Офицер может убить тебя на войне. Фельдфебель сделает твою жизнь адом прямо сейчас.
Именно поэтому русский солдат XIX века трепетал перед унтер-офицером с галуном на погоне куда сильнее, чем перед поручиком с саблей. Один появлялся перед строем, раздавал приказы и уходил. Другой был рядом всегда — в казарме, на кухне, на плацу, в пять утра и в полночь. Разбираемся, кто такой фельдфебель и почему его архетип оказался бессмертным, а также - кто его функции выполняет в армии сейчас.
Откуда взялось это слово
Немецкое Feldwebel восходит к походно-судебной функции: Feld — поле, поход, Weibel — судебный служитель или рассыльный. То есть изначально это не просто «старший солдат», а человек, отвечающий за порядок при войске со всеми вытекающими полномочиями прямо на месте.
В XV веке такие фигуры появились среди немецких ландскнехтов.
В Россию же воины с подобным набором задач уже были - в стрелецких войсках XVII века встречался «вевеляй» — допетровский родственник фельдфебеля.
В 1722 году Пётр I оформил всё это уставом: чин фельдфебеля вошёл в только что принятую Табель о рангах как часть новой регулярной армии.
В пехотной роте XIX века фельдфебель был главным унтер-офицером и первым помощником ротного командира среди нижних чинов.
Инструкция 1883 года прямо называла его «начальником всех нижних чинов роты». Формально в разные периоды над ним могли стоять подпрапорщики, но в ротном быту именно он был центральной фигурой.
В кавалерии его двойником был вахмистр.
Как выглядел и почему его было видно издалека
На плацу фельдфебеля нельзя было спутать ни с кем. Галуны, нашивки за сверхсрочную службу, особенности оружия выделяли его из рядовых.
Его оружие и темляк (петля для холодного оружия) подчёркивали промежуточный статус: он ещё не офицер, но уже явно не обычный солдат. Видно было сразу и именно это ощущение постоянного присутствия власти работало не хуже самой власти.
В старой армии фельдфебельская палка стала почти символом казарменной дисциплины не столько предметом формы, сколько образом власти, которая действует сразу и на месте, без судов и апелляций.
Три власти фельдфебеля
У него было три власти. Первая — дисциплинарная: наряды, взыскания, строй, порядок. Вторая — хозяйственная: котёл, склад, амуниция, имущество. Третья — информационная: он знал про каждого солдата всё.
Офицер командовал ротой. Фельдфебель её помнил.
Молодой поручик мог знать устав, но не знать роту. Фельдфебель знал, кто силён, кто пьёт, кто ворует, кто умеет починить сапог, кто подведёт на марше, а кто вынесет раненого. Поэтому умный офицер не ссорился с фельдфебелем, он на него опирался.
Он распределял наряды: хочешь на кухню или в обоз — дружи с фельдфебелем. Хочешь чистить нужники в декабрьский мороз, соответственно, разозли фельдфебеля. Он лично решал, поверить ли жалобе на здоровье, доложить ли о больном или сначала объявить симулянтом.
Рядовой срочной службы получал буквально копейки — несколько рублей в год. Сверхсрочный унтер-офицер зарабатывал рубли в месяц, на порядок больше рядового. По солдатским меркам это была другая экономическая лига. Фельдфебель держался за своё место зубами — и держал за горло всю роту.
Почему фельдфебеля боялись больше офицера
Офицер-дворянин жил в другом мире. Его приказы воспринимались как гром небесный - нечто неизбежное, но безличное. Обмануть его было сравнительно легко: он не знал, как устроен быт солдат и те могли всегда утаить от него что-то дисциплинарно неодобряемое.
Фельдфебель знал. Он сам прошёл путь от рядового. Знал все уловки, все отговорки, а всех симулянтов в роте знал в лицо. Его нельзя было провести — он сам придумал половину этих трюков ещё двадцать лет назад.
Прусская военная школа строилась именно на этой логике: солдат должен бояться немедленного наказания сильнее, чем хаоса перед строем. В такой системе фельдфебель становился главным проводником страха и одновременно главным источником порядка.
Военные наставления конца XIX века требовали от него не только строгости, но и заботы: он должен был быть для нижних чинов не просто надзирателем, а старшим в ротной семье.
Чапаев — знаменитый фельдфебель
Василий Иванович Чапаев достиг чина фельдфебеля в царской армии во время Первой мировой войны.
Василий Чапаев служил в 326-м Белгорайском пехотном полку и был награждён тремя Георгиевскими крестами и Георгиевской медалью. А потом стал одним из лучших красных комдивов Гражданской войны.
Кстати, именно за счет этого то опыта лучшим и стал!
В воспоминаниях и литературном образе Чапаева постоянно подчёркивается именно фельдфебельская практичность: каша, сухари, патроны, порядок, понятный разговор с бойцами.
Он умел объяснить тактику «по-мужицки» и добивался от красноармейцев того же, что когда-то требовал фельдфебельский устав.
Так что такой образ Чапаева - это не советская мифология. СССР сделал из него легенду, конечно. Но легенда выросла из очень конкретной и жёсткой школы.
Умер чин — жив архетип
Декреты конца 1917 года сломали старую систему военных чинов и званий. Фельдфебель как категория старой армии исчез вместе с имперской иерархией.
В советской армии возникла близкая по функции фигура — старшина роты: помощник командира по порядку, быту, имуществу и дисциплине. Название другое, архетип узнаваемый. В мемуарной литературе такой человек будь то старый подпрапорщик царской армии или советский старшина выглядит одинаково: строгий, въедливый, хозяйственный, незаменимый.