Я вернулась в Донецк вчера утром. Прошло чуть больше суток, как за спиной остались пышные субтропики и влажный морской воздух Абхазии, а здесь меня встретила сирень. Да такая, что дух захватывает.
Да простят меня пальмы, но таких одеревеневших, разлапистых кустов сирени, как у нас, наверное, нет нигде. Сейчас в городе — пик её цветения. Она повсюду: украшает парки и улицы, тяжелые гроздья свешиваются через заборы, выглядывают из палисадников, белые и лиловые шапки перемежаются с алыми пятнами тюльпанов на клумбах. Если пройтись по улице Артёма или Университетской, по бульвару Пушкина или парку Щербакова, голова идёт кругом от этого дурманящего запаха. Тюльпаны уже доцветают, выпуская свои последние острые лепестки к небу, но сирень пока держится, словно пытается заглушить своей красотой всё лишнее.
Погода в Донецке сейчас — это классический майский контраст. Небо плотно затянуто серым одеялом, тяжёлые облака висят низко, обещая вроде бы дождь, но проливаясь в основном ночью. А потом вдруг в этой серой вате открывается окно, и солнце заливает всё таким ярким, почти обжигающим светом, что становится ясно: лето на пороге. Столбик термометра держится около +20°C. Это комфортное, мягкое тепло, когда можно надеть лёгкую рубашку и не мучиться от духоты.
Но вот говорю я «тепло», а сама вспоминаю позавчерашний день в Абхазии и понимаю: это совершенно иное ощущение. По градусам там было даже меньше, но по ощущениям - уже как полноценное начало лета, воздух был куда гуще, пропитанный солью и влажностью. Даже в тени эвкалиптов ты чувствуешь, как кожа дышит по-другому. Там тепло окутывает, как плед, а здесь, в Донецке, оно скорее прикасается, оставляя лёгкую прохладу в тени облаков.
Сегодня и вчера, гуляя по городу и вдыхая аромат сирени, я чувствовала, что вернулась домой. После шума моря и яркой зелени самшита здесь всё кажется строже, но роднее. Эти густые кусты сирени — как молчаливые стражи нашей весны. А в Абхазию я ещё приеду летом. Надеюсь, на весь отпуск.
О самой дороге домой, о втором посещении дачи Сталина на Холодной речке и об абхазском застолье 8 мая я расскажу чуть позже, когда разложу чемодан и хоть немного упорядочу фото и видео. А пока я дома. Дышу сиренью, настраиваюсь на рабочий лад (завтра начинаются трудовыебудни) и слегка мёрзну от холода в квартире. Жизнь продолжается.