Князь Олег: как закончилась жизнь второго правителя Руси
Волхв стоял перед князем и не отводил глаз. Дружинники притихли. Олег, тот самый Олег, который прибил щит к вратам Царьграда и заставил византийцев платить дань, — ждал ответа. – От чего мне суждено умереть? Волхв ответил не сразу. А когда заговорил, слова его прозвучали странно — почти насмешливо: – Примешь ты смерть от коня своего. Олег усмехнулся. И приказал увести коня.
Но давайте не будем забегать вперёд. Прежде чем говорить о гибели этого человека, стоит вспомнить, как он жил. А жил он так, что современники прозвали его Вещим — то есть знающим будущее. В 879 году умер Рюрик — основатель первой княжеской династии на Руси.
Сын его, Игорь, был ещё мал. И Рюрик доверил княжение своему родичу Олегу. Не сыну — другому человеку. Это говорит о многом: значит, Олег к тому времени уже проявил себя как воин, как стратег, как лидер. И Олег не подвёл. В 882 году он совершил поход из Новгорода на юг.
Захватил Смоленск, Любеч, а затем подошёл к Киеву, где правили Аскольд и Дир. Олег не стал штурмовать город в лоб. Он пошёл на хитрость: спрятал воинов в ладьях, а сам представился купцом. Когда Аскольд и Дир вышли к нему без охраны, дружинники Олега выступили из укрытия. – Вы не князья и не княжеского рода, – сказал Олег, по свидетельству летописца. – А вот княжеский род. И указал на малолетнего Игоря.
Аскольд и Дир были убиты. А Олег произнёс слова, которые войдут в историю: 'Да будет Киев матерью городов русских'. С этого дня началось тридцатилетнее правление, которое изменило всё.
Олег подчинил себе древлян, северян, радимичей — одних силой, других дипломатией. Но главным его деянием стал поход на Константинополь в 907 году. Летопись рисует картину почти фантастическую: две тысячи ладей подошли к стенам величайшего города мира.
По сорок воинов на каждой — итого около восьмидесяти тысяч. Историки, конечно, спорят о точности этих цифр: скорее всего, летописец преувеличил масштаб. Но сам факт похода и его результат сомнений не вызывают. Византийцы перегородили бухту цепями, не пуская корабли. И тогда, если верить летописцу, Олег приказал поставить ладьи на колёса.
Под парусами суда двинулись по суше прямо к городским стенам. Греки пришли в ужас. Они запросили мира и согласились на дань. А Олег прибил свой щит к вратам Царьграда — в знак победы. Именно после этого похода, как пишет летопись, народ и прозвал его Вещим. В 911 году между Русью и Византией был заключён письменный договор — один из древнейших дипломатических документов в нашей истории.
Текст его дошёл до нас через летопись, и в нём подробно расписаны права русских купцов в Константинополе, правила выкупа пленных и порядок решения споров. Олег находился на вершине могущества. Казалось, ничто не может его сломить.
А потом он вспомнил о коне. Повесть временных лет рассказывает эту историю с почти литературной завершённостью. Прошло много лет после пророчества волхва. Олег ни разу больше не садился на своего любимого коня — приказал кормить, ухаживать, но близко не подходил сам.
И вот однажды он спросил: – А что мой конь? Жив ли? Ему ответили, что конь давно умер. Олег рассмеялся. Выходит, волхв ошибся! Смерть от коня — а конь мёртв. Князь захотел увидеть это сам. Он пришёл на то место, где лежали кости коня, и наступил ногой на череп. – Его ли мне бояться? Из черепа выползла змея и ужалила Олега в ногу. Князь разболелся и вскоре умер. Так, во всяком случае, говорит летопись.
Но так ли всё было на самом деле? Историки относятся к этому рассказу с осторожностью. И не только потому, что он звучит слишком красиво — как притча, как поэтический сюжет. Есть и другие причины для сомнений. Во-первых, мотив гибели героя от собственного коня встречается в скандинавских сагах. В 'Саге об Одде Стреле' норвежский викинг погибает при обстоятельствах, удивительно похожих на историю Олега: пророчество, отказ от коня, змея из черепа.
Некоторые исследователи полагают, что летописец мог заимствовать этот сюжет из устных скандинавских преданий — а скандинавские корни первых Рюриковичей хорошо известны. Во-вторых, существует серьёзное расхождение в датах. Повесть временных лет датирует смерть Олега 912 годом. А Новгородская первая летопись — 922-м.
Разница в десять лет. Для столь значимого события это много. Если летописцы не были уверены даже в дате, насколько можно доверять описанию обстоятельств? В-третьих, место погребения тоже вызывает споры. По одной летописной версии, Олег похоронен в Киеве на горе Щековице.
По другой — в Ладоге. По третьей — где-то 'за морем'. Три версии — и ни одной точно подтверждённой. Что же мы знаем наверняка? Олег умер.
Он правил не менее тридцати лет, объединил северные и южные земли Руси, дал государству столицу и добился признания от крупнейшей империи своего времени. А обстоятельства его смерти остались загадкой, которую летописец оформил в красивую, запоминающуюся историю.
Что же нам оставил этот человек? Он оставил государство. До Олега были отдельные племена и отдельные князья. После Олега появилась Русь — с единым центром в Киеве, с подчинёнными племенами, с международными договорами. Не случайно Пушкин увековечил именно его в 'Песни о вещем Олеге' — история о змее и черепе коня оказалась слишком сильной, чтобы остаться только в летописях.
А пророчество? Было оно или нет — уже не так важно. Важно другое: люди запомнили Олега не только как воина и хитреца, но и как человека, который пытался обмануть судьбу. И которому это не удалось.
Впрочем, может, в этом и есть главный урок: не от чего бежишь — от того и погибаешь. Но это, разумеется, лишь красивая легенда. А реальная заслуга Олега — куда масштабнее любой легенды.
Если вам понравилась статья, ставьте лайк и подписывайтесь на канал. А как вы считаете — был ли Олег реальным стратегом или скорее легендарной фигурой, которую летописцы приукрасили? Напишите в комментариях!