НАЧАЛО РАССКАЗА:
А в конце месяца в ресторане стоял настоящий переполох — намечался грандиозный банкет по случаю дня рождения какого-то очень важного гостя.
— Девочки, работаем быстро, быстро, без остановки! — хлопала в ладоши Зоя Аркадьевна, бегая по кухне с красным от волнения лицом. — Сам хозяин едет, Иннокентий Сергеевич Белов. Лично! Если что-то пойдёт не так, мы все завтра же окажемся на улице, без работы и без рекомендаций.
Банкет был уже в самом разгаре, когда из зала донёсся громкий женский крик, следом — звон бьющейся посуды и испуганный гул голосов. Лена, мывшая в этот момент огромный противень, замерла с губкой в руках.
— Человеку плохо! Врач есть в зале? Кто-нибудь, позовите врача! — кричал кто-то в панике.
Не раздумывая ни секунды, Лена бросила губку в воду, вытерла руки о фартук и рванула в зал. Протиснувшись сквозь толпу растерянных гостей в дорогих нарядах и оттолкнув замешкавшихся охранников, она упала на колени перед пожилым седовласым мужчиной в безупречном костюме, который лежал на паркете и судорожно хватал ртом воздух. Его лицо стало синюшного оттенка.
— Разойдитесь, дайте воздуху! — скомандовала Лена так властно, что толпа послушно отступила на несколько шагов.
Она мгновенно нащупала пульс на шее. Нитяной, слабый, едва различимый. Мужчина хрипел, глаза его закатились. Кажется, у него остановка сердца.
— Скорую вызвали? — крикнула Лена, расстёгивая воротник его рубашки и ослабляя тугой галстук.
— Да, едут уже, — заикаясь, ответил один из охранников.
Лена сложила руки в замок на грудине Белова и начала делать непрямой массаж сердца. Раз, два, три, четыре. Она считала про себя, ритмично надавливая на грудную клетку.
— Дышите, ну же, дышите, — шептала она, не прекращая движений. Пятнадцать, шестнадцать. — Дышите, чёрт возьми!
Минуты тянулись как вечность. Лена взмокла вся, волосы прилипли ко лбу. Руки невыносимо болели после тяжёлой рабочей смены, но она не останавливалась ни на секунду. Сделала вдох и выдохнула воздух в его лёгкие, потом снова и снова качала сердце.
Наконец двери ресторана с шумом распахнулись, и в зал вбежала бригада скорой помощи.
— Отойдите, мы принимаем, — скомандовал реаниматолог, мягко, но настойчиво оттесняя обессилевшую Лену в сторону. Он быстро подключил дефибриллятор. — Разряд. Ещё один.
Томительные секунды ожидания. Все замерли. И вдруг на мониторе аппарата появился неровный, но самостоятельный ритм. Белов оставался без сознания, но его сердце снова билось. Лена, тяжело дыша, прислонилась спиной к стене и прикрыла глаза. Зоя Аркадьевна стояла рядом и смотрела на неё с ужасом и немым уважением.
Через пятнадцать минут, когда Белова стабилизировали, подключили к кислороду и собирались грузить на носилки, пожилой врач в очках подошёл к Лене.
— Вы медик? — спросил он, вытирая лоб платком.
— Медсестра, — ответила Лена устало. — Бывшая, теперь уже бывшая.
— Вы всё сделали идеально, девушка, — врач кивнул ей с искренним уважением. — Если бы не ваш массаж сердца, мозг бы погиб ещё до нашего приезда. Вы спасли ему жизнь, подарив нам это драгоценное время.
Лена смущённо опустила глаза и поспешила вернуться на кухню. Остаток смены прошёл как в густом тумане. Адреналин, который держал ее в напряжении все эти минуты, постепенно отпускал, оставляя после себя лишь противную пустоту и сильную дрожь в руках. Она машинально, на автопилоте, отмывала горы грязной посуды, оставшейся после грандиозного банкета. Зоя Аркадьевна ещё пару раз недовольно прикрикнула на неё, требуя ускориться, но в её голосе уже не было прежней ядовитости. А добродушный Панкратыч и Зина то и дело бросали на неё взгляды, полные уважения и молчаливой поддержки.
Поздним вечером, закончив наконец работу, Лена привычно собрала остатки еды и вынесла горячий ужин на задний двор, где её уже ждал Михаил. Она была слишком вымотана, чтобы вдаваться в подробности случившегося, поэтому лишь вкратце упомянула о переполохе в банкетном зале. Затем, еле волоча ноги, побрела в свою пропахшую сыростью комнатушку в дешёвом хостеле. И едва добравшись до продавленной кровати, Лена провалилась в тяжёлый, спасительный сон без сновидений.
На следующий день утро не принесло долгожданного облегчения. Очередная изнурительная смена началась с привычной шумной рутины, звона бокалов и громких приказов начальства. Ближе к середине дня, когда она мыла полы на кухне, в ресторан вошли двое крепких мужчин в строгих костюмах. Уверенно миновав суетящийся персонал, они подошли прямо к ней и вежливо, но настойчиво попросили прерваться.
— Елена Соколова? — сдержанно спросил один из них, окинув взглядом уставшую женщину с замотанной в целлофан тряпкой в руках. — Иннокентий Сергеевич хочет вас видеть. Прямо сейчас. Мы вас отвезём.
— Мне нужно предупредить администратора, — растерянно ответила Лена. — А то у меня будут большие проблемы.
— Администратор уже в курсе, — заметил второй гость. — Она лично попросила нас найти вас.
Лена быстро переоделась в чистое и отправилась следом за мужчинами. Машина привезла её в элитную частную клинику, где Белов лежал в палате, больше напоминавшей номер пятизвёздочного отеля. Он выглядел бледным и осунувшимся, но смотрел на неё цепким, ясным взглядом, в котором чувствовалась старая закалка и властный характер.
— Проходи, садись, — голос его был слаб, но в то же время твёрд. — Мне уже рассказали, что ты тогда сделала. Ты буквально вернула меня с того света, девочка.
— Это просто то, чему меня учили в медицинском училище, — тихо ответила Лена, чувствуя себя неловко. — Я просто знала, как помочь. И я не могла пройти мимо.
— Ты работаешь посудомойщицей, но при этом у тебя медицинское образование, — прищурился Белов. — Как так вышло? Рассказывай.
— Долгая и грустная история, — вздохнула Лена. — Меня подставили. Лишили работы по специальности, испортили репутацию.
Белов долго смотрел на неё, будто читая её душу, а затем кивнул каким-то своим мыслям.
— Я старый больной человек, — сказал он наконец. — Моя семья — люди хорошие, но им не до моего здоровья. Дочка занята своей жизнью, внуками. А мне нужен кто-то, кому я смогу по-настоящему доверять. Предлагаю тебе работу — моей личной сиделки, с проживанием в моём доме. Зарплатой не обижу.
Лена не верила своим ушам. Перед ней, казалось, открывался шанс выбраться из нищеты, наконец наказать Марата и вернуть себе достойную жизнь.
— Я согласна, — твёрдо ответила она без лишних раздумий.
Через два дня машина Белова привезла Лену к огромным кованым воротам роскошного загородного особняка. Иннокентий Сергеевич настоял на том, чтобы представить свою спасительницу семье за ужином.
— Проходи, Лена, не стесняйся, будь как дома.
Бизнесмен, опираясь на дорогую трость, провёл её в огромную столовую, где за длинным дубовым столом, сервированным на несколько персон, уже сидела молодая эффектная блондинка. Её лицо почему-то показалось Лене очень знакомым, но она никак не могла вспомнить, где видела его раньше.
— Пап, ну наконец-то, — недовольно протянула молодая женщина, капризно поджав губы. — Всё же стынет, между прочим. А это кто с тобой? Очередная прислуга? Ох, папочка, мог бы и на кухню её отправить, не портить нам аппетит.
— Диана, прекрати сейчас же! — строго одёрнул её отец. — Это Елена, и именно она спасла мне жизнь, когда у меня случился приступ. Она будет жить в этом доме как моя личная сиделка, и я требую, чтобы ты относилась к ней с уважением.
Диана скрипнула зубами и окинула Лену презрительным, высокомерным взглядом. И в тот самый момент, когда Лена уже хотела ответить что-то миролюбивое, в столовую стремительным шагом вошёл мужчина в дорогом домашнем кардигане.
— Прошу прощения за опоздание, задержался немного в кабинете с документами, — начал он бодрым голосом, поднимая глаза на присутствующих. — У нас тут, я слышал, новая… — слова неожиданно застряли у него в горле. Лицо вошедшего в одно мгновение стало пепельно-серым, будто из него выкачали всю кровь.
Перед ним стояла его бывшая жена — та самая, которую он выбросил на улицу, обокрав и опозорив. Лена же почувствовала, как земля уходит у неё из-под ног, а сердце пропустило удар. «Марат, это точно он. Значит, он сменил не только паспорт, но и жену. А я оказалась в доме его тестя. Как же глубоко зашла его ложь». Сердце бешено заколотилось, но холодный рассудок всё же взял верх: без доказательств старик Белов ни за что не поверит бывшей посудомойщице. Да и сама Лена будет выглядеть в его глазах как сумасшедшая мстительница, которая охотится за его зятем.
— Здравствуйте, — ровным, ничего не выражающим голосом сказала она, глядя Марату прямо в глаза. — Меня зовут Елена. Я новая сиделка Иннокентия Сергеевича.
Марат судорожно сглотнул, пытаясь взять себя в руки. На его лбу выступили мелкие капельки пота.
— Очень приятно, — выдавил он из себя и быстро отвёл взгляд в сторону, чтобы не выдать своего волнения.
— Марат, дорогой, это мой муж, — представила блондинка, не замечая его состояния. — Ты что, побледнел весь? Тебе плохо?
— Да нет, всё нормально, — пробормотал он. — Просто немного устал сегодня. Много дел.
Ужин прошёл в напряжённой, гнетущей тишине. Диана всем своим видом показывала пренебрежение к новой сиделке, то и дело отпуская колкие замечания. Марат не поднимал глаз от тарелки и молча ковырял вилкой еду. А Лена спокойно ела, чувствуя, как внутри у неё разгорается ровное, холодное пламя возмездия.
После ужина, когда она пошла осматривать свою комнату, в коридоре её перехватил Марат. Он грубо схватил её за локоть и втащил в пустую гостевую спальню, плотно прикрыв за собой дверь.
— Ты что здесь делаешь, дрянь? — прошипел он, брызжа слюной. Его лицо исказили злоба и настоящая паника. — Как ты вообще сюда попала? Что тебе нужно?
— Отпусти меня, Ковалёв. Или как тебя сейчас там зовут? Максим? Игорь? — Лена силой вырвала руку. — Судьба, наверное, привела, не иначе.
— Слушай меня внимательно, Соколова, — он достал из кармана блокнот и ручку. — Не знаю, как тебе удалось охмурить старика, но завтра же утром ты уберёшься отсюда. Напишешь заявление, что тебе не подошли условия. Даю тебе наличными столько, сколько скажешь, и ты исчезаешь из моей жизни навсегда.
Лена посмотрела на мужа с нескрываемым отвращением.
— Думаешь, всё можно купить, да? — спросила она тихо, но весомо. — А как насчёт моей разрушенной жизни? Как насчёт клеветы и обмана?
— Даю два миллиона, — выпалил Марат в отчаянии.
— Знаешь что, оставь свои грязные бумажки себе, — Лена шагнула к нему вплотную, и Марат невольно отшатнулся от ледяного огня в её глазах. — Я отсюда не уйду. И я выведу тебя на чистую воду, чего бы мне это ни стоило. Я найду доказательства твоих махинаций, твоих фальшивых паспортов и скормлю их твоему тестю и полиции. Так что можешь спать спокойно, но оглядывайся, Марат.
Она резко развернулась и вышла из комнаты, оставив его одного в бессильной, животной ярости.