Интервью было дано ещё одиннадцатого числа этого месяца шоу "Каток". И мы получили очень неоднозначное интервью от Софьи. Я сейчас не буду выкладывать уже нарезанные куски. И думаю, нам всем будет интересен вот этот небольшой, но так же урезанный мною отрывок.
Очень такие, как бы сказать, "наглые" вопросы, явно не согласованные с фигуристкой заранее.
Ягудин: Сонь, че происходит? Куда ты устремилась? Какие у тебя идеи? Это самый главный вопрос, он в головах у многих. Но нет ответа. Где ты? Помимо нашей передачи.
Муравьева: Пока нигде.
Ягудин: Как можно трактовать твою жизненную позицию?
Муравьева: Ну, бывает, что люди где-то не сходятся. Я выбрала свою тактику, какие-то жизненные позиции. Алексей Николаевич согласился, принял. Никаких разногласий, ссор, скандалов не было. Многие пишут, что я скандальная фигуристка, со шлейфом…
Муравьева: Мы снимаем 11 мая, я без тренера. Пока что катаюсь на массовом льду, около дома, недалеко. Я уже отдохнула, и мне надо входить в сезон. Мы выбрали, чтобы я пораньше отдохнула и раньше вошла в сезон, потому что мне нужно больше времени для этого. Еще пока что не факт, что я войду в сезон.
Ну вот… Я не могу сказать, потому что иначе не сложится. Я еще не знаю 100%, да или нет. У меня идут разговоры, переговоры. Пока что я нигде и звать меня никто.
Нагучев: Ты просто катаешься, чтобы не потерять сноровку, форму?
Муравьева: Ну да, да. Я приехала с отдыха, полторы, даже две недели отдыхала, особо сильно не тренировалась. Но приехала в очень хорошей форме, сразу могла собрать 3-3, очень большие серии из прыжков.
Я была в шоке, потому что я всегда очень плохо вхожу в сезон. А тут у меня, видимо, осталась от Алексея Николаевича подготовка. У нас не было такого, что мы с Алексеем Николаевичем, с его группой завершили сотрудничество на плохих нотах.
Я очень благодарна, что этот год сложился, они вложили в меня очень много времени и сил. Вся тренерская группа, она очень большая, я всем очень благодарна. Но так случилось, так получилось…
Ягудин: Че получилось-то?
Муравьева: Я не могу мы не можем идти дальше рука об руку. Это было общее решение.
Медведева: Это было разногласие именно…
Муравьева: Не было никаких разногласий. Так получилось, что Алексей Николаевич был против, и мы разошлись на том, что значит, как бы все.
Ягудин: А против чего?
Скопцова: Пока нельзя, видишь, говорить.
Муравьева: Не могу сказать…
Ягудин: Ну какая разница, сегодня, завтра. Все равно изменения произошли. То есть ты не хотела ехать на сборы?
Муравьева: Вообще не стояло такого вопроса, меня никто не приглашал.
Ягудин: То, что стало условной причиной разрыву, этот факт все равно работал год назад, когда ты начинала сотрудничество с Мишиным? Сейчас что-то изменилось? Или появилось что-то новое в ваших отношениях?
Муравьева: Нет… Как вы пытаетесь найти…
Я не могу сказать, что именно. Потому что иначе не сложится.
Ягудин: А что не сложится? Работа со следующим педагогом?
Муравьева: Нет…
Ягудин: А что?
Муравьева: Определенные жизненные моменты…
Ягудин: А-а-а…
Нагучев: Я понимаю по-человечески, но не понимаю по-журналистски. Если есть какое-то высказывание, его нужно совершить.
Муравьева: А я не могу его совершить сейчас. Скорее всего, в следующем сезоне я не выйду.
Ягудин: Ты завершила в фигурном катании?
Муравьева: Нет.
Столько вопросов, и ни на один нам интересный нет внятного ответа. Якобы она не может ничего сказать. Но на самом деле, если мы посмотрим на её ответы, то можем сделать определённые выводы.
Главные слова Софьи похоже вот эти: "Скорее всего, в следующем сезоне я не выйду".
Здесь всё просто. Софья похоже делает всё возможное для того, чтобы начиная с нового сезона выступить за другую страну. Но понимает, что её "телодвижений" скорее всего не хватит для перехода без карантина. И она к нему сейчас и готовится.
Почему не говорит, боится как отнесутся к её переходу болельщики. Да и просто ей совестно.
Скопцова пытается осторожно защитить фигуристку. Но Ягудин напирает, но не пробивает Софью, хотя и ответы на вопросы так же интересны.
Ягудин: Ну какая разница, сегодня, завтра. Все равно изменения произошли. То есть ты не хотела ехать на сборы?
Муравьева: Вообще не стояло такого вопроса, меня никто не приглашал.
Мы часто забываем ещё одну очень важную вещь. Софья до сих пор под контрактом. И по нему она не имеет права плохо отзываться о школе Евгения Плющенко.
Из-за этого она не может ничего рассказать. Вообще ничего. Иначе будет огромная неустойка. И возвращаться, как мне кажется, в школу к Евгению Плющенко, так же не собирается. Хотя, если на неё надавить, а давление уже пошло, она может и вернуться. А может попробовать и другие решения о которых я писал в статье выше.
Если раньше моё предположение в статье по ссылке выше было логичным, то сейчас оно не совсем полностью входит в общую картину. Хотя, неразорванный контракт, мне не даёт полностью исключить и этот вариант, но только с некоторыми изменениями.
