Вопрос о том, почему же в Красной Армии был столь высокий уровень потерь, даже в столкновениях с казалось бы слабым противником, вроде финской армии, задают постоянно. Цифры, действительно ужасающие встречаются, если смотреть объективную картину.
Как мне кажется, тут особо гадать нечего, причины лежат на поверхности, во всяком случае для тех, кто действительно изучает историю войны по документам, а не советским агиткам.
Давайте эти причины рассмотрим.
Низкий уровень подготовки личного состава
С этим спорить сложно, особенно если читать отчёты военного времени. И если смотреть глобально, то видно, что это не просто где-то кто-то плохо научил, а налицо система.
Во-первых, чтобы учить солдат нужен грамотный комсостав. Если же вспомнить, что в военные училища брали по классовому признаку, а всеобщая ликвидация неграмотности были только в отчётах для широкой публики, то нет ничего удивительно, если курсанты (на 99% из деревни, да и отправляли в училища тех, кого не жалко) даже к окончанию училища оставались неграмотными. А если нет образования вообще, то о военном и говорить не приходится. Опять же, для обучения курсантов не так много было старых кадров.
Что же касается рядового состава, то надо учитывать, что в предвоенные годы призывалось очень мало народу — менее трети от мужчин призывного возраста, поскольку содержать большую по численности армию страна не могла себе позволить.
Однако надо учесть и сам процесс обучения ратному делу на срочной службе. Специфика подготовки РККА была в том, что огромную долю занимали строевая подготовка и политзанятия. Кстати, те из моих читателей, которые служили в советской армии последних лет, подтвердят, что стрельбы отметить могли запросто, а с политподготовкой шутки плохи. Причём тут ещё перекликается с подготовкой самих офицеров. Учить шагистики может человек, читать и писать не умеющий. Политзанятия тоже проводить дело не хитрое — читай себе заготовленный конспект, всё равно никто не слушает.
К сожалению, потраченное время на строевую подготовку и политинформации меньше всего помогают солдату на войне. Строевая подготовка была жизненно необходима раньше, когда от умения перестраиваться, ориентируясь на сигналы барабанов, действительно зависел исход сражения, но в ХХ веке это стало пустой тратой времени.
При формировании ополчения во время войны было решено не тратить время на строевую подготовку, однако есть немало примеров, когда ополченцев гоняли по плацу, вместо того, чтобы хоть чему-то научить не служивших в армии людей. Настолько глубоко эта шагистика въелась у командных кадров.
Ещё одна проблема с том, что в мирное время много времени тратилось на вопросы к военному делу отношения не имеющие. И это не только строительство генеральских дач, что, конечно, имело место всегда и едва ли когда-то может прекратиться. Но воинские части ещё и подшефным колхозам урожай помогали убирать, на стройках работали и использовались по прочим невоенным вопросам.
Зато умудрялись доходить до такого маразма, как социалистическое соревнование по экономии патронов. А как можно сэкономить патроны? Только уменьшив стрелковую подготовку. Я других способов придумать не могу.
Ну а то, что хорошо обученные в мирное время воин всегда будет побеждать тех, на обучении которых сэкономили — аксиома древняя и никто её не отменит никогда.
Плохая подготовка операций
К сожалению, практически во всех операциях Великой Отечественной, да и других войнах, мы можем наблюдать просто чрезмерную спешку. Можно привести немало примеров полного абсурда, когда лично Сталин требовал немедленно начать наступление, хотя ещё не все войска прибыли на исходные позиции.
Отсюда нелепыми выглядят некоторые заявления о том, что в том же 1941 году Красная Армия не могла начать войну, поскольку что-то в ней было не готово. Если исходить из опыта Великой Отечественной, Сталин мог отдать приказ о начале боевых действий в любой момент, когда бы счёл нужным. Тем более, что никто из командования не смел же доложить о неготовности своих войск, возникли бы вполне законные вопросы, чем он занимался тогда все предыдущее время. А по причине неготовности у нас немало комдивов было расстреляно перед строем.
Поэтому, получив приказ наступать, а тем более с самого верху, военачальники всех уровней предпочитали начать неподготовленное наступление, чем докладывать о неготовности. Ну а к чему приводит, когда танковая армия прямо со стокилометрового марша входит в бой, причём часть войск ещё в пути, местность не разведана, о противнике сведения самые приблизительные, взаимодействие с соседями не наложено, думаю, объяснять нет нужды. Однако пожечь танки и положить людей — для комсостава Красной Армии это не так страшно, как разгневать Верховного. Во всяком случае нигде не встречалось информации, чтобы кого-то из военачальников обвинили в больших потерях.
Неспособность вовремя остановиться
А вот об этом причине, насколько знаю, никто не писал. Я же недавно опубликовал отдельную статью в рамках моей серии про битву под Нарвой в 1944 году.
Ещё раз объясню тут, о чём же идёт речь. Очень часто, в ходе наступательных операций наших войск складывалась ситуация, когда немецкая оборона не проломлена или продвижение незначительно. И уже в целом понятно, что поставленные цели достигнуты быть не могут. А в этой ситуации самое разумное, это принять как данность, что поставленные цели осуществить не получится.
Однако, если комбат доложит комполка, что выполнить задачу он не может, то, в лучшем случае, получит приказ собрать всех, кто жив и послать в атаку, включая самого себя и свой штаб. И понять его можно, потому что тоже самое услышит комполка от комдива, а тот от командарма и так далее. Атаку можно прекращать, когда от батальона уже никого не останется и больше взвода не набрать из тыловиков. В такой ситуации уже комдив может докладывать наверх, что батальоны героические полегли в атаке и наступать больше некому. За положенные в атаке батальоны с комдива никто не спросит — на войне как на войне, а вот если он остановит наступление, то вполне может угодить под трибунал. Поскольку это почти равносильно отступлению без приказа, а за такое расстреливали на месте.
Собственно, если мы посмотрим на подавляющее большинство наступательных операций, то они заканчивались по причине полного истощения войск — потери большие, боеприпасы кончились, воевать некому и нечем. И, к сожалению, поставленные в наступлении задачи, обычно были не выполнены полностью.
Пример же более правильной тактики и стратегии, нам увы, показывает Вермахт. В наступлении они сначала тщательно прощупывали оборону противника, и когда находили слабину, то наваливались всей силой (предварительно тщательно подготовившись и рассчитав силы в достаточном количестве). При этом, если становилось понятно, что решение поставленных задач под угрозой срыва, то либо прекращали наступление, либо переносили направление удара. Яркий пример — Курская битва. Когда стало понятно, что на обояньском направлении наступление буксует, то сразу часть сил была брошена в направлении Прохоровки. Я, в данном случае, не идеализирую Вермахт (как точно кто-нибудь захочет написать в комментариях), а просто привожу в пример. Кстати, написанное мною про Вермахт я взял из советских трудов по изучению опыта войны, причём опубликованных в военное ещё время.
***
Мне кажется, что именно эти три фактора послужили причиной больших потерь. Хотя может кто-то предложит и другие, но мой опыт в изучении истории войны других как-то не предлагает. И, что важно, ведь эти проблемы армии никуда не исчезают сами по себе, особенно если не учить историю, а почивать на лаврах.