Солнечный субботний день. Вчера был день рождения сына, ему исполнилось три года. Укладывая сына спать, родители пообещали сходить с ним сегодня на прогулку. Ближе к обеду, семья отправилась в новый, только что открытый парк неподалёку. Главной достопримечательностью парка была, конечно же, огромная детская площадка: лабиринты из канатов, высокие горки и, конечно, песочница, которая моментально стала центром вселенной для всех детей младше пяти лет.
В начале Костя подбрасывал его на плечах к «ракете», а Даша сидела на скамейке, наблюдая за этой идиллией и улыбаясь. Жизнь была прекрасна. Потом Миша, который чувствовал себя повзрослевшим после прошедшего дня рождения, с гордым видом исследователя отправился изучать территорию.
Недалеко, на скамейке, расположилась молодая женщина. Она с умилением смотрела, как её маленькая дочка, белокурый ангелочек, по имени Катя, деловито лепила куличики. В руках у девочки была самая желанная игрушка на всей площадке — желтая машинка и экскаватор. Катя была полностью поглощена процессом: она нагружала песок в кузов, везла его на свою строительную площадку, издавая звуки мотора.
Её мама, которую звали Ирина, достала телефон, чтобы запечатлеть этот момент для семейного чата. «Моя принцесса в песочнице», — с нежностью подумала она. В этот момент Миша, который до этого штурмовал горку-трубу, заметил яркую желтую машинку. Его собственные игрушки остались в рюкзаке у папы, а тут такое сокровище. Он деловито направился к песочнице. Ирина напряглась. Она видела, как её дочь самозабвенно играет, и не хотела, чтобы какой-то чужой мальчик нарушал эту гармонию.
Миша подошёл к Кате и остановился в паре шагов. Он не стал отбирать игрушку или толкаться. Он просто смотрел на девочку, потом на машинку, потом снова на девочку. Его взгляд был не по-детски серьёзным и пронзительным. Катя подняла голову и встретилась с ним глазами. Она перестала жужжать и замерла. И тут голос Миши прозвучал громко и чётко в общем шуме детской площадки:
- Твоя машинка сломается.
Ирина фыркнула и уже хотела шикнуть на мальчика, чтобы он не мешал играть её дочери. Но Миша не закончил. Он сделал шаг вперёд и добавил тем же спокойным, уверенным тоном:
- А потом тебя может задавить большая машина.
Повисла тишина. Ирина побледнела как полотно. Она резко вскочила со скамейки.
- Что ты такое говоришь?
Голос Ирины дрожал, срываясь на фальцет. В нём смешались возмущение, страх и инстинктивное желание защитить своего ребёнка от любой угрозы, даже словесной.
- Не смей пугать мою дочь!
Она отступила на шаг назад, словно Миша был не маленьким мальчиком, а источником заразы. Катя, почувствовав панику матери, разрыдалась в голос. Миша же остался совершенно спокоен. Он не выглядел ни виноватым, ни напуганным. Мальчик просто смотрел на Ирину своими огромными, пронзительными глазами, в которых не было ни капли детского озорства. В них читалась лишь глубокая, вселенская усталость и знание.
- Я не пугаю, - его голос прозвучал на удивление твёрдо и звонко, перекрывая даже плач Кати. - Я это говорю, чтобы вы знали.
Миша развернулся и побежал в сторону площадки,
«Какая чушь», — пыталась успокоить себя Ирина. Но тревога не отпускала. Этот взгляд ребёнка... он был таким... взрослым. И она решила не рисковать. Крепко держа Катю за руку, она быстрым шагом направилась к выходу с площадки, подальше от этого странного мальчика и его зловещих предсказаний. Они отошли метров на пятьдесят от площадки и остановились у пешеходного перехода, ожидая зелёного сигнала светофора. Катя капризничала, ей не понравилось, что их прервали посреди игры.
И вдруг... Из-за угла на бешеной скорости вылетел чёрный внедорожник. Он явно куда-то опаздывал. Асфальт был мокрым после утреннего полива газонов. Водитель не справился с управлением на повороте. Машину занесло прямо на тротуар у выхода с детской площадки — туда, где всего минуту назад сидела Катя со своей желтой машинкой. Раздался глухой удар и скрежет металла. Внедорожник врезался в массивную скамейку и остановился.
Ирина стояла как вкопанная, крепко сжимая руку дочери. Она смотрела на покорёженный металл скамейки, а затем медленно перевела взгляд на своего ребёнка. В этот момент желтая машинка выпала из рук Кати и, упав на асфальт, издала жалобный треск и развалилась на две части. Девочка была очень испугана.
Ирина медленно повернулась и посмотрела в сторону площадки. Даша и Костя как раз спускались с горки вместе с Мишей. Мальчик помахал им рукой и побежал к качелям. Ирина сделала глубокий вдох и твёрдым шагом направилась к родителям Миши. Она больше не боялась странных предсказаний, потому что только что, видела их исполнение своими глазами.
Ирина подошла к ним, когда они уже собирались уходить. Миша, уставший, но довольный, дремал на руках у Кости, прислонившись головой к его плечу.
- Простите, - голос Ирины был тихим и напряжённым. - Это ваш сын?
Даша и Костя переглянулись, в их взглядах читалось: «Опять? Что на этот раз?»
- Да, это наш сын Миша, - осторожно ответила Даша. - А что случилось?
Ирина быстро пересказала им всё: про машинку, про разбитую скамейку и про чёрный внедорожник, который теперь стоял на эвакуаторе, а его водитель давал объяснения полиции.— Я не знаю, как это возможно, — закончила она. — Но он откуда-то знал.... И он спас мою дочь.
Женщина с благодарностью и трепетом посмотрела на спящего мальчика.
- Спасибо вам. И ему... Передайте ему спасибо.
И они с дочерью, ушли. Даша обняла Мишу, чувствуя, как её переполняет гордость и одновременно — тревога. Его дар становился всё сильнее и проявлялся всё чаще. «Он уже не просто видит тьму», — подумала она. «Он стал видеть судьбы людей».
Вечер опустился на город. Они уже были дома. Миша, поужинав, отправился в свою комнату строить башню из кубиков, а Даша с Костей сидели на кухне, обсуждая планы на завтра. Раздался звонок в дверь, и Костя пошёл открывать. Вернулся он на кухню не один. Следом за ним вошёл майор Мурашёв. Выглядел он уставшим, под глазами залегли тёмные тени, а всегда безупречный китель был помят так, будто он спал в нём прямо в кабинете.
- Кирилл Петрович? - Даша удивлённо привстала. - Проходи, присаживайся. Какими судьбами?
Мурашёв сел на предложенный стул, взял в руки чашку ,с недопитым Костей кофе, сделал глоток и тяжело вздохнул.
- Даша... прости, что беспокою. Я знаю, ты в декрете, у тебя своя жизнь... Но я в тупике. По-другому это не назовёшь.
Он положил на стол папку с делом, тяжело вздохнул и с горечью продолжил:
- У нас серьезный «висяк». Труп нашли сегодня утром в промзоне. Парень, 25 лет. Никаких следов взлома, ничего не украдено. Но самое странное — причина смерти. Его задушили его же собственным галстуком. Но экспертиза показала, что в момент удушения он находился в совершенно другом месте — в своей квартире, за столом. На камере видно: он сидит, работает за ноутбуком... а потом падает лицом на клавиатуру. И умирает от удушья в промзоне за пять километров оттуда. Вот скажи, как такое вообще возможно? Лично у меня в голове не укладывается, ну никак.
В кухне повисла гробовая тишина.
- Это действительно — невозможно, - прошептал Костя.
- Вот именно! - Мурашёв хлопнул ладонью по столу. - Невозможно! Но это факт! Я поднял старые дела. Десять лет назад было нечто похожее. И двадцать лет назад тоже. Всё списывали на сердечный приступ или несчастный случай. А теперь у нас есть камеры и экспертиза.
Он посмотрел на Дашу умоляющим взглядом.
- Я не знаю, что это, магия или гипноз? Я уже ничего не понимаю. Даша, ты же видишь то, чего не видим мы. Может, ты хотя бы подскажешь, в какую сторону копать?
Даша молчала, глядя на папку. Она чувствовала: это дело пахло не просто тьмой или призраком. Это было что-то совершенно иное. Что-то, что играло с самой реальностью.
=======================
Глава 80 / Продолжение следует