Надо признать, что коллективное мышление, с определенной степенью погрешности, способно отражать реальность, пусть в несколько приукрашенной форме. В одном из своих произведений Иван Ефремов вкладывает в уста героя фразу, который непринужденно и свободно размышляет о превратностях эволюции и, между делом, утверждает, что разумных жуков не бывает. И это сущая правда. Жуки это хорошо адаптированные и приспособленные к земным условиям существа. Однако герой обходит молчанием тему разумных инсектоидов.
Эту тему развил Орсон Скотт Кард в цикле романов «Игра Эндера» (1985-1986). Человечеству противостоит разумная раса инсектоидов - жукеров. У них правит разумная королева. Общество разделено на касты. Главный герой уничтожает целую цивилизацию во время игровой виртуальной симуляции. Впоследствии выясняется, что это была не игра, а реальное уничтожение. После этого герой раскаивается и заново переосмысливает свое отношение к инсектоидам. Под псевдонимом «Говорящий от Имени Мертвых» он пишет книгу о жукерах.
Он также разыскивает последнюю оплодотворенную королеву и занимается тем, что ищет тихое место в Галактике, чтобы она смогла отложить яйца и вывести многочисленное потомство. Делает он это из человеколюбия. Хотя инсектоидов не любит. Однако он не хочет, чтобы их цивилизация погибла.
Такой сюжетный ход уже ближе к реальности. Жукеры напоминают общественных насекомых.
И в самом деле, мы можем предположить, что инсектоиды когда-то жили на нашей планете. Однако после конфликта, произошедшего между людьми и разумными членисторуконогими, инсектоиды навсегда покидают землю около 540 млн лет назад. Те же из них, кто остался здесь, лишенные центрального управления, психически стремительно деградируют и, в авральном порядке, приспосабливают свои организмы к окружающей природной среде и пище. Так, возникают многочисленные группы членистоногих: ракообразные, паукообразные, насекомое, многоножки и даже кольчатые черви, которых к членистоногим современные биологи не относят.
В романе «Тар-Айимский кранг» (The Tar-Aiym Krang) Алана Дина Фостера (1972) дело взаимопонимания между различными расами космических пришельцев значительно продвинулось. Инсектоиды прибыли на землю для поисков следов древнейшей инсектоидной цивилизации. Они устанавливают контакт с юным медиумом. Мальчик убеждает взрослых, что пришельцы прибыли на землю с благими намерениями и предотвращает, казалось бы, неизбежный военный конфликт. В результате, люди позволяют инсектоидам остаться на земле и провести необходимые изыскания, в результате которых были обнаружены древние артефаты.
В фильме «Район №9» (2009) главный герой, руководящий операцией по выдворению инсектоидов с нашей планеты, неожиданно обнаруживает в лагере для интернированных лиц необычный прибор. Вскрыв его, он облучает себя. В результате происходит его превращение в инсектоида. Люди, наблюдающие за этим, желают воспользоваться этой инопланетной технологией, и проводят с превращенцем серию бесчеловечных опытов. Однако герою удается вырваться из лап вивисекторов. Он скрывается в инсектоидном гетто. И уже через некоторое время его невозможно отличить от обычных инсектоиидов: трансформация завершена. Он помогает королеве с отпрыском улететь с земли на инопланетном корабле, на котором инсектоиды сюда и прибыли.
В американском кинематографе в конце 90-х сложилась определенная традиция – представлять инопланетян в образе членистоногих, враждебных людям. В 1997 году выходит кассовый «Звездный десант». Согласно сюжетной линии фильма, разумные арахниды нарушают перемирие и выходят за пределы космической карантинной зоны. По одной из версий - войну спровоцировали паукообразные. Они направили к Земле астероид, который снес Буэнос-Айрес. Однако это версия властей, растиражированная СМИ. По другой версии - катастрофу спровоцировали секретные службы, обвинив в ней разумных арахнид. Это явилось поводом для вторжения на главную планету разумных паукообразных.
В фильме показаны «мозговые жуки». Это мозги нации. Их тело почти сплошь состоит из нейронов. Они тщедушны и массивны, их носит на носилках многочисленная свита. На голове у них особый придаток, при помощи которого, они протыкают череп врага и извлекают из него мозговое вещество. После этого, знания и умения жертвы присваиваются похитителями.
Это явная отсылка к роману Уэллса «Первые люди на Луне» (1901). В нем английский писатель изобразил жителей подземелий – насекомоподобных селенитов. Они похожи на муравьев. Лунное общество разделено на многочисленные касты. Правит у них Великий Лунарий.
Как «инсектоиды» разрушают цивилизации
О вторжении на Землю хищных разумных жуков впервые в кино возвестил культовый американский фильм «Люди в черном» (1997). По крайней мере, один такой экземпляр – межзвездный авантюрист и разбойник по имени Эдгар Жук внезапно появляется на земле. По сюжету: инопланетяне - разумные муравьи, бегут с земли под угрозой вторжения. Вездесущему жуку-агрессору противостоит секретное ведомство по контролю инопланетных миграций. Они успешно предотвращают угрозу захвата земли - преследуют и убивают Эдгара Жука, мимикрирующего под человека.
Казалось бы сюжет достаточно прост. В чем же секрет популярности этого фильма?
Что мы видим? Общество людей уподобляется муравьям. Куда-то девалась полиция. Межзвездный авантюрист легко обходит препятствия и свободно передвигается по Нью-Йорку. Делает что хочет с людьми, а хочет он, по всей видимости, одно – уничтожить их. Он не отличим от убитого им человека, кожу которого надел на себя словно чулок. Возможно, он источает какие вещества, которые усыпляют бдительность людей? Возможно, Эдгар Жук был самкой, надевший кожу съеденного им человека. По крайней мере, в фильме мы видим уже вылупившихся его деток, которые секретные агенты стали уничтожать, чтобы вывести из себя царицу. Жаль, что детки показаны в виде мадагаскарских тараканов.
Уничтожение земли в этом контексте представляется как заражение иной формой жизни с последующим поеданием людей.
Ломехуза – сезонный паразит формика и мирмика
Это явный отсыл к жуку-паразиту - ломехуза (лат. Lomechusa). Этот агрессор паразитирует в гнездах красных лесных муравьев (Formica rufa). Он садится на муравейник сверху и проникает внутрь как пришелец. Умеет по муравьиному просить еду – постукивает усиками по определенным частям головы. Муравьи дают; где их фасеточные глаза? Дело в том, что ломехуза взамен кормит муравьев пахучими выделениями своего брюшка. Охранники подсаживаются, и не препятствуют передвижению ломехузы по муравейнику.
Если ломехуза самка, то она стремится в ободковую камеру, в которой откладывает пару сотен яиц. Яйца, по своему внешнему виду, ничем не отличаются от муравьиных. Вылупившаяся личинка ломухузы тоже умеет по-муравьиному просить еду, встав на дыбы; и она, как и взрослый жук, выделяет вещество, от которого муравьи дуреют.
Личинка весьма коварна: ей мало той пищи, которую приносят муравьи, она еще закусывает личинками самих муравьев, которые находятся рядом.
В конце концов, личинки будущей ломехузы окукливаются прямо в гнезде, превращаются в куколку, и, выйдя на свет, начинают отравлять жизнь своим хозяевам. Они вырабатывают запрещенные вещества, которые муравьи слизывают. В результате на свет появляются деструктивные самки: у них увеличивается грудь, но они не царицы, а добросовестными работницами они уже перестали быть. Это псевдоэргаты – дегенераты. Они праздно шатаются по гнезду, не работают и не рожают. Это развращает муравьиные устои.
Однако жукам становится скучно в гнездах красных муравьев, они мечтают о свободе, о свободной любви.
Почему им не сидится в гнезде? В нем бы и размножались. Еды там полно.Все дело в том, что красные муравьи Формика (по древнегречески «муравей») зимой любят поспать и это может погубить нахлебника. А кто его будет кормить?
Предвидя такой нежелательный сценарий, молодые тунеядцы выбираются наружу, изображая из себя фуражиров. Они ищут других муравьев, которые бы их приютили на зиму. Обычно это Мирмика (Myrmica) (по латыни «муравей»). Найдя то, что им надо, они переобуваются в воздухе, и начинают выделять вещества, подавляющие агрессию. Потом другие вещества, вызывающие сочувствие и страдание. Мирмика настолько становится жалко брошенных и одиноких ломехуз, что они затаскивают их в гнездо, кормят всю зиму.
По весне, сытые и довольные, ломехузы покидают гнездо гостеприимных мирмика и обещают вернуться. Сейчас они обуреваемые страстью, собираются на прогреваемых полянках вблизи гнезда красных лесных (Формика). Они танцуют и поют, и придаются радостям любви. Оплодотворенные самки проголодались, и вновь спешат в гнезда своих красных благодетелей. Они хотят не только есть, но и подарить им свои яйца, из которых через несколько месяцев появятся первые жуки. Но куда деваются самцы после оплодотворения? Они у танцевались вусмерть.
И так уж заведено из года в год: рыжие лесные (формика) - для выведения потомства, а мирмика - для зимовки и вкусной еды. Формика - крупные, строят муравейник из хвои и веточек, зимой не активны. Мирмика – мелкие и живут в подстилке и под камнями, зимой бодрствуют. Ломехуза любит их всех, но по-разному, и в разное время года.
Амазонки: муравьиное царство рабов и рабовладельцев
Еще один завлекательный сюжет, напоминающий голливудский триллер.
Когда наступает календарное лето в гнездах муравьев амазонок Полиергус (Polyergus) начинается эйфория. Под воздействием феромонов, у мамы появляются крылатые дети – самцы и самки. Они желают вырваться на оперативный простор. Они хорошо смотрятся на фоне сияющего неба. Что толкает их на столь, казалось бы, безрассудный шаг – отправиться в головокружительный полет в начале лета? Это ЛЮБОВЬ!
Время любви выбрано не случайно. Любовная лихорадка охватывает не только Полиергус, но и Формика. Воспользовавшись суматохой, связанной с вылетом большого количества крылатых самок и самцов, оплодотворенная матка амазонок обманом проникает в гнездо трудяг-формика, опрыскав себя потом. Смешавшись с потоком фуражиров и нахлобучив нелепую робу, она проходит мимо охранников, никем не замеченная. Время выбрано не случайно – в гнезде много куколок. Эти будущие рабочие присягнут на верность новой императрице.
Прикинувшись рабочей лошадкой, матка пробирается в роддом, вступает в единоборство с маткой формика и побеждает, прокусывая ей голову одним точным движением саблевидных жвал. Ее жвалы – это грозное оружие, а не инструмент для работы. Цареубийство происходит быстро – всего за несколько минут.
После чего, матка-победительница на радостях отгрызает себе крылья и объявляет себя императрицей. Она начинает откладывать яйца, а рабочие, присягнувшие на верность новой императрице, начинают заботиться о ее яйцах, как о своих собственных.
Оба вида счастливо и дружно проводят зиму, а весной выясняется, что работников не хватает. На свет производятся все новые и новые поколения воинов, вооруженных до зубов с серповиднообразными жвалами. Кто будет заботиться о яйцах и кормить новых личинок? Захваченному гнезду срочно нужны рабы. Матка формика мертва, а матка амазонок производит только солдат. Матка чувствует, что в ней просыпается великий полководец. Она посылает своих верных солдат на захват новых рабов.
Сначала во все концы рассылаются разведчики. Они находят гнезда формика и бегом назад – возбужденно бегают по муравейнику. Матка объявляет большой поход. Количество участников зависит от оперативной информации, полученной от разведчиков. Их несколько сотен или несколько тысяч. Расчет на внезапность. Охрана покусана и деморализована – амазонки пробились в камеры, где хранятся куколки. Они хватают их жвалами и, выстроившись в цепочку, передают наружу. Почему именно куколки? Яйца и личинки слишком нежные. Они плохо подходят для высокоскоростной операции. Сам набег длится недолго: от 15 до 60 минут, в зависимости от плана, утвержденного верховным главнокомандующим.
Пока мобильный отряд, с похищенными куколками, делает ноги и отрывается от погони, отряд прикрытия сдерживает преследователей. Тактика весьма оригинальна. Амазонки не убивают преследователей, а ослепляют: пытаются наносить удары своими острыми жвалами в глаза. Это имеет ряд преимуществ, ослепленные муравьи бегают у выхода и создают хаос. Это помогает амазонкам с добычей покинуть поле боя. Другой отряд заметает следы. Небольшие группы отступающих движутся в разных направлениях, идут через горы, переплывают реки, которые в действительности могут оказаться небольшими камнями и ручейками. След их прерывается. Это дезориентирует преследователей.
Когда куколки формика в гнезде, то воспитатели делают так, чтобы будущие рабы считали своих похитителей благодетелями. Они туманят им мозги. Рабов в гнезде около 80%, но они не помышляют о революции, т.к., отравленные феромонами хозяев, не в силах осознать своего рабства… Еще Ленин писал, что раб, у которого слюнки текут от самодовольного описывания прелестей рабской жизни, есть холоп и хам. Порабощенные формика не читали Ленина, но это не освобождает их от рабской доли.
Амазонка самка правит долго, до 20 лет. Она не заботиться от преемницах, поскольку рожает только солдат. Чтоб вырастить себе преемницу – новую матку нужны маточные яйца и особый тип питания и воспитания. Это все отсутствует у амазонок. Они похищают куколок. Даже если подсадить к амазонкам царственную личинку, то она не получит должного питания, ухода и образования, и не сумеет управлять государством. Рабы амазонок, скорее всего, ее задушат в выводковой камере, посчитав ненормальной и неправильной, не достойной жить в милитаризированном обществе. В результате старейшая царственная особа превращает своих солдат и рабов в обреченных исполнителей своей последней воли. Они все вымрут как мамонты вслед за своей королевой.
Как видим, реальность в сообществе общественных и необщественных насекомых и не насекомых, диалектическое противостояние потенциальных рабов и узурпаторов может принять куда больший размах, чем могут предположить обычные обыватели, привыкшие вечерами смотреть телевизор и пить пиво. Это противостояние может затронуть целые звездные системы и даже галактики, как об этом правильно предупреждают нас фантасты.