С момента происшествия в доме несчастного малыша и его отца-пьяницы прошло уже три дня, и хотя Инна планировала навестить Рому через день или два, она так и не собралась это сделать.
Теперь она совершенно не думала о мальчике. Она сидела, погрузившись в мечты о предстоящем ужине, и прикидывала, что ей, черт возьми, надеть на свидание, когда услышала тихий стук в дверь. Она даже подумала, что ослышалась, но все же пошла проверить.
На пороге стоял совершенно расстроенный крошка Рома. Инна окинула взглядом палисадник перед домом на случай, если малыш пришел не один, но с ним никого не было.
– Привет, солнышко. Что случилось? – Она наклонилась к малышу.
– Ну… можно войти? – робко попросил мальчонка.
– Конечно, можно. Твой отец знает, что ты здесь? – спросила Инна.
– Нет! – испуганно ответил мальчик. – Только не говорите ему! – быстро добавил он.
Инна проводила его в гостиную, налила ему стакан молока и поставила блюдце с печеньем. Голодный мальчик с жадностью проглотил все печенюшки и выпил молоко.
– Итак, – начала Инна, – рассказывай, зачем пришел.
Рома был тощий, одежда была явно ему мала, к тому же выглядела так, словно ее давно не стирали. Инна снова забеспокоилась за мальчика.
- Ну… вот… – Он выглядел крайне взволнованным и ковырял ногти. – Видите ли, мы с папой живем вдвоем, и я слышал, что Анна Геннадьевна приболела, ну так говорят. Еще, вы ж понимаете, она уже старая, типа того. И думал, может вы это… ну, меня поймете. Папа порой сильно злится. И пьет много пива. Говорит, это потому, что мама умерла, и спина у него болит. Он рабочий на ферме. Но это не из-за мамы, он и до того много пил. – Малыш говорил быстро, словно до этого держал все в себе, и наконец решился высказать наболевшее.
Инна искренне беспокоилась:
– Ром, ты в порядке? Кто-нибудь хоть иногда присматривает за тобой? Бабушка? Или тетя?
Губы у крошки задрожали, и по щекам покатились слезы.
– Не знаю. Мы с папой вдвоем. У меня ни бабушки, ни тети. Только мы.
– Ладно. Ты пришел, потому что твоему папе нужна помощь?
– Да. Я не могу его разбудить. Уже целый день не могу. Ему б чай, который для здоровья.
У Инны сжалось сердце. Очевидно, что травяной чай не решит всех проблем его отца, но она смолчала. Она предложила проводить его до дома и поговорить с его отцом, если это что-то изменит. Инна нервничала, а разум метался в поисках правильного решения.
А нужно ли было это делать? Было ли это безопасно? Может, вызвать полицию? Или она драматизирует? Почему бы не побеседовать с отцом Ромы? А вдруг сегодня он протрезвел и они все решат, как взрослые люди? Хотя, по словам Ромы, его отец проспал весь день, так что вряд ли. Ей не опасно идти к нему в одиночку? Сейчас середина дня, их дом стоит на оживленной улице, вокруг соседи. Наверное, там будет полно людей.
В ее голове все еще разворачивался внутренний диалог, когда они дошли до дома Ромы. Он распахнул дверь и вошел внутрь.
Инну поразил ужасный запах. Застарелые остатки еды, пот и что-то еще… От этой отвратительной смеси запахов ее чуть не стошнило. В день ее первого визита здесь тоже стояла вонь, но сейчас она почему-то усилилась.
Повсюду валялись тарелки с остатками еды: на обеденной стойке, на полу, а на всех оставшихся поверхностях стояли пепельницы. Шторы задернуты, в комнате темно и уныло, хотя на улице ярко светит солнце.
Рома стоял посередине комнаты, явно не осознавая, как обескураживающе выглядит вся эта обстановка для того, кто не привык к подобной запущенности и мерзости.
Инна заметила отца Ромы, лежащего на диване. Судя по всему, он крепко спал. «Скорее всего он в пьяной отключке», – подумала Инна.
Она стояла в дверях, все еще не решаясь ввязываться в это дело.
– Эй? – позвала она. Подождала немного. – Вы меня слышите ! – произнесла она громче. Тишина.
Она подошла к дивану и посмотрела на отца Ромы – и у нее живот скрутило от страха.
Его глаза были чуть приоткрыты, а губы стали синюшными. Она наклонилась, пощупала пульс на запястье. Ничего. Она проверила пульс на шее… его нет. Кожа холодная. Он был мертв. «О боже! А мне что теперь делать?»
Инна обернулась к Роме: тот смотрел на нее с надеждой, уверенный, что вот сейчас она даст его папе горячий чай и все наконец наладится. Ну что ей делать?