Я с гордостью вытирал пот со лба. Моя теплица выглядела как с обложки журнала: томаты вымахали под потолок, стволы толщиной с палец, листья огромные, зеленые, сочные. Я все выходные убил на грядкофитнес, щедро поливая их органическим настоем, и теперь любовался результатом. У забора нарисовался Фёдор Иванович. Он долго и мрачно смотрел на мои томатные джунгли из-под козырька старой кепки. — Силос! — припечатал дед одним словом и презрительно сплюнул. Я аж лейку опустил: — Какой силос, Фёдор Иванович? Вы посмотрите, кусты — загляденье! — Вот именно, что кусты, — проворчал сосед. Он молча перемахнул через штакетник, подошел к моему самому красивому кусту и безжалостно отломил здоровенный нижний лист. Из жирного стебля прямо брызнул сок.
— Вода и жир, — хмыкнул дед. Затем он зачерпнул из своего ведра старой кружкой какую-то серую пыль, сыпанул прямо в мою лейку с водой и болтнул черенком от лопаты. — Поливай этим. А то будешь зимой свои лопухи в банки закатывать, — развернулся и ушел. Я з