- В Минске можно купить «Электронику» без записи, - сообщил Борька Соколов и внимательно посмотрел на Фёдора.
- Ну да, - отозвался тот. – Как на Кузнецком мосту.
- Минск – не Москва, желающих меньше. Говорят, кто-то из гафовцев взял.
Фёдор хотел напомнить про дойку кур в столице, но подумал, - А вдруг? Вдруг действительно в Минске можно взять «Электронику-БК-0010» - первый советский персональный компьютер. С ним Фёдор связывал неопределённые, но возвышенные надежды. Тогда он ещё не слышал о связи счастья со всеобщим распространением радио, но настроение было именно такое. Космос, компьютер, коммунизм – обязательные компоненты будущего, а будущее в космическом корабле, управляемом компьютером – это и есть счастье. Впрочем, с космосом и с коммунизмом не все ясно, особенно, с недавних пор с последним, но компьютер - он уже есть, и не просто есть, его можно приобрести в магазине. Пару лет назад Фёдор купил программируемый калькулятор и научился писать для него простые программы, и это сильно облегчило расчёты для курсовых работ, а компьютер сулил необозримые блестящие перспективы.
- Откуда дровишки? – спросил он Соколова.
- Жора Томский сказал, что сам видел.
- Ну, если Жора… - протянул Фёдор. – Ладно, пусть Жора, допустим Минск, но за чей счёт банкет?
- Не боись, Ямин, уплочено, - хохотнул Соколов.
Фёдор вопросительно посмотрел на Бориса, - Все шестьсот? Но откуда?
- Не твоё собачье дело.
Ямин удивился. Борька, конечно, не отличался особенной деликатностью, но даже для него это было слишком.
Впрочем, Соколов почувствовал, что сказал что-то не то и поспешил добавить, - Родители дали на магнитофон.
Фёдор не стал уточнять. Пусть будут родители.
- Короче, Жора предлагает ехать, ты как?
- Не возражаю, можете ехать, - не удержался Фёдор.
- Да ладно тебе, - поморщился Борис. – Поедешь? Жора сказал, что гостиницу закажет.
- Гостиницу? Надо же, никогда ещё не останавливался в гостиницах, ночевал всё больше в поездах, на аэровокзалах, - Фёдор задумался. – Помнишь ленту выдачи багажа в Пулково?
- Хватит, никаких лент, никакого багажа…
- Никакого Пулково, - продолжил Фёдор.
- Ну, если только Пулково, - вздохнул Борис.
Соколов хотел в Ленинград, очень хотел. Хоть тушкой, хоть чучелом. Но на пути в город трёх революции на страже надёжно стояло распределение – из Верхнереченска не распределяли в Ленинград, это была прерогатива рижского института. Поэтому Соколов, несмотря на все свои академические успехи, о Ленинграде мог только мечтать. Чем Бориса не устраивал родной Красноярск, Фёдор не понимал, но с другой стороны – он в Чернореченск тоже не рвётся.
- Когда ехать собираетесь? Если в пятницу – я пас, но четверг готов рассмотреть. В среду поеду обязательно, - объявил Фёдор.
- В среду я и сам бы поехал. Короче, выезжаем вечером в пятницу на поезде. Утром в субботу там. В воскресенье вечером вылетаем обратно. Покупаем в субботу, если будет что покупать, - поделился планом Соколов
- И всё воскресенье напролёт сидим в аэропорту и охраняем новокупленный компьютер.
- Я слышал, Федя, что придумали одну интересную штуку. Называется камера хранения. Отдаёшь свои вещи, и они в этой камере хранятся. Пока, правда, такое только в Москве завели, но ведь Минск тоже столица, глядишь и туда новшество добралось.
- Как, говоришь, называется - камера? Хм… как-то неприятно звучит. Лучше – дом неприкаянных вещей, или хотя бы – приют для чемоданов. Но ты прав, занятная вещица, надо будет полюбопытствовать. А когда ожидается массовый завоз компьютеров в Минск? И почему бы не завести их прямо в эту, как там её? Да, в камеру. А мы уже там. И проблема воскресенья будет решена. Ты меня заинтриговал, еду. Хочу сам это всё увидеть. Летом буду в Чернореченске, пойду в горком комсомола и предложу им открыть первую на Дальнем Востоке молодёжную камеру хранения. Я попаду в телевизор, прославлюсь и Ленка тогда пригласит меня в кино.
- Не пойдешь ты летом ни в какой горком, а будешь на энском аэродроме хвосты самолётам крутить.
- А ведь верно. Получается, что не дождусь я от неё приглашения, придётся действовать самому. А так даже ещё лучше – приду я значит такой после сборов, сам весь из себя офицер, не сможет же она отказать лейтенанту, - Фёдор мечтательно закатил глаза.
- Не обольщайся, лейтенантом ты станешь только после диплома, -усмехнулся Соколов.
- Тем более, не сможет же она отказать лейтенанту-инженеру, или инженеру-лейтенанту. Меньше двух лет осталось. Жду с нетерпением. А за билетами когда пойдём и куда?
- Сегодня после пар можно в нашей кассе в восьмом корпусе купить на самолет, затем смотаться на бульвар в ж/д кассы возле Щорса.
- Так и поступай, мой Луцилий, вот тебе паспорт и деньги. Четвертака хватит? А я после пар не могу.
- Отпрашиваться пойдешь?
- Ну, я пока ещё не лейтенант и даже не инженер, так что пойду за благословением на командировку.
В тот же день билеты были куплены, благословение получено, а гостиница, по уверению Жорика, заказана. А через два дня, в пятницу тройка студентов-гафовцев выдвинулась в Минск.
Фёдор не любил поезда, и лучше бы полетел самолётом, но не он видел купленный компьютер и не ему родители дали шестьсот рублей, пусть и на магнитофон. К тому же он признавал удобство ночной поездки в недалёких путешествиях, правда Жора обещал гостиницу…
С гостиницей, однако, получилось непонятно – Бориса с Жорой заселили сразу, а третье место в номере забронировано было за неким Ямсковым из Верхнереченска, и селить Фёдора отказались. Сказали, впрочем, что, если до шести тот не появится, тогда – пожалуйста. Фёдор уже начал прикидывать варианты ночлега, но Ямсков так и не появился, варианты не пригодились, и кровать осталась за Яминым. Скорее всего, Жорик при бронировании просто перепутал фамилию Фёдора, что неудивительно – учились они в недавно сформированной группе вместе лишь пару месяцев. Правда в этом Жорик так и не сознался, а Фёдор и не настаивал.
Из всей поездки он позже вспоминал только причудливое название железной дороги на белорусском, и удивившее его, мясное изобилие в минских столовых. Компьютер они не купили. Ленка за время его отсутствия познакомилась с перспективным палестинцем с пятого курса. В Минске он больше никогда не был.