Когда говорят о роли Урала в годы Великой Отечественной войны, обычно выделяют именно индустриально-промышленную составляющую. И в общем-то понятно почему:
⏹️Урал произвел примерно 40% военной продукции страны: танки, пушки, артиллерийские установки и т.д.
⏹️Уральские металлургии выплавили около 2/3 общего производства черных и цветных металлов.
⏹️За годы войны промышленное производство Среднего Урала увеличилось в 7 раз.
⏹️В 1941-1942 на Урал было эвакуировано более 800 заводов, из них более 200 в Свердловскую область.
Но сегодня мне хочется обратить внимание на то, что в годы Великой Отечественной войны Урал стал не только промышленным центром, но и местом, где велась большая научно-практическая работа в сфере психологии в двух эвакуационно-восстановительных госпиталях на базе санаториев.
Задача, которую решали психологи - восстановление утраченных или нарушенных психических и двигательных функций в результате огнестрельного поражения мозга и периферической нервной системы.
Среди раненых, поступавших на лечение, были обездвиженные, потерявшие речь, зрение, слух, память, ориентацию в пространстве и т.д.
Работа по восстановлению психических функций у раненых велась под руководством Александра Романовича Лурии.
Он организовал тыловой восстановительный госпиталь нейрохирургического профиля в д. Кисегач (Челябинская область).
Там разрабатывались методы диагностики мозговых поражений и восстановления речи, письма, когнитивных функций. А.Р.Лурия и его коллеги использовали комбинацию фармакологических средств и восстановительного обучения.
Работа по восстановлению двигательных функций велась под руководством Алексея Николаевича Леонтьева. Он руководил эвакогоспиталем в д. Коуровка (Свердловская область) и разрабатывал методы восстановления движений у раненых.
Было доказано огромное значение трудотерапии в процессе восстановления.
В госпиталях были созданы мастерские. И включение в работу позволяло быстрее восстанавливать утраченные функции, чем просто механическое повторение каких-либо действий («трудоподобные» упражнения). Результат от трудотерапии (когда человек занимался реальным трудом) был лучше, чем от лечебной физкультуры и трудоподобных действий.
Задания для бойцов разрабатывались индивидуально, но так, чтобы они были вписаны в совместную осмысленную трудовую деятельность с реальным предметным результатом.
Так в Коуровке было налажено производство оконных рам и фурнитуры для разрушенного Сталинграда.
Практическая работа в госпиталях сочеталась с научной.
Был наработан огромный эмпирический материал, который лёг в основу фундаментальных послевоенных исследований и способствовал развитию нейропсихологии как научного направления психологии благодаря работе с ранеными с поражениями мозга.
На основе материалов, полученных в ходе работы в госпитале, А.Р.Лурия написал две работы, которые принесли ему мировую известность:
1. «Травматическая афазия», 1947 г. (афазия – нарушение речи, которое возникает из-за поражения коры головного мозга – человеку становится трудно или понимать речь, или говорить: произносить слова, формулировать мысли и т.д.)
2.«Восстановление функций мозга после военной травмы», 1948 г.
А.Н. Леонтьев совместно с А.В.Запорожцем написал книгу «Восстановление движения. Исследование восстановления функций руки после ранения», 1945 г.
И еще в результате всей этой работы в медицину был введен очень важный, на мой взгляд, принцип: лечить надо не рану (болезнь), а раненого (больного).
В предисловии к книге «Восстановление движения. Исследование восстановления функций руки после ранения» генерал-полковник медицинской службы Е. А.Смирнов писал:
«Этот принцип должен быть положен в основу деятельности всех медицинских специалистов ... Познакомившиеся с работой А.Н. Леонтьева и А.В. Запорожца не смогут фиксировать внимание только на пораженном органе или нарушенной функции, игнорируя психологический фактор и отражение в сознании пострадавшего причиненного ему увечья».
P.S. Картина Хуго Симберга «Раненый ангел», 1903
