Жил-был одуванчик. Самый обычный, каких тысячи на лугу. Он стоял на тонкой зелёной ножке, а на макушке у него была жёлтая головка — яркая, как маленькое солнце.
Но он был несчастлив.
— Почему я стою на месте? — вздыхал он, глядя на облака. — Вон ласточки летают, вон ветер гуляет, даже муравей и тот бегает, куда хочет. А я… я привязан к земле. И никто меня не видит.
Он так сильно мечтал улететь, что каждый вечер, когда солнце садилось, он закрывал свои лепестки и шептал:
— Хоть бы разок… хоть бы на миг стать свободным, как ветер.
Но ничего не происходило. Утро наступало, одуванчик снова раскрывался, снова желтел и снова грустил.
Шло время. Лето перевалило через середину, и однажды одуванчик почувствовал, что его жёлтая головка стала тяжелеть. Он посмотрел на себя и испугался: жёлтые лепестки поблекли, сжались, а вместо них появился белый, пушистый шарик.
— Что со мной? — заплакал он. — Я стал седым и старым! Теперь меня точно никто не полюбит.
Мимо пролетала старая пчела. Она присела отдохнуть на соседнюю травинку и услышала его всхлипывания.
— Ты чего плачешь, глупый? — спросила пчела.
— Я состарился, — ответил одуванчик. — Я стал белым и лысым. Моя красота ушла.
Пчела покачала головой и тихо засмеялась:
— Эх, ты… Ты не понимаешь. Твоя красота не ушла — она превратилась. Раньше ты был цветком. Теперь ты стал облаком.
Одуванчик удивился:
— Облаком?
— Посмотри на себя, — сказала пчела. — У тебя вместо лепестков — сотни маленьких парашютиков. В каждом из них — семечко. И каждое семечко — это ты, только маленький. Ты не состарился. Ты превратился в целую семью.
Одуванчик замер. Он поднял свою пушистую головку к небу и вдруг понял, что пчела права. Он больше не жёлтый — но он стал лёгким, воздушным, готовым к полёту.
— Но как же я полечу, если я стою на месте? — спросил он.
— Дождись ветра, — ответила пчела и улетела.
Одуванчик ждал. Весь день он стоял, ловя каждое дуновение. Но ветер молчал. Уже вечерело, небо розовело, и одуванчик начал отчаиваться.
«Наверное, я так и останусь здесь. Наверное, я никуда не улечу», — подумал он.
И в этот самый миг — откуда ни возьмись — подул ветер. Не резкий, не сильный, а тёплый, летний, добрый. Он тронул одуванчик за макушку, и…
Одуванчик почувствовал, как его пушинки отрываются одна за другой и взлетают в воздух. Сначала он испугался — ведь он терял частичку себя. Но потом увидел, как они кружатся в закатном небе, как танцуют, как несутся вдаль, и ему стало легко-легко.
— Я лечу! — закричал он.
И хотя его ножка осталась стоять на лугу, а сам он превратился в голый стебелёк, он вдруг понял, что никогда не был так свободен. Потому что его семена — его дети — полетели к солнцу, к реке, к дороге, к новым лугам. Он не исчез — он разлетелся по всему свету.
Той же осенью на разных полянах, у заборов и вдоль тропинок проклюнулись маленькие зелёные ростки. И каждый из них помнил тёплый ветер, розовое небо и ту самую минуту, когда он впервые взлетел.
А старая пчела, пролетая мимо, прошептала:
— Вот видишь. Ты не умер. Ты просто стал ветром.