Вот честно! Все АТ перелопатили, искали шедевры, но увы, не нашли.
Алим Тыналин
АННОТАЦИЯ. Попытки пробиться на Олимпиаду всегда заканчивались досадными срывами, пока финальную точку не поставил несчастный случай, падение с лошади на соревнованиях в Казани. Но вместо небытия ослепительное солнце лета 1971 года, запах пыльной полыни и чужое тело четырнадцатилетнего подростка. Теперь он обычный деревенский парень из Громовки, затерянной в глубинке Пензенской области. В кармане ни копейки, впереди изнурительный сельский труд, а в распоряжении лишь самодельная штанга и речка. Но профессиональный азарт и мышечная память мастера спорта никуда не исчезли.
ПРИМЕЧАНИЕ. Алим известен тем, что за пару лет наваял больше 50 романов с попаданцами. Главный герой его нового произведения, Алексей Громов, – это ходячее воплощение надуманной трагедии. Его олимпийская карьера – это просто каталог несчастий, настолько исчерпывающий, что становится смешно. С таким послужным списком, к 37 годам нормальный человек уже давно бы занялся вязанием или, на худой конец, освоил профессию инженера, благо диплом МАИ имелся! Но нет, мы же «несгибаемые».
Его мгновенная адаптация и «мышечная память», которая, оказывается, живет в мозжечке и нейронных цепях, способных управлять четырнадцатилетним телом с такой точностью, что он с ходу стреляет лучше местных охотников, а плавает как «щука» – это, простите, на грани когнитивного диссонанса.
Диалоги зачастую функциональны до тошноты. Все говорят по делу, с минимумом эмоций и лишних слов. Это как читать стенограмму производственного совещания. Антагонисты – деревенский бугай Колька Рябов и бабка-сплетница тетя Паша – это, простите, архетипы из методички для начинающих авторов. Они служат лишь фоном для демонстрации гениальности Громова-младшего, который одним уловом рыбы или парой мудрых фраз усмиряет весь поселок.
В целом роман сделан по стандартным лекалам, по которым автор делал все свои предыдущие произведения.
2. Тайный советник Его Величества. Выстрел у Летнего сада
Саша Лист
АННОТАЦИЯ. После клинической смерти бывший офицер спецслужб приходит в себя в теле графа Шувалова — главы тайной полиции Российской империи, накануне покушения на императора. Зная ход истории, он пытается не просто предотвратить убийство, а изменить судьбу страны — не разрушив её раньше времени.
ПРИМЕЧАНИЕ. Тут у нас опять бесконечный мастер спорта майор Чингачгук.
Всезнающий и всемогущий "попаданец" Северцов – это ходячая энциклопедия, картотека, аналитический центр и психолог в одном флаконе. Он знает ВСЁ. От даты рождения Долгорукова до акцента поручика, от содержания школьных отчетов в Прибалтике до тонкостей почерка жены Шувалова. Его внутренний монолог, растянувшийся на добрые сто страниц, – это бесконечное пережевывание уже известной ему информации. Авторы! Да что же вы ленитесь создать своим героям минимальные проблемы в сюжете?!?
Плюс хроническая перегруженность деталями и повторами: О, эти потолки! Эта лепнина! Эти булыжники! Этот кофе! Каждый вздох, каждый жест, каждое мимолетное наблюдение растягивается на абзацы и пережевывается в голове Северцова по нескольку раз. Словно читаешь не художественный текст, а отчет о проделанной работе, где каждая запятая должна быть обоснована. "Я подумал, что я подумал..." – и так до бесконечности. У меня сложилось впечатление, что автор решил вывалить на читателя всю свою домашнюю заготовку из исторических фактов, психологических наблюдений и оперативных штучек, ни секунды не сомневаясь, что нам это все позарез нужно. Нет, не нужно!
Это чтиво может быть интересно тем, кто любит жанр "попаданцев" до фанатизма и готов продираться через тонны словесной руды ради редких проблесков оригинальных идей.
Денис Старый, Валерий Гуров
АННОТАЦИЯ. Опытный рабочий, всю жизнь проведший за станком, приходит в себя в теле худого мальчишки Прошки — бесправного работника паровозного завода.
Калуга. 1887 год. Грязный цех, ременные передачи, грубый инструмент и начальство, которое привыкло списывать свой брак на слабых.
Для них Прошка — мальчишка для побоев.
Но теперь в этом теле — старые руки, рабочий глаз и человек, который видит: каждая ошибка здесь пахнет не только маслом, но и чужой выгодой.
Металл можно выправить. Станок можно настроить.
А тех, кто делает брак нарочно, придётся разобрать по винтику.
ПРИМЕЧАНИЕ. Постоянное упоминание "реципиента" и "чужого сознания", с которым герой борется, выглядит неестественно и неуклюже. Просто бесит! На выходе "клиника", а не художественная литература. Мы и так понимаем, что это не настоящий Прошка. Дайте нам показать, а не рассказывать об этом. И бесконечные внутренние монологи, где герой проговаривает очевидное, тоже утомляют.
Плюс побудительная мотивация: герой, вчерашний борец с коррупцией, теперь становится "спасителем отечества" на минималках. Почему он так рьяно бросается в бой за бракованные кулисы и сестру, а не за глобальные цели? Его альтруизм выглядит слегка натянутым, как те самые ременные передачи.
Наконец, картонные персонажи. Злодеи – это злодеи "во плоти" и без малейших оттенков. Эраст – жирный свин, городовой – похотливый мерзавец, Буримов – вообще дьявол. Матвей – хитрый, ленивый и беспринципный старик. Им не хватает объема, глубины, их мотивации примитивны, как те самые станки.
Пока все на троечку.
Василий Обломов
АННОТАЦИЯ. Помощник мэра умирает на совещании от инфаркта — и приходит в себя в телеге, едущей в Вязьму, в теле восемнадцатилетнего губернского секретаря. На дворе октябрь 1860 года. До отмены крепостного права — четыре месяца.
ПРИМЕЧАНИЕ. Здесь у нас производственный роман “чиновник на работе”. Герой – это квинтэссенция прагматизма. Только проснулся, а уже "сложил в голове телегу, мундир, картины памяти" и осознал, что "это – не сон". Вот это целеустремленность! И ведь сразу же к делу, без раскачки! Обратная сторона - безжизненность главного героя. Этот "Кощей Бессмертный от мира бюрократии" мыслит исключительно категориями "плюсов" и "минусов", "активов" и "пассивов", "операций" и "дисконтированной ценности". Живой человек? Эмоции? Внутренний конфликт? А зачем, если есть "стратегическое планирование" и "монетизация эмоционального актива"?! Даже трагедия сестры, которую хотят выдать замуж, превращается в "позицию в портфеле". Это не протагонист, это бухгалтерский отчет, который случайно ожил.
Такая "сухость" выглядит, как результат работы ИИ, который автор даже не потрудился особо поправить руками. Автор! Настрой промпт на человечность!
Nicols Nicolson
АННОТАЦИЯ. Из-за сбоя в работе аппаратуры главный герой вместе с подругой по ошибке переносится в XIII век. Пройдя через многие трудности и опасности главный герой становится отважным воином, находит потерявшуюся подругу и борется с врагами родной земли.
ПРИМЕЧАНИЕ. Перед нами разворачивается эпопея Владимира Андреевича, 85-летнего генерала ФСБ на пенсии, чья жизнь, казалось бы, исчерпала все краски, кроме серых. Его жена, Жанна, благоразумно сбежала в Америку, где и преставилась, оставив супруга в гордом одиночестве, без малейших угрызений совести и, что самое главное, без обузы. И тут, словно рояль из кустов, на арену выходит его первая любовь – Дарья, ныне ведьма с прогрессирующим раком, которая предлагает ему… нет, не чашку чая, а билеты в один конец в XIII век, дабы спастись от бренности бытия и, видимо, от скуки.
Посредством чудес ФСБ-шной науки (и не менее чудесного "сбоя аппаратуры") наш герой переносится в тело 13-летнего подростка Владимира, не только сохранив весь свой багаж спецслужбистских навыков, но и получив в нагрузку память нового хозяина. Забавно, но его новообретенное тело принадлежит… внуку его будущего деда Воислава Тура (да, именно так). В этом новом, полном опасностей мире, наш генерал-попаданец становится настоящей машиной для убийств, способной одной левой расправляться с целыми десятками нурманов, заодно обучая средневековых воинов римским построениям и спецназовским полосам препятствий.
Первые главы – это просто ода медлительности, подробному описанию утренней зарядки и семейных дрязг, как будто автору платят за количество знаков, а не за увлекательность. Затем, когда в дело вступают ведьмы и ФСБ, сюжет скачет галопом, оставляя за собой лишь пыль логических провалов.
Научная и историческая достоверность: Отсутствует как класс. "Сбой аппаратуры" – это, простите, уровень фанфика школьника. Спецназовские полосы препятствий в XIII веке? Иглоукалывание, ведущее к смерти за три часа, да еще и "примитивными иголками из твердых пород дерева"? "Волки обнюхали и облизали"? Это уже не фантастика, а чистое фэнтези, да еще и весьма наивное. "Машина времени" в исполнении ФСБ выглядит более убедительно, чем вся остальная "наука".
Сдались на первых главах.