Я дилетант, который имеет право на ошибку. Могу задавать глупые вопросы. И мне за это не стыдно. Я считаю, что журналисты, как правило, дилетанты. Только дилетанты должны быть очень образованными, - признавался Владимир Молчанов.
Так случается, что в одном человеке сходятся и внешность, и талант, и профессиональная скрупулезность, и немыслимое обаяние. И когда всё это ложится на благодатную почву времени и событий, происходит невероятный взрыв.
Владимир Молчанов стал голосом эпохи, символом перемен, синонимом крушения советской действительности, одним из тех, кто во второй половине 80-х подтолкнул СССР к краю пропасти и своим появлением на экране навсегда изменил отечественное телевидение. Интеллигент с безупречным образованием и опытом журналистской работы, не боявшийся задавать неприятные вопросы и поднимать острые темы разительно отличался от своих коллег. Даже от молодых взглядовцев. Он не был бунтарем, он всегда оставался профессионалом. И считал себя, прежде всего, именно журналистом, хотя зрителям запомнился как ведущий популярных телепрограмм: "Время", "120 минут", "До и после полуночи".
Воспитание я получал от старшей сестры. Она очень многое мне дала до 18 лет, а потом я женился, и все остальное дала жена, - то ли шутя, то ли серьезно говорил Владимир Молчанов.
Гроза нацистских преступников
Будущая звезда советского и российского телевидения родился в Москве 7 октября 1950 года в семье композитора Кирилла Молчанова и актрисы Марины Пастуховой-Дмитриевой, где увлечение детей теннисом было неотъемлемой частью семейной жизни. Старшая сестра Анна стала знаменитой советской теннисисткой и тренером, 18-кратной чемпионкой СССР в одиночном, женском парном и смешанном парном разрядах, финалисткой Уимблдонского турнира в одиночном разряде среди девушек 1958 года и абсолютной чемпионкой Игр развивающихся стран в 1963-м. А после завершения спортивной карьеры состоялась как спортивный комментатор, а позже - медиаменеджер.
Таких высот в спортивной карьере Владимир Молчанов не достиг, но смог подняться на пьедестал, завоевав титул чемпиона СССР в парном разряде среди юношей.
Воспитанный в среде и среди людей мира искусства, безраздельно увлеченных театром, Владимир мечтал в будущем тоже выходить на театральные подмостки. Уже прошел отбор в школу-студию МХАТ, когда Анна все же убедила его, что мужчине требуется фундаментальное образование, которое позволит прочно встать на ноги. В результате в 1967 году он поступил на филфак МГУ, где изучал нидерландский язык. В 1973 году защитил диплом и вступил в КПСС.
Из-за родственных связей - Анна уже работала комментатором на Гостелерадио - его не взяли на телевидение. И тогда Молчанову удалось попасть в Агентство печати "Новости". Сначала редактором, а затем собкором западноевропейской редакции.
Безусловно, если бы я не попал в Голландию в 21 год, так бы, наверное, и остался идиотом советским... Моим главным учителем журналистики стал нидерландский публицист Вильем Олтменс, у него я учился вести себя в кадре, - признавался Молчанов.
От него требовалось освещать будни и перспективы "загнивающего Запада", а ему хотелось настоящей журналистской работы. И, как всегда, помог случай.
Коллега из Амстердама, путь которому в Союз "был заказан" и потому сам он не мог проверить информацию, поделился, что будто бы во Львове до сих пор проживает один из бывших нацистов, не успевший вовремя спрятаться на Западе. Молчанов заинтересовался, отправился на Украину. И результатом его поездки стала разгромная статья, ставшая настоящей бомбой и поставившая жирную точку в жизни военного преступника.
Благодаря настойчивости молодого журналиста удалось вывести на чистую воду несколько десятков пособников нацистов, скрывавшихся от правосудия.
Я продолжил поиски, раскрыл 30 нацистских преступников и написал книгу, - вспоминал Владимир Молчанов. - Как дебютант получил премию Максима Горького — значок какой-то. И ни копейки. Зато на саму книгу, вышедшую тиражом 100 тысяч, мог купить „Жигуль“...
В 1982-м после смерти отца журналиста, когда-то написавшего оперы «Зори здесь тихие» и «Неизвестный солдат», 2-е издание книги вышло с авторским комментарием: «Памяти моего отца, композитора Кирилла Молчанова, чье творчество было посвящено антифашистской теме».
До и после...
В 1986-м закончился "голландский" период журналистской работы Владимира Молчанова. Он вернулся в СССР, чтобы в том же году в составе советской делегации отправиться в США для участия в дискуссионном клубе журналистов Востока и Запада.
Уже вовсю дули ветры перемен, Советский Союз активно сближался с США, молодой лидер Михаил Горбачев встречался с лидерами капиталистического мира - Рейганом, Тэтчер и Колем - активно ища точки соприкосновения. И, казалось, что вот-вот и наступит новая эпоха...
Молчанов пришёл на телевидение не юным энтузиастом, а зрелым мастером с багажом уникального опыта. И в январе 1987 года этот опыт нашёл своё воплощение в дерзком телевизионном эксперименте.
Всё начиналось стандартно: пробы в программе «Время», планы на утреннее шоу. Но цензура быстро поставила крест на этих замыслах, сочтя ведущих слишком «неформатными». Казалось, путь был закрыт. Однако именно тогда родилась гениальная мысль: если нельзя утром, значит, будем выходить ночью - пока начальство спит.
И в ночь с 7 на 8 марта 1987 года зрители Советского Союза стали свидетелями настоящего телевизионного прорыва — премьеры программы «До и после полуночи». Символичным стало и первое интервью: гостем студии был Народный артист РСФСР Андрей Миронов со своим последним и самым проникновенным выступлением перед камерой.
Молчанов совершил подлинную революцию: он превратил стандартную телестудию в уютную гостиную, где серьёзные темы обсуждались без официоза и пафоса. Через музыку и стиль он сумел приоткрыть «железный занавес»: именно в его эфире советские зрители впервые увидели клип Майкла Джексона «We Are the World», узнали о феномене Мадонны и услышали ностальгический «Сиреневый туман». Программа заговорила о том, о чём раньше лишь перешёптывались на кухнях: о реальной жизни на Западе, актуальных культурных явлениях и острых социальных проблемах.
А в 91-м, когда все уже понимали неотвратимость происходящего, когда Большая страна раскалывалась на куски, а власти и телевизионное руководство отчаянно пытались скрывать очевидное, вопреки запретам Владимир Молчанов сделал репортаж о происходящем в Вильнюсе. И... уволился, не дожидаясь разборок и угроз сверху.
Закрыли „Взгляд“, „Пятое колесо“. Осталась только наша программа „До и
после полуночи“ как икона. Я собрал бригаду и сказал: „Поехали, снимем
последний фильм, и после этого я уйду“, - рассказывал Владимир Молчанов. - Мы поехали в шахты, сняли очень страшный сюжет о жизни наших шахтеров, о которых всегда рассказывали, что это здоровые мужики, счастливые, с огромными зарплатами, — вспоминал журналист. — Мы показали ленту в обмен на мое увольнение. Я уже написал Леониду Петровичу Кравченко заявление. Оно звучало так: „Прошу уволить меня с должности политического обозревателя Гостелерадио СССР в связи с нежеланием участвовать в вашей деятельности“...
Уходя возвращайся!
Он ушел в никуда, даже не задумываясь, как жить дальше. Не расстраиваясь, что на корню зарубил карьеру, выстраивавшуюся почти 20 лет. Понимал, что его кризис - это начало новой жизни. Непонятной, пока непредсказуемой, но наверняка успешной.
Рухнул СССР, многие знаменитые и успешные рванули заграницу, чтобы строить свое будущее там. Молчанов тоже мог бы уехать, тем более, что предложения были. Но он предпочел остаться. Иначе не мог.
У меня другой родины нет. Я мог уехать с женой в Испанию (как вы знаете,
у меня жена - испанка) или Голландию в том же 1991 году. Меня приглашали в один лучших университетов Нидерландов, когда здесь все рушилось. Я мог бы уехать туда и превратиться в скучного профессора с пивным животом... - объяснял свою позицию журналист. - Когда Анну Ахматову спросили, почему она продолжает называть родной город Ленинградом, то есть именем человека, который разрушил ее жизнь, она ответила: «Всё ужасное и хорошее, что со мной произошло, случилось в Ленинграде. Поэтому я называю город Ленинградом». Могу это только повторить. Очень люблю бывать за границей, пить кофе или пиво и смотреть на людей, на лица. Но я не могу без своей деревни Старая Руза [поселок композиторских дач, где жил сначала отец Молчанова, а потом и сам телеведущий], куда меня привезли в семь месяцев...
Ему не пришлось долго сидеть без дела. Вскоре он вновь оказался в центре внимания. Сотрудничал с РТР и REN TV. Вел программы «90 минут» и «120 минут», «Время», «Частная жизнь» и другие. Снял более десятка документальных телефильмов. Освещал события в Москве в октябре 1993 года, когда погиб один из членов его съемочной группы, а после президентских выборов 1996 года принял решение уйти из политической журналистики.
И нашел себя в новом амплуа.
На протяжении 15 лет он вел программу «Рандеву с дилетантом» на музыкальном радио «Орфей». И ему это действительно нравилось.
Ко мне приходят безумно талантливые люди — режиссеры, дирижеры,
вокалисты, скрипачи, пианисты. Это то, что я люблю, среди чего я вырос.
Причем это лучшее название программы, которое я в жизни придумал — рассказывал Владимир Молчанов. — Я вырос в музыке, я ее люблю...
Немного личного
Судьба свела его с Консуэло Сегурой в истинно советском антураже — на уборке урожая, среди колхозных полей неподалёку от Тарусы.
История жизни Консуэло была необычна с самого начала. Она родилась в Узбекистане — там её родители, испанец, бежавший от гражданской войны в 1938 году, и полячка, участвовали в строительстве гидроэлектростанции. Экзотическое имя и яркий темперамент девушки мгновенно очаровали молодого студента.
Предложение руки и сердца Молчанов сделал в столь драматичной обстановке, что отказать было попросту немыслимо.
Нас перевозили через реку на лодке, и вдруг судно начало черпать воду — мы тонули! В разгар этой паники я выкрикнул: „Выходи за меня!“ Видимо, экстремальные обстоятельства сыграли мне на руку, — со смехом вспоминал телеведущий.
Они расписались в 1969-м, и их союз выдержал испытание временем — брак продлился более полувека.
В начале 80‑х у пары родилась дочь Анна, со временем ставшая надёжной опорой для отца: помогала ему писать сценарии и заняла пост шеф‑редактора его программ.
Ковид всё изменил...
В его жизни случалось разное: взлеты и падения, крутые повороты судьбы. И всегда они с Консуэло находили в себе силы идти дальше с гордо поднятой головой. Но суровая реальность 2020-го и ковид перечеркнули всё.
Всегда оставаясь необычайно деятельным, Молчанов вдруг оказался заперт в четырех стенах. Без возможности творить, без шансов на работу.
В 69 лет я впервые ощутил себя безработным пенсионером, и это было невыносимо, - сетовал Владимир Кириллович.
Затем ковид догнал и его. Больница, тяжелое лечение, тромбофлебит. Осложнения после перенесенной болезни. Постоянные капельницы. И вдруг... страшное известие: Консуэлло оставила его одного, в 1922 году уйдя из жизни.
Оправиться от страшного удара Владимиир Молчанов уже не смог. Не спасли положение ни дочь, ни внук Дмитрий, общению с которым всегда радовался легендарный телеведущий и журналист.
Врачи диагностировали ему онкологию, и победить болезнь Владимир Молчанов не смог. А когда в марте скончалась и горячо любимая Аня, кажется, он и вовсе потерял смысл своего существования.
Владимир Кириллович Молчанов умер в одной из московских больниц 11 мая 2026 года, навсегда вписав свое имя в историю не только отечественного телевидения, но и став символом честной журналистики, для которой не существует границ и континентов...
Уважаемые читатели, в связи с проводимой в последнее время Дзеном политикой, ваша помощь - единственный шанс канала на выживание. Оставить благодарность и поддержать канал можно, нажав на кнопку "Поддержать" под статьей. Или перейдя по ССЫЛКЕ
Подписывайтесь на нас в МАХ, чтобы всегда оставаться на связи.
Спасибо, что дочитали до конца.
__________________________________
Понравилась статья - с вас лайк