Рассказ "Купи моего мужа"
Глава 1
Глава 4
Виолетта прильнула к нему всем телом, и впервые за много лет её плечи перестали вздрагивать от страха.
В комнате повисла тишина, плотная и живая, как тёплый воздух после грозы. Даниил держал Виолетту в объятиях, чувствуя, как её дыхание постепенно выравнивается, как перестаёт дрожать её тело. Она уткнулась лицом в его плечо, и слёзы её пропитывали ткань его рубашки, но она больше не пыталась их скрыть.
– Я не вещь, – тихо повторил Даниил, поглаживая её по голове. – Но и не зверь. Я умею слышать. И я услышал тебя.
Виолетта отстранилась, взглянула ему в глаза. Её лицо было опухшим от слёз, тушь размазалась, но в глазах впервые за долгие годы не было ни защиты, ни игры. Только усталость и робкая надежда.
– Прости меня, – прошептала она. – За всё. За деньги, за договор, за эту дурацкую попытку купить тебя. Я привыкла всё решать деньгами. Потому что больше ничего не умею. Потому что доброта в моей жизни всегда имела цену.
Даниил взял её за руку и сжал.
– Я останусь, – сказал он. – Если ты хочешь. Но не по договору.
Она кивнула, и в глазах её снова заблестели слёзы – уже не горькие, а светлые, освобождающие.
– Останься, – прошептала она.
Он увёл её наверх, в спальню. А потом он обнимал её, пока она засыпала, впервые за много лет чувствуя себя в безопасности. Виолетта уснула, но Даниил ещё долго лежал с открытыми глазами, глядя в потолок и думая о Галине.
Она улетела в Египет. Ей там было хорошо без него, словно его не существовало. И это молчание говорило громче любых слов.
***
На следующее утро Виолетта проснулась рано. Солнце только начинало золотить верхушки сосен за окном. Она повернула голову и увидела, что Даниил уже не спит – он сидел на краю кровати, одетый, и смотрел в окно.
– Ты собираешься уходить? – спросила она тихо, с затаённой тревогой.
Он обернулся и улыбнулся – впервые за долгое время улыбка его была лёгкой, почти мальчишеской.
– Нет. Я собираюсь сделать тебе завтрак.
Она рассмеялась – коротко, удивлённо, и в этом смехе впервые зазвучала та самая нотка, которую она считала потерянной навсегда.
Он приготовил омлет и тосты, нашёл в холодильнике сыр и помидоры. Они завтракали на кухне, залитой утренним светом, и молчали, но молчание это было тёплым, наполненным чем-то новым, ещё неизвестным.
А через три дня Даниил, наконец, включил телефон. Список пропущенных вызовов от Галины –семь. Последнее сообщение: «Даня, пожалуйста, ответь. Я хочу всё объяснить».
Он долго смотрел на экран, потом набрал короткий голосовой ответ: «Не надо. Всё и так понятно. Живи, как знаешь».
Он нажал «отправить», выключил телефон и положил его в ящик тумбочки. Виолетта стояла в дверях комнаты, наблюдая за ним.
– Ты уверен? – спросила она.
– Впервые за долгое время – да, – ответил он.
Она подошла и села рядом, положив голову ему на плечо. За окном падал снег – крупный, пушистый, укрывая белым покрывалом уродливую землю, делая мир чистым и новым.
Так началась их жизнь. Не по договору. Не за деньги. А по тому единственному закону, который когда-то связывал людей ещё до того, как были придуманы расписки и банковские переводы.
***
Прошло несколько лет. В залитом солнцем особняке, который два месяца назад купил Даниил, вместе с его семьёй поселилось счастье, которое они перевезли сюда из старого дома.
Виолетта готовила любимый курник мужа и из открытого окна кухни наблюдала за тем, как он возится с их сыновьями. Четырёхлетний Миша с восторгом бросал отцу мяч, а младший, пятимесячный кроха Гриша, мирно посапывал в коляске.
Даниил теперь владел успешной строительной фирмой. Его уверенность и энергия чувствовались в каждом жесте. Виолетта знала, что их счастье было построено не на песке, а на взаимном уважении и любви, которые они смогли разглядеть друг в друге вопреки циничной сделке.
– Папа, смотри, как я умею! – крикнул Миша, забивая мяч в игрушечные ворота.
– Молодец! – отозвался Даниил и подмигнул жене. – Похоже, всё-таки Мишаня будет футболистом. Завтра же заеду в наш клуб, поговорю с тренерами. Узнаю, когда можно привести к ним нового Пеле.
– Я тебя люблю… – беззвучно ответила Виолетта, беря его за руку.
Он наклонился и поцеловал её:
– А я тебя…
***
– Ну и дыра, – брезгливо скривилась Галина, поправляя сползающий купальник. – Я думала, здесь будет элитный отель, а тут обои отклеиваются, и полотенца меняют раз в три дня. Когда я работала в турагентстве, мы такое даже даром никому не предлагали…
– За такие деньги, что у нас есть, это максимум, – огрызнулась её подруга, потягивая тёплый кисловатый коктейль из бара «все включено» и с ненавистью глядя на проходящую мимо пару, которая смеялась и держалась за руки.
Галина и Света торчали на этом дешёвом курорте турецкого побережья уже пять дней, но никто так и не обратил на них своего внимания. Мужчины не подходили знакомиться, и даже расторопные официанты ограничивались равнодушным кивком и торопились отойти от них к другим клиентам.
Вечером, насквозь пропитанные запахом дешёвого дезодоранта и горелого масла, они сидели в баре. Галина, уже изрядно пьяная, стучала пальцами по столу.
– Все мужики – сволочи, – цедила она сквозь зубы. – И мой бывший, Даниил, первый из них. Думаешь, я ему зла не желаю? Он, как собака на кость, повёлся на деньги Виолетты. Только и всего. Никакой любви там нет и быть не могло. Дурак, что ушёл от меня. Я одна его любила.
– Да уж, – поддакнула подруга, тоже глядя на пустой зал. – Все они продажные твари. А нам просто не везёт, вот и всё.
– Ну да… А у меня по этому поводу есть тост: «Пусть плачут те, кому мы не достались, и сдохнут те, козлы, кто нас не захотел!» Не чокаясь!
– Ага! – хихикнула Света и поднесла стакан с коктейлем к губам.
Конец.