Яркий свет проникал сквозь стекла и, отражаясь от пыльного зеркала в дверце шкафа, бил Оксане в глаза. Она встала с кровати, подошла к окну, чтобы задвинуть штору и застыла. Двор, умытый светом, ждал нового дня. Оксана тяжело вздохнула, чувствуя, как в правом виске начинает ныть и болезненно подрагивать нерв. В солнечную погоду у нее часто болела голова, особенно, если это был выходной, и у нее не было планов. «День для прогулок, а я сижу одна. Тоска», – думала она.
– Аахгрррррраааддаааарррррраааааггггаааррр! – разнеслось по улице. – Аахгрррррраааддаааарррррраааааггггаааррр!
На Оксану будто дохнуло потусторонним смрадом. Она поскорее закрыла оконную фрамугу, задвинула штору, и поняла, что теперь все равно не сможет спать. Так не лучше ли поскорее занять себя приятным делом, от которого в душе появится уют.
«Удивительно, – размышляла Оксана через полчаса, размешивая в миске тесто для оладьев. – Как хорошо слышно! Должно быть, он громко кричит. И такая низкая частота, почти инфразвуки».
Она налила ложкой в сковороду лужицу белого, похожего на сметану теста, которое зашипело и быстро покрылось мелкими дырочками. Оладушек весело поджаривался по краям.
«А тембр. Как ему удается такое низкое рычание? Нужны сильные голосовые связки».
Оксана подсунула под оладушек лопатку, перевернула.
«Может, он тренируется? Поет в какой-нибудь хэви-металл группе, где нужно орать демоническим голосом, и поэтому репетирует каждый день?»
Когда Оксана села завтракать, мир уже казался ей предсказуемый и понятным. Из открытого окна доносился привычный гул улицы и птичий гомон.
«Этот рык, – думала она, – вот бы его записать, – она намазывая на оладушек сметану. – Надо только придумать как»
Оксана работала бухгалтером в торговой фирме. Но у нее было хобби для души, она писала музыку. Использовала для этого самую простую программу, загружая готовые пакеты семплов, аккордов и лупов, и добавляя к ним звуки, записанные на полупрофессиональный рекордер со встроенным микрофоном. Оксана всегда носила его с собой в сумке, чтобы при любой возможности «ловить» звуки: стук дождя по железной горке на детской площадке, воркование голубей, треск падающего дерева, бульканье канализации в колодце, кошачий вой, треск кофе-машины или гул воздуха в шахте метро, когда из ее глубин несется невидимый, но уже ощутимый поезд. Оксане казалось, что так она ловит реальность, присваивает ее себе и делает из нее что-то занимательное, трогательное и ей дорогое. Впрочем, ей был дорог любой звук, которые удавалось поймать, записать так хорошо, чтобы вместе с ним записалось чувство и настроение. Скука, ожидание, предвкушение, тоска, которые она превращала в музыку.
Иногда Оксана записывала людей, но для музыки они не подходили, только если делать ироничный трек, в котором будет повторяться дурацкий рабочий мем: «Оски, премии в этом месяцы нет? Печалька». Но Оксане не нравилась ирония и насмешка, она уставала от постоянного абсурда и Камеди Клаба вокруг, как и вообще от людей. Ее тянуло к природным и городским звукам, которые она записывала и переслушивала по выходным, будто перебирала шкатулку с драгоценными камнями.
Оксана переносила на компьютер и раскладывала по папкам звуки, выбирая те, из которых будет делать новый трек, и потом долго возилась, записывая космический эмбиент, в котором дует ветер. От него у Оксаны возникало ощущение такого одиночества и заброшенности, будто в мире никого нет, только она, как Маленький принц, несется сквозь космос на своей уютной, маленькой планете.
Оксана загрузила новый трек на Саунд-Клауд с ощущением, что ей удалось создать что-то новое и прекрасное. А значит можно было вознаградить себя. Она приготовила попкорн, допекла оладьи и села смотреть сериал «Монстр». История маньяка, который убивал людей, шил кошельки из кожи, делал амулеты из отрезанный частей тела и даже изготовил кожаную маску на лицо умершей мамы, чей бальзамированный труп сидел в комнате дома. Глядя в экран, Оксана забывала моргать. Глаза горели и время от времен их заволакивало слезной пленкой, которую она смаргивала, продолжая смотреть. В отвращении, которая вызывал в ней сериал, таилось болезненным удовольствием, не дающее оторваться. Серия за серией, не замечая, как стрелки часов показали сначала полночь (время, когда она планировала лечь спать), два часа ночи, три. Чтобы перенести волнения, а заодно не уснуть, Оксана ела. После попкорна и оладьев в ход пошли пельмени, брикет мороженого, сыр, тыквенные семечки, чиабатта, паштет. Оксана лежала на диване в окружении оберток, грязных тарелок и шелухи, которую случайно просыпала из стакана. Где-то в половину четвертого задремала, убаюканная мерцанием монитора, продолжая где-то внутри себя смотреть историю убийцы, ставшего прототипом для множества киноманьяков. И вдруг проснулась в ужасе. Стены тряслись от ударов. «Открывайте!» – орал озлобленный мужской голос.
Оксана вскочила, пытаясь понять, что произошло. Первой мыслью было, что к ней ломится маньяк, чтоб убить и отрезать соски на ожерелье (в сериале маньяк искал женщин с большими сосками). Звуки были в подъезде. Она прильнула к глазку. На площадке никого не оказалось, но дверь в квартиру проститутки покачивалась. Там что-то происходило. Дрожа от озноба, Оксана прошла в комнату, включила свет и в первый момент ужаснулась беспорядку. «Ты же обещала?» – застонала она вслух, и сама себе ответила, – «Пофигу. Завтра утром побегаю. И все уберу».
Накинув на плечи покрывало, она пошла к двери и прильнула к глазку. На площадке ничего не происходило. Оксане надоедало ждать. «Время половина четвертого, утром на работу. Хрен с ней с этой проституткой. Не убил же ее маньяк», – уговаривала она себя, но стояла. Дверь открылась неожиданно, заставив Оксану вздрогнуть. Вышли два врача скорой помощи, неся кого-то на носилках. Рассмотреть Оксане не удалось, потому что они слишком быстро скрылись на лестнице. Следом вышли двое сотрудников полиции, и пока один из них клеил на дверь какие-то белые полоски, другой вызвал лифт, зашел в него и стоял, видимо держа изнутри кнопку. Наконец, первый полицейский тоже зашел, и двери закрылись.
«Боже, – думала Оксана. – У нас в доме маньяк, который убил проститутку!». Она вернулась в комнату, стряхнула с простыни крошки, расправила одеяло и нырнула под него. «Надо поискать завтра в новостях», – думала она, засыпая.
Читать продолжение
***
Дорогие читатели! Если хотите поддержать меня, можно лайкнуть мой текст или оставить комментарий — это помогает развитию канала.
Также можно купить мои уже опубликованные книги на Ridero
Или подписаться на мой канал в Telegram
Спасибо, что читаете меня!