Анна и Изольда переглянулись.
— А вы случайно не знаете, как зовут родственника? — спросила Изольда.
— Никита, — ответил Андрей Сергеевич.
— Он у вас тут завучем работает, — добавила Елена Владимировна.
— Какая неожиданность, — улыбнулась Изольда.
— Это про нашего Никиту Сергеевича разговор? — Евгений Михайлович удивленно посмотрел на Анну.
— Скорее всего так и есть — заверила Изольда.
— Скажите, а что с нами будет? — спросил Андрей Сергеевич.
— Знаете, с начала учебного года я стала замечать синяки на теле вашего ребенка, — произнесла Анна. — То на запястье, то на щеке. Надеюсь, к этому не относится домашнее рукоприкладство?
— Нет-нет, — тут же помотал головой мужчина. — Я к этому не имею никакого отношения.
— Хорошо, если это так, — сказала Анна. — Но вы же понимаете, что если вы применяете физическую силу к своему сыну, то это рано или поздно вылезет наружу, и вам мало не покажется.
— Не-не, — Андрей Сергеевич поднял руки. — Я не бью своего сына.
— Хорошо, — кивнул головой Евгений Михайлович. — Но же понимаете, что мы должны принять меры, чтобы обезопасить ребенка. И если и дальше будут появляться синяки на теле Сережи, то мы будем вынуждены сообщить об этом в соответствующие органы.
— Конечно, — ответил мужчина.
Глядя на него, Анна осознала, что теперь отец больше никогда не поднимет руку на Сережу. По крайней мере, она очень на это надеялась.
— Анна Сергеевна, теперь, когда мы все выяснили, у вас есть претензии у супругам Морозовым? — спросила Изольда.
— У меня нет, — покачала головой Анна.
— Анна Сергеевна, простите нас, — произнес Андрей Сергеевич. — Это все вон, бабы виноваты, — мужчина кивком головы указал на жену. — Ух, Ленка, чтобы я больше твоей Каринки у нас не видел. Пусть она сама со своими мужиками разбирается.
— Хорошо-хорошо, — ответила Елена Владимировна.
— Ну что ж, — произнес директор. — Раз мы все выяснили, то я вас больше не смею задерживать, — Евгений Михайлович посмотрел на Морозовых.
— Спасибо большое, — Андрей Сергеевич быстро встал со своего стула. — До свидания.
Как только супруги вышли, Анна посмотрела на директора.
— Евгений Михайлович, мне писать заявление? — спросила женщина.
— Какое заявление? — мужчина не понимал, о чем идет речь.
— На увольнение, — пояснила Анна. — Вы же понимаете, что мы не сможем работать вместе с Никитой. Он слишком перегибает палку в наших отношениях. В последний раз предложил мне стать его любовницей.
— Анна Сергеевна, вот как раз вы-то и останетесь работать, — произнес Евгений Михайлович. — А вот с Никитой Сергеевичем у нас будет серьезный разговор, после которого я не думаю, что он останется у нас работать.
— Вы уверены? — уточнила Анна.
— Отличных учителей начальных классов в наше время редко можно встретить, — сказал Евгений Михайлович. — Да к тому же, чтобы человек был отличным — вообще как вымершие мамонты. А вот завучей, да к тому же с гнильцой, пруд пруди.
— Спасибо, — Анна улыбнулась.
— Так что, Анна Сергеевна, идите работать, — произнес директор. — Не смею вас задерживать.
— Хорошо, — сестры вышли из кабинета.
— Ну вот, — улыбнулась Изольда. — А ты боялась.
— Спасибо тебе большое, — средняя сестра обняла старшую.
После того, как Изольда ушла, Анна направилась в свой класс. Сегодня у нее странное настроение. Ей хотелось поговорить с детьми о справедливости, вранье и честности.
— Ребята, — Анна обратилась к своим ученикам. — Скажите, а в вашей жизни были такие ситуации, когда вас незаслуженно в чем-то обвиняли? Или обижали?
— У меня есть младший брат Дима, — первой ответила Ксюша — отличница, всегда стремится быть на лидирующих позициях. — Ему 5 лет. Не так давно он съел все конфеты, которые лежали на столе, хотя мама запретила ему есть много. Родителям Дима сказал, что это сделала я.
— И чем закончилась твоя ситуация? — спросила женщина.
— Родители поверили ему, а не мне, — вздохнула девочка. — Но когда мама нашла в его шкафу фантики, то сразу поверили мне.
— У меня старшая сестра недавно взяла мой телефон и уронила его, — сказала Алина. — Родители долго меня ругали за это. Они до сих пор думают, что это я разбила телефон.
Ученики стали рассказывать свои истории из жизни. У кого-то они были более серьезными, у кого-то менее. Но все равно, за каждой историей стояло необоснованное обвинение ребенка в том, чего он не совершал.
— Скажите, а за все поступки, когда взрослые вам не верили, они просили прощения? — спросила Анна.
— Как мне сказал папа, что, когда взрослые ошибаются, то они извиняются только перед взрослыми, — вздохнул Сережа. — А перед детьми необязательно, ведь они маленькие, и ничего не понимают.
Одноклассники мальчика закивали головами в знак согласия. Для себя Анна решила, что обязательно поговорит на собрании с родителями об этом.
После уроков Анна сидела в своем кабинете и проверяла тетради.
— Что, довольна? — в кабинет без стука зашел Никита.
— Ты о чем? — спросила Анна, нахмурившись. Она не понимала, что происходит.
— Меня заставили уволиться, — пояснил мужчина.
— Если бы ты был хорошим сотрудником, то никто и ничто не смог бы тебя уволить, — парировала женщина. — Значит, у тебя с этим проблемы.
— Я — хороший сотрудник, — возразил Никита. — И после сегодняшнего ты будешь говорить, что ты и директор — не любовники?
— Буду, — кивнула головой Анна. — У нас с Евгением Михайловичем чисто деловые отношения. Ни больше, ни меньше.
— Тогда почему оставили тебя, а не меня? — не унимался Никита. — Ведь это ты придираешься к ребенку, а не я. Занимаешь его оценки.
— А ты разве не знаешь, что Морозовы отказались от своих претензий ко мне? — спросила женщина. — Скажи, а чем тебя Карина подкупила?
— Если бы тебя уволили, то она отказалась бы от своей доли в квартире... — Никита посмотрел на Анну. — А ты откуда знаешь, что у нас Кариной договоренность?
— Просто твоя родственница не слишком умная особа, — пояснила Анна. — Она рассказала о своих планах своей подружке, а она уже нам. Скажи, неужели ради доли в наследуемом имуществе ты был готов соблазнить меня? Ведь ты же понимаешь, что это могло дойти до интимных отношений?
— Я ради того, чтобы мы с женой наконец-то зажили по-человечески, готов на все, — заверил Никита. — Даже завести роман с чертом лысым.
— А твоя жена знает об этом? — уточнила женщина.
— Знает, и согласна со мной, — кивнул головой мужчина. — Ты думаешь, нам не надоело жить как на пороховой бочке? Пока была жива теща, мы жили с ней. И вроде как уживались. Но после смерти тещи, Карина заявила, что хочет продать свою долю.
— Ну так взял бы и выкупил, — пожала плечами Анна. То, что сейчас говорил Никита, по ее мнению было полным бредом.
— И загнать себя в кабалу на несколько лет? — возмутился мужчина. — Ну уж нет. После того, как Карина предложила опорочить тебя, то я с радостью согласился. И половина квартиры стала бы нашей, и тебя опозорил бы.
— Какой же ты жалкий, — женщина вздохнула. — Как хорошо, что у нас с тобой тогда ничего не получилось.
— Это ты меня называешь жалким? — ехидно спросил Никита. — Да тебя собственный муж из дома выгнал ради любимой женщины, с которой теперь живет припеваючи.
— Только вот этой любимой женщине все-таки чего-то не хватает, раз она никак не может угомониться, — возразила Анна. — Жила бы да радовалась. Нет, надо какую-нибудь гадость сделать.
— Да с такими, как ты, только так и надо, — твердо стоял на своем мужчина.
— Знаешь, я не буду с тобой спорить, — улыбнулась женщина. — Пусть каждый останется при своем мнении. А на прощание я хочу пожелать тебе удачи.
— Хочешь сказать, что ты такая добренькая? — Никита прищурил глаза.
— Я такая, какая есть, — пожала плечами Анна. — Прощай.
— Анюта, слушай... — в кабинет заглянула Алиса. — Никита Сергеевич...
— Он уже уходит, — сказала Анна и пристально посмотрела на мужчину.
Никита вышел из кабинета, громко хлопнув дверью.
— Ты слышала, что он уволился? — спросила подруга.
— Слышала, — кивнула головой Анна.
— Как ты думаешь, кого теперь назначат завучем? — Алиса задумалась.
— Свято место пусто не бывает, — ответила женщина. — Ладно, ты чего хотела?
Слушая подругу, Анна думала о своем. Как сделать так, чтобы Карина отстала от нее?
Возвращаясь с работы, Анна увидела около подъезда Артема.
— Привет, — сказал мужчина, как только жена подошла к подъезду.
— Привет, — ответила Анна.
— Я тут вот о чем подумал, — Артем смотрел в глаза Анне. — Я решил тебя простить. Давайте возвращайтесь вместе с Люсей домой.