Запись № 160. Август. Скрытый сектор.
Всё началось с записки, вложенной в пакет с молоком, который я купил у Ольги. Аккуратный почерк, адрес подвального бара "Маяк" и время — полночь.
Я не мог игнорировать вызов. Петрович, узнав, куда я собрался, нахмурился, но лишь молча протянул мне свой старый перочинный ножик: "На всякий случай. Хотя, думаю, там стреляют не пулями".
Бар "Маяк" находился в полуподвале старого здания. Вывеска едва светилась. Внутри пахло табаком, stale beer (несвежим пивом) и... озоном. Запахом, который ни с чем не спутаешь. Запахом Астриона.
Я спустился по ступенькам. В помещении было темно, горели лишь свечи на столах. Но меня ждали.
Их было семеро.
Семь человек, сидящих за сдвинутыми столами в дальнем углу. Разные возраста, разные типы внешности. Но когда я вошел, все они разом повернули головы. В их глазах, на мгновение, вспыхнуло и погасло знакомое серебристое свечение.
— Агент 714, — произнес сухой голос. Это был мужчина лет шестидесяти, в потертом пиджаке, с бородой. — Проходи. Садись. Мы заждались.
Я сел. Ольгу я узнал сразу. Рядом с ней сидел молодой парень в худи, нервно теребящий стакан. Дальше — грузный мужчина с лицом профессионального боксера. Пожилая дама в шали с длинным носом. Девочка-подросток с голубыми волосами. И старик, похожий на бомжа, с трясущимися руками.
— Кто вы? — спросил я, хотя уже знал ответ.
— Мы — Твои, — ответил бородач. — Группа "Дезертир". Те, кто остался. Я — Агент 402. Местное имя — Виктор. По легенде — сторож на складе.
— Зачем вы собрались?
— Чтобы обсудить тебя, — вмешалась дама в шали (Агент 109, "бабушка-сплетница" из дома напротив). — Ты наделал много шума, мальчик. Уничтожил Сборщика. Это как сигнал бедствия. Раньше мы сидели тихо.
— Я защищал свою жизнь.
— Ты защищал свою жизнь, — прорычал боксер (Агент 550, охранник в ТЦ). — А поставил под удар всех нас. Если Совет узнает, что здесь целая колония "сломанных", они пришлют Эвакуационный Флот. А это уже не дроны. Это выжигание поверхности.
В баре повисла тишина. Молодой парень в худи (Агент 890) вдруг всхлипнул.
— Я не хочу обратно! — выкрикнул он. — Там холодно! А тут... тут есть котики!
— Успокойся, Антон, — Ольга (Агент 777) положила руку ему на плечо. — Мы все здесь ради котиков. И ради борща.
— Послушай, 714, — Виктор наклонился ко мне. — Ты нарушил правила. Но ты также доказал то, во что мы перестали верить. Что можно жить здесь по-настоящему. Не притворяясь. Мы все тут застряли. У кого-то сломался модуль связи, как у меня (он указал на голову), кто-то влюбился, как Ольга, кто-то просто испугался лететь домой. Мы живем в ваших квартирах, работаем на ваших работах. Мы стали ими.
— И что нам делать? — спросил я.
— Жить, — просто сказал Виктор. — Но жить осторожно. Мы создали свою сеть. Если кто-то из нас попадает в беду — мы помогаем. Как семья. Ты теперь часть этой семьи, Михаил. Ты не один.
Девочка-подросток (Агент 999, школьница) вдруг вытащила из кармана помятый блокнот.
— Я пишу диссертацию, — сказала она серьезным голосом. — Тема: "Адаптация квантового сознания в биологической среде низкого уровня". Вы все — мои кейсы. И ты, Михаил, самый интересный. Ты сжег свою сущность ради любви. Это уникальные данные.
— Ты пишешь диссертацию? — удивился я.
— Ага. Для местного университета. Я гений, по документам мне 14 лет, а на самом деле мне 300 циклов. Скучно не учиться.
Старик-бомж (Агент 11, самый старый из нас) вдруг заговорил хриплым, скрипучим голосом:
— Я здесь с 1950-го. Я видел, как менялись эпохи. Я был инженером, строил мосты. А теперь я просто смотрю на реку. Знаете, что я понял? Вселенная не заботится о нас. А люди — заботятся. Если мы потеряем человечность, мы потеряем всё.
Он вытащил из кармана горсть сухариков и рассыпал их по столу.
— Ешьте. Местные. Вкусно.
Мы сидели в полумраке бара "Маяк" — семь инопланетян и я. Грузчик, сторож, школьница, бабушка, охранник, продавщица и "писатель". Мы ели сухарики, пили пиво (кроме школьницы, ей — сок) и обсуждали новости: у кого прорвало трубу, где дешевле картошка, и как правильно лечить кашель медом.
Мы были советом галактического масштаба, который обсуждал картошку.
И это было великолепно.
— Значит, договорились, — подвел итог Виктор. — Мы мониторим эфир. Если что — сигнал общий. Встречаемся здесь раз в месяц. И, Михаил...
— Да?
— Береги своего старика. Петрович — он крепче любого из нас. У него сердце золотое. А у нас — только биомасса.
Я кивнул.
— Я буду беречь.
Мы вышли из бара ночью. Снег падал на город, укрывая наши тайны белым одеялом.
Ольга догнала меня у выхода.
— Миша, — окликнула она. — Знаешь, почему мы выжили?
— Почему?
— Потому что нашли Дом. А Дом — это не место на карте звезд. Это место, где тебя ждут. У тебя есть Лена. У меня — сериалы и кот. У Антона — видеоигры. У Виктора — его склад. Мы все нашли якоря.
— Ты права, Ольга. Спасибо за молоко.
Я шел домой по заснеженным улицам. Я знал, что в этом городе, в этих серых домах, живут сотни таких, как я. Они разносят почту, водят троллейбусы, продают билеты в кино. Они охраняют этот мир не от инопланетян, а от одиночества.
Я больше не был шпионом. Я был частью клана. Клана "Дом".
Статус: Сеть активирована.
Побочный эффект: Чувство плеча.
Цель: Защищать этот хрупкий, нелепый, чудесный мир от холода пустоты.
Мы пришли со звезд, но стали землей. Мы пьем чай, кашляем и любим. И это лучшая миссия во Вселенной.