...От поезда мы шли долгим маршем, ровно по пять человек в ряд. Я была слаба, и кто-то протянул руку. Я думала, что мне хотят помочь, а меня ударили. Русские свиньи! Русские бабы! Никто не мог понять, за что их бьют. Мы ещё не понимали, что это обычное поведение немцев. Они как будто чего-то ждали от нас или боялись. Возможно, потому что мы еще были в красноармейской военной форме, — вспоминала Валентина Самойлова, одна из первых советских женщин, оказавшихся там.
Концлагерь Равенсбрюк был открыт весной 1939 года специально для женщин. В окрестностях небольшого городка Фюрстенберг в 90 километрах от Берлина. Тихое и даже сонное местечко среди чудесной природы восточной Германии. Но именно тут разверзся ад, сквозь который прошло за 6 лет почти 130 тысяч женщин.
Сюда в крупнейший женский концлагерь Германии отправляли немок-антифашисток, участниц сопротивления, членов семей и детей противников нацизма, а с началом войны — женщин из оккупированных стран: Польши, Чехословакии, Югославии, Норвегии, Люксембурга и СССР.
Первые наши узницы появились тут в октябре 1941 года: подпольщицы, летчицы, связистки, медики. овод для ареста мог быть любым: подозрение в сопротивлении, помощь партизанам, «неправильное» расовое происхождение или даже просто донос отвергнутого завистника.
Новоприбывших немедля раздевали прямо на улице, гнали на осмотр начальству. А уже начальство, внимательно осмотрев обнаженных перепуганных новеньких, решало, куда в какой барак кого селить, а кого вообще направить в газовую камеру.
В Равенсбрюке нас ждал сущий ад. У нас отобрали всю одежду. Заставили нас пройти медицинское обследование, и это было… даже слово “стыдно” тут не подходит, потому что в людях, которые его проводили, не было ничего человеческого. - рассказывала польская узница Бланка Ротшильд.
Женщин в Равенсбрюке лишали имени, личности, чести и достоинства. Но наши землячки достойно держались до последнего.
- Советские женщины маркировались винкелем - буквами SU на одежде - Sowjetunion. Они всегда стояли друг за друга, - вспоминала своих русских товарок французская узница Равенсбрюка Жермена Тильон. - Были очень крепкими и выносливыми. Держались с максимально возможной гордостью. Потому особенно ненавидело их лагерное начальство.
За колючей проволокой
В бараках, рассчитанных на 120 человек, содержали по 800–900 узниц. Их заставляли работать в мастерских — шить военную униформу для солдат Вермахта и SS. Или гоняли строить в окрестностях лагеря дороги. С 1942-го года лагерь здорово разросся: его узниц задействовали даже на местных предприятиях знаменитой компании «Сименс». Иначе выход один - печи крематория...
Каждый день подъем в 4 утра. Кормили узниц лишь жидкой баландой да гнилой брюквой. Работать вынуждали по 14-16 часов каждый день, без выходных. Сама система была рассчитана была так, что труд просто убивал. Ну или, как говорилось издевательски, «делал свободным».
- Ощущение было такое, как будто кто-то сдирал с нас кожу, ничего не оставляя от наших личностей. Мы уже не были после этого девушками Валей, Верой, Машей или кем-то ещё, — делилась Валентина Самойлова.
В лагере немцы проводили бесчеловечные медицинские эксперименты. Например, гинеколог Карл Клауберг искал тут способы массовой стерилизации. Жестокие опыты ставили даже на девочках до 10 лет и беременных женщинах.
С 1944 года в Равенсбрюке появились газовые камеры. Женщин загоняли туда сотнями. Гауптшарфюрер Молл приказывал женщинам раздеться, ведь их якобы нужно было срочно избавить от накопившихся вшей. Затем женщин уводили в газовую камеру и запирали двери. После двух-трёх минут всё замолкало...
В Равенсбрюке содержали и детей — их приводили вместе с матерями или отбирали у арестованных. Надзирательницы не знали жалости. Впрочем, отдельные наиболее «расово верные» красивые молодые узницы всегда имели шанс облегчить свою участь. Например, став домашней прислугой и любовницами офицеров SS, лагерного начальства. Комендант Макс Кёгель обзавелся из числа заключенных настоящим гаремом...
«Пюппенштубе»
Имелся в Равенсбрюке и свой «Пюппенштубе» - то бишь «Кукольный домик». По-русски говоря, лагерный бордель. Сюда отправляли в основном, более-менее сохранивших товарный вид немок, полек, украинок. А пользовались их услугами на месте охранники. Либо же «работниц» отправляли «на гастроли» в другие концлагеря - обслуживать там наиболее «отличившихся» узников и офицеров SS.
«Кукольный домик» Равенсбрюка представлял собой огороженные строения на краю лагеря, в которых были комнаты для врачей, комнаты ожидания, уборные и душевые.
Перед «работой» узниц помещали в лазарет, где приводили в порядок: откармливали, делали косметические процедуры. Длительность посещения была регламентирована 15 минутами, Ежедневная норма одной узницы составляла 8 мужчин на два часа вечером. Когда женщины «изнашивались», их отправляли обратно на общий режим в лагерь.
Освобождение
30 апреля к лагерю подошли советские войска — 492-й стрелковый полк 49-й армии 2-го Белорусского фронта. Немецкая охрана разбежалась, а выжившие женщины, будто немые тени, встретили освободителей. из примерно 20 тысяч узниц оказалось свыше 700 наших гражданок...
Равенсбрюк — это символ нечеловеческой жестокости и одновременно стойкости женщин, которые даже в аду сохраняли человечность.