Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Уголок Фавна

Небылицы. Рыба.

начало здесь Купец плюнул ей под ноги. Наутро Аксинью нашли возле омутка. Лежала она на траве, будто спала, а рядом сидел её чёрный кот и никого к ней не подпускал. Похоронили её у кривой ольхи. Купец тот всё равно достроил запруду. Мельница заработала, но радость была короткой. Сначала в деревне пропали гуси, потом телёнок. Потом мальчишка-подпасок не вернулся с луга. Искали его три дня. Нашли только свирель на берегу, мокрую, холодную, будто её со дна подняли. Вода в колодцах стала мутной. Рыба в речке перестала ловиться, а если и попадалась, то вся была слепая, белая, с ртами раскрытыми. Купец по ночам не спал, слышал, как под полом вода течёт, хотя дом его стоял на сухом месте. Потом стал видеть у окна серебряную рыбу. Она будто плавала в воздухе, за стеклом, и смотрела, смотрела своими человеческими глазами. Через месяц мельница сгорела. Не от молнии, не от печки. Просто вспыхнула ночью синим огнём. Люди ведра таскали, а вода в пламя не лилась. Подлетит к огню — и паром в сторону

начало здесь

Купец плюнул ей под ноги.

Наутро Аксинью нашли возле омутка.

Лежала она на траве, будто спала, а рядом сидел её чёрный кот и никого к ней не подпускал.

Похоронили её у кривой ольхи.

Купец тот всё равно достроил запруду.

Мельница заработала, но радость была короткой.

Сначала в деревне пропали гуси, потом телёнок. Потом мальчишка-подпасок не вернулся с луга. Искали его три дня.

Нашли только свирель на берегу, мокрую, холодную, будто её со дна подняли.

Вода в колодцах стала мутной.

Рыба в речке перестала ловиться, а если и попадалась, то вся была слепая, белая, с ртами раскрытыми.

Купец по ночам не спал, слышал, как под полом вода течёт, хотя дом его стоял на сухом месте.

Потом стал видеть у окна серебряную рыбу. Она будто плавала в воздухе, за стеклом, и смотрела, смотрела своими человеческими глазами.

Через месяц мельница сгорела.

Не от молнии, не от печки.

Просто вспыхнула ночью синим огнём. Люди ведра таскали, а вода в пламя не лилась.

Подлетит к огню — и паром в сторону, купец

же пропал.

Одни говорили, что сбежал.

Другие — что видели его у омутка, будто шёл он туда в одной рубахе, босой, а за ним по мокрой траве тянулся след, как от большой рыбы.

После того случая запруду разобрали. К речке выше большого камня никто больше не ходил. А место то стали называть Аксиньиным омутом.

Дед замолчал и сплюнул в сторону.

Телега медленно катилась по лесной дороге. Колесо всё так же свистело, только теперь этот свист показался Ване не смешным, а тонким и холодным.

Лес вокруг стал гуще.

Сосны стояли близко к дороге, ветки почти цепляли телегу. Где-то в траве трещала саранча. Над колеёй кружили мошки.

Ваня перестал ёрзать, задумался.

-Деда, а мы туда едем?Д ед нахмурился, но не строго.

- Не совсем туда. Ниже по течению. Там ловить можно.

- А рыба с глазами там есть?

Дед усмехнулся.

-У всякой рыбы глаза есть, Ваня.

Мальчик понял, что дед нарочно так ответил.

Через полчаса лес расступился. Перед ними открылась узкая поляна. По ней бежала речка. Небольшая, светлая, с песчаным берегом. Вода перекатывалась через камни, звенела и блестела на солнце. С первого взгляда речка была самая обычная. Ваня сразу повеселел.

Дед привязал лошадь к берёзе, снял с телеги удочки, старое ведёрко и узелок с хлебом.

Они устроились у воды, дед насадил червяка, показал Ване, как держать удочку, куда смотреть, когда поплавок дрогнет.

Рыба пошла хорошо.

Сначала маленький ёрш. Потом плотвичка. Потом Ваня вытащил окунька и так обрадовался, что чуть сам в воду не свалился.

Дед смеялся, но всё время поглядывал вверх по течению.

Там, за поворотом, речка уходила в тень.

Между деревьями виднелся большой серый камень, за ним вода становилась тёмнее.

Ваня это заметил, день стоял тёплый, солнце поднялось высоко, от воды пахло илом, травой и рыбой.

Ваня съел хлеб с огурцом, запил из фляжки и снова взялся за удочку.

Ване так хотелось подняться вверх по течению, смотрит, дедушка задремал, сидит над удочкой и сам носом клюёт, Ваня встал тихонечко и пошёл...Будто позвал его кто-то.

Сел на камешек, закинул удочку и поплавок сразу же исчез, не дёрнулся, не покачнулся, а будто его кто-то снизу пальцем утянул.

Ваня подсёк, как учил дед, удилище согнулось дугой.

- Деда!- Закричал мальчик - деда, помоги.

Дед вскочил, подошёл, взялся за удочку вместе с ним, даже не стал ругать Ваню, что ушёл.

Лес сразу стал тихим.

Птицы перестали кричать.

Лошадь у берёзы подняла голову и тревожно фыркнула.

На другом конце лески было что-то тяжёлое, оно не металось, не уходило в сторону, а просто тянуло вниз, будто Ваня зацепил не рыбу, а саму речку, за дно.

Дед побледнел и велел Ване отпускать, мальчик упрямо мотал головой.

-Отпускай, Ваня.

- Жалко, деда!

-Отпускай, сказал, - закричал дедушка.

Но мальчишка не успел.

Леска натянулась, звякнула и вдруг пошла вверх, из воды показалась рыба.

Серебряная.

Длинная.

С человеческими глазами.

Она была не такая большая, как в дедовой истории, размером всего с хорошую щуку.

Но, она смотрела человеческими глазами на Ваню, она ждала будто его и звала.

У Вани пальцы разжались сами.

Удочка упала в траву, Рыба зависла у поверхности, крючок торчал у неё из губы.

Ваня замер, он очень напугался, дедушка упал в траву, толкая Ваню в спину, чтобы тот тоже встал на колени, но Ваня не мог, он будто окаменел...

продолжение будет

Ф.