. Вернее, за тебя копит государство из тех отчислений, которые делает работодатель. И если зарплата маленькая — отчисления маленькие. И пенсия маленькая.
— Но это же несправедливо, — сказал я. — Учительница работала не меньше. И тоже служила. Просто не в армии. А в школе. Перед детьми. Перед обществом.
— Я не спорю, — сказал Виктор. — Но система так устроена. Военная пенсия привязана к денежному довольствию. А денежное довольствие военных в последние годы хорошо росло. Особенно после 2022 года. Там и оклады поднимали, и надбавки вводили, и льготы сохраняли. А зарплаты учителей — ты сам знаешь. Пенсионные баллы с них — кот наплакал. Вот и получается: военный — 42 тысячи. Учитель — 18.
— И что теперь? — спросил я. — Так и будет?
— Пока систему не поменяют, — сказал Виктор. — А когда её поменяют — я не знаю. Может, никогда.
Я повесил трубку и ещё раз перечитал письмо Галины Ивановны. «Я не завидую. Я люблю своего мужа. Но я не могу понять». И я подумал: вот живут два человека. Спят в одной кровати. Едят за одним столом. Смотрят один телевизор. Но в глазах государства они — разные. Один — герой. Вторая — просто бюджетник. И это несправедливо.
Что говорит муж Галины Ивановны
Я спросил разрешения поговорить с её мужем. Галина Ивановна сказала: «Он не знает. Я никогда не говорила ему, что меня это задевает. Ему и так тяжело — он после ранений, у него нога болит, давление скачет. Я не хочу, чтобы он думал, что я завидую».
Но я всё-таки попросил её. И она разрешила. Я позвонил, представился журналистом. Не стал говорить, что письмо написала его жена. Просто сказал: «Готовлю статью про разницу между военными и гражданскими пенсиями. Можно задать вам несколько вопросов?»
Он согласился. Его зовут, скажем, Иван Петрович. Голос у него спокойный, с хрипотцой. Сразу чувствуется — военный.
— Иван Петрович, вы знаете, что ваша пенсия в два раза больше, чем у вашей жены?
— Знаю, — сказал он. — И мне стыдно. Она 38 лет в школе. Я 30 лет в армии. Я не считаю, что моя работа была важнее. Но я не знаю, что с этим делать. Я не могу пойти в Пенсионный фонд и сказать: «Давайте вы мне урежете, а ей добавите». Так не работает.
— А что вы чувствуете, когда видите эту разницу?
— Я чувствую... вину. Да, наверное, вину. Я стараюсь компенсировать это. Покупаю ей подарки. Откладываю деньги на её счёт. Говорю: «Это наши общие деньги». Но она гордая. Она не хочет брать. Говорит: «Ты заработал. Это твоё». А я думаю: «Какое — моё? Мы вместе тридцать пять лет. Какое — моё?» Но я не знаю, как ей объяснить. Она всё равно считает, что это мои деньги. А я хочу, чтобы это были наши деньги. Но пенсионная система сделала так, что это не наши деньги. Это деньги — мои. И её. Отдельно.
Я слушал его и понимал: это не проблема одной семьи. Это проблема всей страны. Пенсионная система разводит людей по разные стороны. И даже любовь не всегда может это исправить.
Что теперь
Я спросил у Галины Ивановны: «Что вы хотите донести до читателей?»
Она сказала:
— Я хочу, чтобы люди знали: это несправедливо. Не потому что я завидую военным. Военные заслуживают свою пенсию. Но и учителя заслуживают. И врачи. И медсёстры. И все, кто работал честно. Пенсия не должна зависеть от того, в какой отрасли ты работал. Она должна зависеть от того, сколько ты работал. И как. Я не знаю, как это изменить. Но я хочу, чтобы об этом говорили. Чтобы это не было стыдной темой. Чтобы женщины, которые получают пенсию в два раза меньше своих мужей, не чувствовали себя виноватыми. Потому что они не виноваты. Это система такая. И её надо менять.
Я записал за ней дословно. Потому что лучше, чем она сказала, — не скажешь.
Я сижу и думаю. Вот живут два человека. Прожили вместе тридцать пять лет. Вырастили детей. Построили дом. Всё у них общее — стол, кровать, телевизор, внуки. Но пенсия — разная. Потому что один служил государству с автоматом. А вторая — с мелом у доски. И государство решило: автомат важнее.
Но я вам так скажу. Автомат защищает страну от врагов снаружи. А учитель защищает страну от врагов внутри. От невежества. От глупости. От серости. И неизвестно ещё, что важнее.
Галина Ивановна, если вы это читаете — я вас услышал. И мои читатели — тоже.
А вы сталкивались с такой несправедливостью? Может, у вас в семье тоже так: один получает достойную пенсию, а второй — копейки? Как вы решаете этот вопрос? Делитесь деньгами? Или у каждого свой счёт? Расскажите. Это важно. Потому что таких семей — миллионы.