Анна Петровна жила в старом доме на окраине города. Дом был добротный, кирпичный, с толстыми стенами и высокими потолками — ещё сталинской постройки. Но за последние годы жильцы менялись часто: кто-то уезжал, кто-то продавал, а кто-то просто исчезал. В подъезде пахло краской, сыростью и чем-то неуловимо чужим — будто сам воздух стал другим.
Она жила одна. Муж умер пять лет назад, дети разъехались — сын в Питер, дочь в Новосибирск. Раз в месяц они звонили, присылали деньги, спрашивали, всё ли в порядке. Анна Петровна отвечала, что всё хорошо, хотя иногда ей казалось, что «всё хорошо» — это просто фраза, которую она выучила наизусть.
В тот вечер она сидела у окна, вязала шарф и слушала радио. На улице шёл дождь, капли стучали по подоконнику, как будто кто-то осторожно перебирает клавиши. В квартире было тихо, уютно, привычно.
И вдруг — бас.
Он ворвался в тишину, как удар молота. Стены задрожали, кружка на столе зазвенела, а радио, которое ещё секунду назад играло вальс, утонуло в грохоте. Анна Петровна вздрогнула, уронила спицы.
Музыка. Громкая, ритмичная, с тяжёлым басом, который отдавался в груди. Она шла сверху — из квартиры над ней.
Анна Петровна подняла глаза к потолку. Раньше там жила пожилая пара, но они съехали полгода назад. Квартиру сдали молодым людям — она видела их мельком: парень с серьгой в ухе и девушка с розовыми волосами. Они казались весёлыми, но не шумными.
«Может, праздник?» — подумала она. Но музыка не прекращалась. Час, два. Стрелки часов перевалили за одиннадцать.
Анна Петровна вздохнула, сняла очки, протёрла их краем халата. Она не любила конфликты. Всегда старалась уладить всё мирно, по-соседски. Но сейчас терпение подходило к концу.
Она поднялась, поправила халат и вышла на лестничную клетку. Лифта в доме не было, и ей пришлось медленно подниматься на этаж выше. Ноги ныли, дыхание сбивалось. На четвёртом пролёте она остановилась, чтобы отдышаться.
Дверь квартиры была приоткрыта. Изнутри доносился смех, голоса, звон бокалов. Музыка гремела так, что вибрировали перила.
Анна Петровна постучала. Никто не услышал. Она постучала громче.
Дверь распахнулась. На пороге стоял парень с бутылкой пива в руке. Волосы всклокочены, футболка наизнанку, глаза блестят — то ли от веселья, то ли от чего-то ещё.
— Да? — он прищурился, пытаясь сфокусировать взгляд.
— Молодой человек, — начала Анна Петровна, стараясь говорить спокойно, — вы не могли бы сделать потише? Уже поздно, люди спят.
Парень моргнул, потом расплылся в улыбке:
— А, соседка снизу! Да, конечно, сейчас… — он обернулся внутрь квартиры. — Ребят, убавьте чуток!
Музыка действительно стала тише — на пару минут. Потом снова загрохотала.
Анна Петровна постояла ещё немного, вздохнула и пошла вниз.
На следующий день всё повторилось. И через день. И ещё. Она пробовала стучать по батарее, писала записки и подсовывала под дверь — без толку. Однажды она снова поднялась наверх, но ей просто не открыли.
А потом она услышала смех.
— Старуха опять стучала, — донёсся голос девушки с розовыми волосами. — Пусть привыкает. Мы тут жить будем!
Анна Петровна замерла на лестнице. Ей стало холодно, хотя в подъезде было тепло.
Вечером она села у окна и долго смотрела на дождь. Потом взяла телефон.
— Алло, полиция? У меня проблема с соседями. Они шумят каждую ночь. Да, уже поздно. Нет, не реагируют на просьбы…
Голос в трубке был равнодушным:
— Заявите письменно. Или подождите, может, сами угомонятся.
Она положила трубку.
Тогда она решила действовать иначе.
На следующий вечер, когда музыка снова загремела, Анна Петровна поднялась наверх с кастрюлей. Постучала. Дверь открыл тот же парень.
— Опять вы? — он вздохнул.
— Да, — она улыбнулась. — Я тут вам суп принесла. Домашний. С фрикадельками.
Парень опешил.
— Чего?
— Суп, — повторила она. — Вы, наверное, голодные, раз так веселитесь. Возьмите, угощайтесь.
Он машинально взял кастрюлю.
— Э-э… спасибо?
— И ещё, — она понизила голос, — может, сделаем потише? А то у меня сердце слабое, боюсь, не выдержу такого ритма.
Парень помялся, потом кивнул:
— Ладно. Извини, тёть. Не знал, что так громко.
Музыка стихла.
На следующий день Анна Петровна увидела, как парень выбрасывает мусор. Он кивнул ей:
— Вкусный суп был. Спасибо.
— На здоровье, — ответила она.
С тех пор музыка играла только днём. А иногда парень заходил к ней за советом — то розетку починить, то просто поговорить. Оказалось, он учился на автомеханика, а девушка с розовыми волосами рисовала комиксы.
Однажды вечером они пришли вдвоём — с тортом и цветами.
— Мы тут подумали, — сказал парень, — может, вы с нами кино посмотрите? У нас новый телевизор, большой.
Анна Петровна улыбнулась:
— С удовольствием. Только давайте без баса на полную.
Они рассмеялись.
А ночью, когда все разошлись, она сидела у окна, и смотрела на звёзды и думала: иногда достаточно просто предложить суп вместо ультиматума.