Глава 6. Несколько месяцев тому назад-2. ч. 2
Сердце Олега выдержало испытание кипятком и солью. Привязанный к дереву, он не просил пощады у своих мучителей. То ли забыл подходящие слова, а может, никогда не знал их и поэтому крыл душманов отборным матом в надежде, что кто-нибудь из них поймёт смысл ругательств и пристрелит его. Самое ужасное, что сознание даже на секунду не покидало его. В конце концов, Фролов перестал чувствовать боль и повис на ветвях, как на распятье.
Тяжёлый сон, в котором короткие фрагменты из детства смешивались с кошмарными видениями последнего боя, не восстановил силы. С трудом заставив себя открыть глаза, Фрол увидел четырёх афганцев в чёрной униформе, сидящих на корточках у расстеленного брезента. Негромко переговариваясь, они раскладывали на полотнище добытые трофеи. Автоматы отдельно, снаряжение, магазины и боеприпасы - отдельно. Итак, все восемь комплектов. Он без труда узнал свой автомат и, стиснув зубы, наблюдал, как духи неторопливо, со знанием дела чистят оружие. Наверное, Фролов снова впал забытье, так как, открыв глаза, увидел на брезенте своих погибших товарищей. Парни сидели спокойно, положив испачканные кровью и землёй ладони на колени. Никто из них не шевелил губами, однако сержант ясно слышал слова, обращённые к нему: «Ты держись, братан! На тебе нет вины. Мы сами проспали свои жизни. Да ещё и твоего другана Ромку с собой прихватили. Видишь дыру у него в виске, командир? Это от китайской разрывной». Почувствовав удушье, Олег схватился за горло и … проснулся.
Сфокусировав зрение, он увидел того самого душмана, с которым уже приходилось общаться мимикой и жестами. Тот держал в руке тоненькую книжку в красной обложке. «Блин! Это же мой военник. - Скрипнув зубами, подумал разведчик. - Все пацаны сдали перед выходом документы старшине, а я забыл. Старшина тоже хорош. Мог бы и пересчитать… Твою ж мать!» Афганец, бегло пролистав документ, бросил короткий взгляд на пленника, в раздумье постучал книжкой по костяшке согнутого пальца, а затем развернулся и уверенным шагом направился к блиндажу, расположенному у самого края площадки.
Через два часа метавшегося в горячечном бреду сержанта доставили на центральную базу укреплённого района.
***
Начальник укрепрайона Мансур Махди, выслушав доклады командиров об обстановке на подступах к позициям, подвёл итог затянувшемуся совещанию:
- Нет Бога, кроме Аллаха, Мухаммад – его Пророк! Всевышний услышал нас. Полковник Ахмед, ещё вчера хвастливо заявлявший, что овладеет нашей крепостью силами своей дивизии, сегодня мечется в попытках остановить массовое дезертирство. Из трёх пехотных батальонов, два отказались входить в ущелье. Теперь вояка тянет время, разбив лагерь у подножия наших гор. Мои друзья из штаба дивизии передали, что полковник попросил у Кабула подкрепление, якобы для того, чтобы развить некий успех. Ахмед не хочет признаться даже самому себе, что операция провалились, не успев начаться. Советские войска готовы прийти к нему на помощь, но тот тянет время, понимая, что если шурави встанут на блок, то ему придётся вводить остатки своей дивизии в дело, тем самым обрекая их на бесславную смерть…
Мансур вещал в том же духе ещё несколько минут и закончил свою речь под одобрительный гул присутствующих. Окрылённый успехом, он хотел было продолжить, но, поразмыслив, решил, что не стоит уподобляться болтунам и сплетникам:
- Как бы там ни было, нельзя расслабляться и терять бдительность. Пусть ваши люди усилят работу среди сарбазов. Заблудшие должны понимать, что, встав с оружием в руках на сторону нынешней власти, они предали истинную веру. Веру своих предков. Все свободны. – Высмотрев в толпе командира передового рубежа, благосклонно улыбнулся. – Уважаемый господин Сабири! Вы не могли бы уделить мне несколько минут? Я хочу поблагодарить вас за бесценные трофеи, добытые в ночном бою.
***
Оглядев начальника полевого лазарета с ног до головы, Мансур скривился в недоверчивой гримасе:
- Вы утверждаете, что новому узнику необходимо ампутировать руку? Я вам не верю. Скажите, кому будет нужен однорукий раб? Мы не сможем выручить за него даже несколько афгани. Пусть рану шурави осмотрит русский доктор, который по воле Всевышнего гостит у нас уже целый год. Мне говорили, что вы хороший ветеринар, Алим. Но для вас не существует различий между кишечником ишака и сердцем человека. Для того чтобы стать настоящим доктором, вам необходимо прилежней учиться у русского коллеги. Не зря Посланник, мир ему и благословение Аллаха, говорит о халатности врача: «Тот, кто лечит, не зная, как это делать, будет замином». Кстати. Почему этот доктор, имени которого я никогда не смогу произнести, не осмотрел своего соотечественника? Вы умышленно отказали ему, чтобы лишить нас законной прибыли?
Бедняга не осмелился поднять глаза на командира укрепрайона. Согнувшись в поклоне, сдавленным от страха голосом попытался объясниться:
- Господин! Поверьте, у меня даже в мыслях не было причинить вам ущерб. Русский доктор, которого вы однажды изволили назвать Иваном, принимал роды у младшей жены вашего помощника. Случай был очень тяжёлый и женщины не смогли…
- Не надо подробностей, Алим! – Брезгливо отмахнулся Махди. - Надеюсь, мой помощник испросил разрешения муллы? Впрочем, это неважно. Ступайте. В вашем распоряжении целая неделя, чтобы товар приобрёл надлежащий вид. Через десять дней к нам прибудут покупатели. Я намерен продать всех узников, чтобы освободить зинданы для новой партии. Запомните, Алим: если пленный шурави по вашей милости лишится левой руки, то я прикажу ампутировать вашу правую руку. В каждом деле необходимо соблюдать равновесие.
***
Олег открыл и тут же закрыл глаза. Яркий свет операционных светильников не позволил как следует осмотреться. Вздохнув в себя свежий, прохладный, пахнущий спиртом и эфиром воздух, почувствовал, как сердце наполняется спасительной надеждой: «Бой реально был… к бабке не ходи. Я ранен и сильно контужен… Башку заклинило, вот и привиделся весь этот бред с духами и пленом… Если я попал в плен, то должен был проснуться в какой-нибудь яме, а не на операционном столе. Интересно, что всё-таки с пацанами случилось? Они же приходили ко мне? Все вместе. Про Ромку всякую хрень несли. Наверное, я уже тогда в отключке был… надо подать знак доктору, что я живой… он заговорит и всё сразу станет на свои места…»
Словно подтверждая догадку, откуда-то сверху раздался чуть хриплый, но моментально ставший родным голос невидимого хирурга:
- Очнулся, сынок? Лежи спокойно. Тебе сейчас нельзя разговаривать.
Продолжение следует.
Предыдущая глава https://dzen.ru/a/agAoeE4zCl9a_vkO
Начало. https://dzen.ru/a/adiZFyaxRGDyfXLg
Повести и рассказы Николая Шамрина опубликованы на портале «Литрес.ру» https://www.litres.ru/