Я родилась в 1977 году, том самом, что сделал знаменитым Apple. Но не меня, хотя очень хотелось. Сколько себя помню, всегда думала, есть ли у меня какой-нибудь талант . Едва не поверила в будущее великой пианистки, пока удачный пас одноклассника на уроке физкультуры в мизинец моей левой руки не вынудил пересмотреть свои перспективы. Поняла, что делать ставку на профессию, успех которой может зависеть от такой ничтожной мелочи как палец, не по мне.
Потом решила быть хирургом во что бы то ни стало. Не стала. Тогда ещё не умели делать лазерные операции очкарикам, так что хирургия не распахнула приветливые двери для юной идеалистки, а становиться кем-то менее значимым в медицине категорически не хотелось.
Стала культурологом-философом. Ненадолго, ибо не понравилось слышать во время эмоционально-матерных речей: «Ты же культуролог!» Сменила culture face на непробиваемое журналистское табло. Девиз: «Кофе, маты, сигареты». Последнее пришлось вычеркнуть вместе с рюшами на кофточках. С новым характером они смотрелись смешно.
А ещё я вычеркнула нескончаемый снег за окном, перебравшись в Тюмень. Поняла, что счастлива только в городах женского рода.
Оторвав пуповину от северной родины, спрятала дипломы о высшем образовании на антресоли и заделалась собачьей красоты мастером. Даже доучилась на ветеринара, чтобы с умным видом говорить: «Красивое животное — это здоровое животное». Верят.
Помимо нескольких дипломов в послужном списке два бывших и один настоящий муж, а также двое бывших детей, ибо достигших совершеннолетия считаю отдельно взятыми дядьками и тетьками, которым согласна быть лишь другом. Они эту позицию разделяют, ласково называя меня «плохая мамка», что на языке нашей семьи означает «классная тётка». В общем, полный дзен.
За 49 лет талантов так и не обнаружилось. Зато долгими тренировками развито недюжинное трудолюбие, вполне компенсирующее отсутствие первых. Потому решила, что для профилактики старческой деменции, стану ещё и писать. За год моя память заметно укрепилась, так что этой цели я уже достигла. Насчёт известности не горячусь. Пусть этим Apple заморачивается. А я предпочитаю свободу, и она у меня есть.