(Рассказ Ивы Урсано, ведущей YouTube канал "Реальная жизнь после 60")
Я очень много пишу об одиночестве и поиске друзей после 60 — и, честно говоря, с обеими этими вещами я периодически борюсь. Одиночество накатывает волнами, а вот квест «найди друга» превратился в затяжную битву.
Особенно здесь, в Гватемале.
Когда я жила в Канаде, у меня была куча «друзей». В основном, конечно, коллеги, но с ними определенно можно было зависнуть, от души посмеяться и найти общие темы.
А потом я переехала в Гватемалу, и моя жизнь перевернулась с ног на голову. Да и я сама изменилась.
Потребовалось время, но в конце концов я завела здесь приятелей. Да, по большей части это были собутыльники, но это ведь тоже считается, правда? Каждые выходные я уходила в отрыв: мы шумели, кричали, пили, танцевали, пели... В общем, вытворяла я всё, что только можно было придумать.
Но такой образ жизни безжалостно выставляет счет, особенно когда тебе перевалило за 50. К 60 годам мой организм (и здравый смысл) сказали «с нас хватит», и я свернула эту лавочку.
Вскоре после этого я превратилась в эдакого отшельника. Это был мой собственный выбор, и меня всё устраивало. По крайней мере, поначалу.
Я с головой ушла в работу и спасение уличных собак. Последнее быстро стало моей миссией и главной страстью. Работа в интернете начала поглощать меня целиком.
Я пахала 7 дней в неделю, иногда по 12 часов в день.
А что еще мне оставалось делать? Я сама решила изолироваться от мира, настоящих друзей у меня не было, так что я работала. Очень много работала.
Но такой режим тоже бьет по здоровью — как по ментальному, так и по спине! Поэтому раз в неделю я начала выбираться на обед с одной знакомой. Салли — милейшая и очень заботливая женщина, но совершенно «не мой» человек.
А потом меня пригласили на ежемесячные обеды местного женского клуба. Я воодушевилась: появилась робкая надежда, что я смогу найти подругу-другую. Мне нужно было чаще выходить в люди и общаться с кем-то, кроме собак (спойлер: идея оказалась так себе).
Мой квест по поиску друзей
В комментариях к одной из моих статей читатели посоветовали мне приложить усилия: начать выходить в свет, социализироваться и всё такое.
Ну, я и попробовала.
Первые несколько обедов прошли отлично. Я познакомилась с замечательными дамами, некоторые из которых живут здесь больше 20 лет, а я их даже на улице ни разу не видела!
Большинство женщин были моего возраста, так что я логично рассудила, что у нас точно найдутся общие интересы хотя бы с парочкой из них. И они нашлись. Совсем чуть-чуть.
Но ничего глобального.
Я продолжала стараться: ходила на эти обеды и выдавливала из себя светские беседы с кем придется. Врать не буду — это было тяжело.
Вскоре до меня дошло, что с этой группой в целом у меня катастрофически мало общего. Ситуация становилась всё более неловкой.
Но я продолжала ходить, улыбаться (пока скулы не сведет), поддерживать разговор, активно изображать интерес и болтать. Всё ради того, чтобы завести хотя бы одного друга.
Мой момент озарения
Последние несколько месяцев обедов не было — Рождество, американский День благодарения (95% дам — американки), Новый год и прочие праздники.
И вот в этом месяце одна из женщин объявила, что устраивает вечеринку в своей «палапе» (это такая открытая беседка). Легкие закуски. Формат фуршета. Просьба подтвердить присутствие.
То есть никакого ресторана. Формат «ходи по залу и общайся со всеми». Для меня это просто испытание на выносливость, ведь на таких тусовках я обычно заканчиваю тем, что сижу где-нибудь в уголке, вдали от толпы. Тихий наблюдатель.
«Блин, только не это снова... Опять стоять в неловкости и одиночестве, понятия не имея, о чем говорить с этими людьми».
От одной этой мысли меня передернуло.
Та самая девочка на задней парте, которую никто не любил и все обижали, потому что у нее темная кожа, непослушные кудряшки, она как-то не так пахнет, слишком худая и похожа на «негритянку».
Это воспоминание преследует меня до сих пор.
Как я возвращаюсь из школы в слезах, бегу в ванную и тру кожу мочалкой изо всех сил, пытаясь сделать её светлее. Чтобы девочки полюбили меня, приняли, захотели дружить, перестали издеваться и бросать в меня камни.
Я просто не могла туда пойти.
А где-то глубоко внутри меня голос прямо-таки кричал:
Подруга, тебе здесь не место. Это не твоя лига. Эти женщины богаты, большинство замужем, у них свои дома, они объездили весь мир, у них есть собственные арт-студии и всё в таком духе. Ты тут вообще ни к селу ни к городу. Ты неудачница, очевидная белая ворона, изгой. У тебя абсолютно ничего общего с ними. Просто не ходи.
И я не пошла. Моя смехотворно низкая самооценка профессионально отговорила меня от этой затеи.
На следующий день я увидела фотографии с этой встречи и искренне порадовалась, что осталась дома. Мне совершенно не о чем было бы говорить ни с одной из этих дам (да-да, это снова говорит моя самооценка).
В основном они пришли из мира богатства и успеха. А я — абсолютно точно нет.
И тут меня осенило: у меня нет друзей, потому что я постоянно твержу себе, что я неудачница и никуда не вписываюсь. Именно поэтому я выбираю еженедельные обеды с Салли, где поверхностная болтовня «о погоде» кажется мне безопасной и уютной.
Там я чувствую себя уверенно: «О, ну это я могу — обсуждать погоду и собачек!». Салли играет на моем поле. Она рассказывает о своих кошках, я — о своих уличных собаках.
Это безопасно. Тут невозможно облажаться.
Никто не ткнет в меня пальцем и не осудит за то, что я глупая, странно пахну, неудачница и вообще «не из их песочницы» (тссс, самооценка, успокойся).
Салли бы так никогда не сделала.
Разговоры с ней не заставляют меня сталкиваться с демонами из прошлого, с детскими травмами и жестокостью. Салли — это тихая гавань.
А мои пьющие приятели никогда меня не осуждали, потому что мы все были одинаковыми и всегда пьяными. Кого вообще что-то волнует, когда ты пьян? Никого. Все любят всех!
Дело во мне (да, проблема — это я)
Чем старше я становлюсь, тем более неловко чувствую себя в компании ровесниц. У нас нет ничего общего, у меня нулевая толерантность к пустой болтовне, мне не о чем рассказывать, и мне совершенно не интересно слушать унылые лекции об искусстве и ремонте домов. И притворяться, что мне интересно, я тоже больше не хочу.
*~ Именно это я и говорю себе, пока пишу очередное письмо прощения своим обидчикам из прошлого ~*
Я просто обычная женщина из маленького городка в Северном Онтарио (о котором никто никогда не слышал), которая пытается как-то заработать на жизнь и делает всё возможное, чтобы этот мир стал чуточку лучше.
Сейчас я понимаю, что, возможно, никогда не найду «ту самую лучшую подругу». И я вполне готова довольствоваться еженедельными свиданиями за обедом с Салли и слушать её истории о кошках (она так искренне светится в эти моменты, что наблюдать за ней — одно удовольствие). Я готова к случайным беседам с другими волонтерами-собачниками, ежедневной болтовне с моим арендодателем, учителем испанского и, конечно же, с двумя моими котами.
И знаете что? Честно говоря, меня это абсолютно устраивает.
Я не одинока
Когда я поднимаю тему дружбы и одиночества на своем YouTube-канале, многие женщины пишут одно и то же: им гораздо счастливее и спокойнее жить одним, в компании только своих питомцев.
Теперь я их прекрасно понимаю.
Жизнь, которую я здесь для себя построила — даже без тусовок и лучшей подруги, — вполне себе замечательная.
Я больше не могу заставлять себя искать друзей через силу. Я устала слушать то, к чему у меня нулевой интерес, и тратить на это свое время. Возможно, это звучит резковато, но ведь это время я могла бы потратить, распевая песни уличной собаке (по крайней мере, они никогда не жалуются на мой ужасный голос).
Я закончила притворяться, что мне весело в компании, которая вызывает у меня лишь дискомфорт и тревогу.
Мне больше не нужно встречаться лицом к лицу со своими детскими демонами.
Только сейчас до меня дошло: это абсолютно нормально — не иметь друзей и жить так, как нравится именно тебе. Даже если это жизнь, проведенная в одиночестве.