В понедельник побегать не получилось. Оксана еле проснулась, чтобы идти на работу, и опоздала более чем на два часа. По дороге она размышляла о себе и собственной жизни, совершенно забыв про историю с маньяком и проституткой, которую она то ли выдумала, то ли увидела во сне под впечатлением от сериала. Оксана размышляла о своем одиночестве, в котором винила себя.
«Надо взять себя в руки, – думала она, – перекроить жизнь, заняться фигурой, начать ходить в спортзал или хотя бы бегать по утрам, если жалко денег».
Оксана вспомнила, как натягивала поочередно в примерочной «Вайлдберрис» тренировочные лосины. Она почему-то решила, что на ней они будут выглядеть пусть не так хорошо, как на моделях, но все же приемлемо. То, что она видела в зеркале, было насколько безнадежно и безвыходно, что хотелось не просто отказаться от планов начать бегать, но и от жизни вообще.
Оксана стеснялась себя, одеваясь в неприметную мешковатую одежду. Ей хотелось, чтобы люди не замечали, как ей казалось, уродства, которое сама она постоянно видела в себе. Люди же, в смысле мужчины, не замечали ее совсем, только как человека-функцию, которую она выполняла на работе. Часто Оксана, в приступе саркастического отношения «к так называемой любви» думала, что по сути, мужчина, привлеченный женской красотой, тоже замечает обычно лишь функцию, только не социального, а скорее биологического порядка. Самого человека в женщине не видит никто. Да и в мужчине скорее всего тоже. «Что это вообще значит, заметить в человеке человека? – думала она, и понимала, что и сама не знает, но, если бы ей встретился человек, который пожелал бы разделить с ней свое пространство и время, она бы рассмотрела в нем самые прекрасные человеческие черты и смогла бы сделать так, чтобы человек этот чувствовал себя не одиноким.
Но чтобы такого человека найти, Оксане нужно было начать что-то делать. Она почему-то решила бегать.
И вот во вторник в семь тридцать утра она стояла у двери одетая в нелепый спортивный костюм больше похожий на просторную пижаму. Вздохнув для решимости она распахнула дверь.
– Осторожно! – сосед открывал ключом свои двери, мешая Оксане выйти в подъезд.
– Ой! Простите, – она прикрыла дверь.
– Выходите! Я вас пропущу, – сосед отошел, Оксана выскользнула в проем и осторожно закрыла дверь.
– Куда это вы так рано? – удивился сосед.
– На пробежку.
– Пробежка – это хорошо. А я вот набегался.
Сосед не уходил, стоял и смотрел с насмешливым удовольствием на Оксану.
– Спорт – хорошо, – говорил он. – Спорт закаляет. А я вот назанимался, иду спать.
– Вы тоже бегаете? – удивилась Оксана.
– Не дай бог! Работа у меня в ночную. Дороги мою. А там еще как побегать приходится.
– Понятно. Ну ладно, я пойду.
Оксана вызвала лифт. Сосед заскреб ключом в замке, но открыть ему не удавалось. Оксана догадалась, что он был немного пьян.
– Извините, – вдруг вспомнила она, – а вы не слышали позапрошлой ночью, как вот в эту квартиру полиция приезжала.
– Слышал, как же, – отозвался обрадованно сосед. – Я их и вызывал.
– Правда? А зачем? Что там случилось?
– Так проститутка же там живет. Вы не замечали?
– Нет, – зачем-то соврала Оксана.
– Я заявление написал. Сколько можно? Толкутся вечерами всякие мужики. Вы правда не замечали?
– Видела что-то… –тсказала она и вдруг спохватилась, – А труп?
– Какой труп?
– На носилках выносили. Ночью. Я в глазок видела.
– Это не знаю. Прям, думаете, труп?
– Не уверена. Может просто кто-то больной.
– Это я не знаю.
Приехал лифт.
– До свидания, – вежливо сказала Оксана и зашла внутрь.
Пробежка оказалась мучительной. Уже второй круг вокруг озера в ближайшем парке стал казаться Оксане пыткой. Колени болели, в боку кололо, при каждом вдохе обжигало легкие, будто она вдыхала горящий керосин. «Беги, беги!» - заставляла она себя, ощущая, как к горлу подступает рвотный приступ. Когда в глазах стало темнеть и забегали красноватые вспышки, Оксана подумала, что сейчас умрет. И тело само собой, помимо ее воли, решило остановиться. Оксана шла по тропинке, держась за бок. Дыхание успокаивалось, и тело охватывает странная незнакомая ей эйфория. Будто организм радовался – я выжил.
Поднимаясь в лифте, Оксана уже спокойно и взвешенно обдумывала данный феномен. Получается основной кайф от бега был не во время пробежки, а сразу после нее. И видимо, чем сложнее было бежать, тем больше кайф. Это наблюдение казалось ей интересным и требовало изучения. Поэтому Оксана решила, что завтра снова будет бегать, хотя еще двадцать минут назад думала, что никогда больше даже не ускорит шаг.
Она шагнула из лифта к своей двери, и вдруг услышала громкое:
– Аахгрррррраааддаааарррррраааааггггаааррр!
Звук шел не с улицы, не откуда-то с другой стороны дома, как думала раньше Оксана. Рык раздавала прямо за соседской дверью из квартиры прямо напротив ее, той самой, где жил приличный молодой человек с бородкой. Оксана не поверила, подумала, что показалось, что это от бега на нее что-то нашло, и звук стал восприниматься иначе. Но замерла, ожидая второго крика. Она даже немного склонилась в сторону соседской двери. И рык раздался:
– Аахгрррррраааддаааарррррраааааггггаааррр!
Сомнений быть не могло. Он совершенно точно шел из-за двери.
«Вдруг он сейчас видит меня в глазок! – испугалась Оксана и бросилась к своей квартире, молниеносно попадая ключом в скважину и открывая дверь. И тут крик раздался в третий раз, и Оксану обдало волной ужаса, от которого она сразу же забыла все свои мысли, обещания и ощущения после пробежки.
Продолжение следует...
***
Дорогие читатели! Если хотите поддержать меня, можно лайкнуть мой текст или оставить комментарий — это помогает развитию канала.
Также можно купить мои уже опубликованные книги на Ridero
Или подписаться на мой канал в Telegram
Спасибо, что читаете меня!