Телевизор в восьмидесятых годах был чем-то вроде семейного алтаря, вокруг которого собирались по вечерам. Но картинка в нем долгое время оставалась предсказуемой: строгие дикторы, официальные новости, отчеты о достижениях полей и заводов. Люди привыкли к определенному ритму, где каждое слово выверено, а каждый жест отрепетирован до автоматизма. Перемены начались внезапно, когда в привычную сетку вещания ворвалось нечто совсем иное по ритму и настроению.
В начале 1987 года на Шаболовке и в Останкино уже чувствовался ветер перемен, хотя цензура еще крепко держала свои позиции. Владимир Молчанов пришел на Центральное телевидение из международной журналистики. Поначалу он работал в программе "Время", но узкие рамки официального формата явно не подходили для его манеры общения. Ему хотелось создать проект, который напоминал бы не сухую сводку новостей, а толстый журнал. Такой, который можно не спеша листать, переходя от серьезных политических очерков к музыкальным страницам и светским беседам.
Первый выпуск новой программы под длинным названием "Вы где-то с ними уже встречались" вышел в эфир в праздничную ночь с 7 на 8 марта 1987 года. Позже название сократили до лаконичного и ставшего легендарным "До и после полуночи". Это было попадание в десятку. Вместо привычного официоза зрители увидели интеллигентного ведущего, который разговаривал с ними как с равными. Он не читал текст по бумажке, а вел живой диалог, позволяя себе сомневаться, размышлять и иронизировать.
Для советского человека того времени передача стала настоящим окном в другой мир. Формат был уникальным: программа выходила раз в месяц по субботам в 23-30. Из-за огромной территории страны и разных часовых поясов редакции приходилось идти на хитрости. Днем делали "облегченную" версию для Дальнего Востока, которую внимательно отсматривало начальство. В этот эфир ставили безобидные интервью и народные песни. Зато ночной выпуск на Москву был совсем другим. В нем авторы позволяли себе гораздо больше свободы, показывая сюжеты, которые в другое время просто не пропустили бы в эфир.
В студию к Молчанову приходили те, кто раньше считался "неформатом". Самым первым гостем стал Андрей Миронов. Тогда никто не знал, что это интервью окажется для него последним на телевидении.
Музыкальная часть программы заслуживает отдельного разговора. Молчанов фактически стал проводником мировой поп-культуры в закрытую страну. Именно здесь советские зрители впервые увидели знаменитый клип "We Are the World". Программа открывала имена, которые позже станут культовыми. Александр Серов со своей "Мадонной", Владимир Маркин с "Сиреневым туманом" - все они стартовали именно тут.
Программа не боялась рисковать. В 1987 году Молчанов решился показать фрагмент рождественской службы, что для атеистического государства было неслыханно. Он первым начал говорить о людях в эмиграции, о диссидентах и о сталинских репрессиях. В студии появлялись Ив Монтан и Альфред Шнитке. Каждая такая встреча становилась событием, которое потом обсуждали в курилках и на кухнях еще целый месяц до следующего эфира.
Особое место в истории передачи заняла песня Игоря Талькова "Россия". В то время ее не решались ставить ни на радио, ни в других телепередачах. Молчанов же дал ей прозвучать на всю страну, понимая, какой резонанс это вызовет. Программа постепенно превращалась в трибуну для тех, кому было что сказать вопреки официальной повестке.
К 1991 году атмосфера начала сгущаться. В январе, когда произошли трагические события в Вильнюсе, тема была под строгим запретом в новостях. Молчанов в знак протеста даже отказался вести программу "Время". В эфире "До и после полуночи" он все равно поднял этот вопрос, пригласив в студию Егора Яковлева и Элема Климова. После этого за редакцией начали пристально следить. На монтажи стали приходить посторонние люди, чего раньше никогда не случалось. В июне 1991 года Молчанов сам решил закрыть программу, почувствовав, что прежней свободы уже не будет.
Однако история на этом не закончилась. Спустя некоторое время проект возродился на других площадках. С 1992 года началось сотрудничество с телекомпанией REN-TV, которое продлилось восемь лет. В 1994 году на первом канале появилась обновленная версия под коротким названием "До и после". Студия тогда находилась в гостинице "Славянская", а в основу легли репортажи агентства "Рейтер". Программа продолжала поднимать острые темы. Один из выпусков, посвященный обстоятельствам смерти Соломона Михоэлса, вызвал грандиозный скандал и серию судебных разбирательств, которые длились годами.
Многие записи тех легендарных эфиров конца восьмидесятых сейчас считаются настоящим раритетом. В девяностые годы архивы часто не ценили: пленки размагничивали для записи новых передач или они просто исчезали из архивов. Сам Молчанов позже рассказывал, как чудом нашел запись самого первого выпуска у себя дома. Пересматривая его годы спустя, он улыбался тому, насколько наивным тогда казалось их телевидение, создаваемое практически на коленке, но с огромным азартом.
Позже выяснилось, что в Гостелерадиофонде все же сохранилось около шестидесяти выпусков классического периода. Это позволило в 2006 году запустить проект на канале "Ностальгия". Там старые выпуски соседствовали с новыми беседами, которые Молчанов вел в своем фирменном стиле. Его манера - спокойная, без лишнего пафоса и надрыва - оставалась неизменной десятилетиями.
Владимир Кириллович всегда выделялся на фоне шумного и порой агрессивного телевидения. Он представлял ту редкую породу журналистов, для которых этика и такт важнее громких заголовков. Его голос и манеры стали символом целой эпохи - времени, когда мы учились говорить правду и слушать друг друга.
Мастера не стало, но созданные им образы и смыслы никуда не делись. Остались его интервью, его документальные фильмы и то самое ощущение доброго, умного разговора в ночном эфире. Мы будем помнить этот интеллигентный голос, который когда-то научил нас, что телевидение может быть человечным. Это была целая жизнь, прожитая в кадре и за кадром, и она навсегда вписана в историю нашей культуры.
Такие люди не уходят бесследно, они остаются в каждом архивном кадре и в памяти зрителей, которые когда-то, затаив дыхание, ждали начало программы "До и после полуночи".