В северных широтах России, где царит вечная мерзлота и полярная ночь, находится одно из самых строгих пенитенциарных учреждений — колония «Полярная сова» в поселке Харп.
Здесь отбывают наказание убийцы и террористы, чья жизнь обречена на суровые условия Крайнего Севера. В середине XX века эти земли стали местом массовых смертей заключенных, работавших над Трансполярной магистралью.
Сегодня ИК-18 принимает особо опасных преступников, для которых бежать отсюда практически невозможно из-за изолированности и сурового климата. Лишь однажды за всю историю существования колонии пожизненно осужденному удалось выйти на свободу, однако его кратковременное пребывание на воле не стало примером для подражания.
История поселения началась в 1961 году, когда на реке Собь был основан Харп, что переводится как «Северное сияние».
Первоначально здесь размещалась исправительно-трудовая колония №3, где заключенные трудились на заводе железобетонных изделий. Идея создать специализированный режим для самых опасных преступников возникла в 1973 году, но реализована лишь в 1981 году, когда в Харп доставили первую партию из 150 рецидивистов.
Статус учреждения для пожизненно осужденных колония получила в 2004–2005 годах, став самой жесткой среди аналогичных исправительных заведений.
Название «Полярная сова» закрепилось благодаря скульптуре этой птицы во внутреннем дворе. Образ выбран не случайно: сова — символ фауны Заполярья, а в северных мифах она выступает проводником в мир мертвых, что символично для места, где отбывают срок смертники.
Сегодня в учреждении на 1014 мест содержатся не только пожизненные осужденные, но и люди с длительными сроками, а около сотни человек живут в прилегающем колонии-поселении.
Инфраструктура ИК-18 полностью автономна. На территории функционируют электростанция, котельная, пекарня, мастерские, фермы и производственные линии по выпуску строительных материалов.
Однако пожизненно осужденным доступ к некоторым объектам, таким как клуб, закрыт. Количество смертников варьируется от 300 до 400 человек.
Они проживают в четырех корпусах, где камеры рассчитаны на одного-двух человек. Общение между сокамерниками допускается только шепотом, а разговоры во время прогулок строго запрещены под угрозой помещения в ШИЗО. Подбор соседей осуществляется психологами, но даже при хорошем взаимопонимании тюремщики периодически меняют пары, чтобы избежать конфликтов, возникающих при длительном совместном проживании.
История знает случаи трагического исхода таких соседств. В 2016 году лидер запрещенной организации Алексей Воеводин убил своего сокамерника. Из-за отсутствия камер видеонаблюдения в некоторых помещениях охрана не смогла вовремя предотвратить преступление.
Быт заключенных подчинен жесткому распорядку: подъем в 6:00, отбой в 22:00. Время включает зарядку, работу и прогулки. Осужденные имеют право слушать классическую музыку и читать книги, некоторые получают образование заочно. Художественная самодеятельность отсутствует, но раз в неделю разрешается просмотр военных фильмов.
Гигиенические процедуры ограничены десятиминутным душем раз в неделю, бани нет. Камеры обставлены минимально необходимой мебелью. Ремонт помещений проводится выборочно, и доступ в обновленные камеры имеют только образцовые заключенные.
Труд для смертников стал доступен относительно недавно. До 2015 года они были освобождены от работы, сейчас же некоторые занимаются шитьем, резьбой по дереву или изготовлением изделий из бисера, хотя не все стремятся трудиться.
Среди известных узников ИК-18 — «Битцевский маньяк» Александр Пичушкин, совершивший 49 убийств. Изначально он делил камеру с Нурпаши Кулаевым, выжившим в Беслане, но после жалоб на угрозы их расселили. Вместе с Пичушкиным в колонии содержатся другие серийные убийцы, такие как Дмитрий Вороненко, Иван Панченко и Абдуфатто Заманов, известный как «Красноярский Чикатило».
Особую известность колонии принес случай с Анваром Масалимовым, который в 1991 году убил пожилого хозяина, предоставившего ему жилье.
Приговоренный к смерти, он в 1996 году получил пожизненное заключение. Благодаря активной жалобной деятельности Масалимов добился переквалификации статьи, что через 25 лет позволило ему выйти на УДО в 2018 году. Однако на свободе он быстро вернулся к криминальному образу жизни и был вновь арестован за нападение с ножом.
Побег из «Полярной совы» невозможен в силу географической изоляции. Единственный инцидент с попыткой ухода завершился немедленной поимкой на прогулочной площадке. Тем не менее, суровые условия приводят к суицидам.
В 2016 году покончил с собой разбойник Евгений Колесников, убивший шесть пенсионеров. Также известны случаи отказа от лечения ВИЧ-инфицированными заключенными, что ускоряет их смерть.
Смертность в колонии невысока — в среднем 1–2 человека в год, преимущественно от сердечно-сосудистых заболеваний.
Родственники погибших часто отказываются забирать тела, либо из-за невозможности простить преступления, либо из-за сложностей с дорогой в Заполярье. Неупокоенные останки хоронят в общих могилах, отмеченных скромными крестами и номерами.