Сестры переглянулись.
— Оля, не паникуй, — произнесла Анна. — Я тебе чуть позже перезвоню, — средняя сестра сбросила вызов
— Что на этот раз с нашей маменькой случилось? — спросила Изольда.
— Она попала в больницу, — ответила Анна. Она набрала номер свекрови. — Алло? Олеся Всеволодовна? Извините, что отвлекаю. Но у нас тут опять небольшое происшествие.
— Что случилось? — женщина напряглась.
— Мама попала в больницу, — пояснила Анна причину своего звонка. — Я понимаю, что перегибаю палку. Но вы не могли бы узнать, что произошло?
— Анюта, я все понимаю, — произнесла Олеся Всеволодовна. — И мне не сложно. Сейчас я тебе перезвоню.
— Спасибо, — Анна вздохнула. Отложив телефон в сторону, она посмотрела на сестру: — Если и сейчас мама устроила театр одного актера, то я просто умываю руки. Хватит издеваться над нами.
— Ты же понимаешь, для чего она это делает, — сказала Изольда. Она была полностью согласна с сестрой.
— Слушай, но квартира не стоит того, чтобы придумывать себе несуществующие болезни, — Анна старалась сдерживать эмоции. Она посмотрела на Людмилу, которая находилась в игровой комнате. — Неужели мама не осознает, что вся эта возня с продажей долей была начата не просто так? Что это касается ее внучки. Ведь если бы не Олеся Всеволодовна, которая переписывает на нас свою квартиру, то уже давно начался бы этот обмен.
— Мама всю жизнь любила только себя, — пояснила старшая сестра. — Да и младшую Олю, потому что она вся в нее. Мы с тобой характером в отца, такие же упрямые и гордые. Делаем свою жизнь сами, не подстраиваясь ни под кого. А Оля...
— Что Оля? — Анна нахмурилась. Она удивленно посмотрела на сестру.
— Оля живет с нелюбимым только ради его статуса и денег, при этом изменяет ему, потому что душа требует настоящих чувств, — сказала Изольда. — Для нашей мамы это норма. Ведь она и тебе говорила, чтобы ты терпела измены Артема, лишь бы не быть в статусе «разведенки с прицепом».
Анна промолчала. Вся эта ситуация была настолько неприятной, что хотелось поскорее оказаться дома в душе и смыть с себя всю эту грязь. Сестры молчали. Каждая думала о своем. От размышлений женщин отвлек телефонный звонок.
— Да, Олеся Всеволодовна, — Анна ответила на звонок.
— Я к тебе с хорошими новостями, — произнесла женщина. — У Ирины Ивановны все в порядке со здоровьем. Давление чуть поднялось, его можно было нормализовать и в домашних условиях, но твоя мама настояла на госпитализации.
— Понятно, — Анна вздохнула. — Спасибо большое за информацию.
— Не за что, — ответила Олеся Всеволодовна.
— Увидимся вечером, — молодая женщина сбросила вызов и посмотрела на сестру.
— Ничего не говори, — вздохнула Изольда. — Ничего не меняется.
— Что будем делать? — спросила Анна.
— Не знаю, — покачала головой старшая сестра. — Я понимаю только одно: что наша мама и дальше будет закатывать такие спектакли, если мы от нее не отстанем.
— Поедем к ней в больницу? — средняя сестра не сводила глаз с Людмилы.
— А зачем? — пожала плечами Изольда. — Чтобы в очередной раз услышать, какие мы отвратительные?
— Вот и я про тоже, — Анна вздохнула.
— Ладно, сестренка, я поехала домой, — произнесла старшая сестра. — Володя обещал заехать.
— Мы тоже с Люсей сейчас поедем домой, — сказала Анна. — К нам Олеся Всеволодовна хотела прийти.
— Привет передавай, — Изольда улыбнулась. — Выше нос, сестренка. Когда-нибудь и на нашей улице будет праздник.
— Надеюсь, — Анна вздохнула. — Я люблю тебя.
— И я тебя, — старшая сестра помахала рукой племяннице. — Пока, любимка моя.
— Пока, тетя Изольда, — ответила Людмила и улыбнулась тете.
Через час мать и дочь зашли в квартиру.
— Мама, а можно я мультики посмотрю? — спросила девочка.
— А домашнее задание кто будет делать? — Анна не сводила глаз с дочери.
— Я на перемене все сделала, — сказала Людмила. — Там все легкое было.
— Хорошо, — кивнула головой женщина. — Только недолго. Тем более, что скоро бабушка приедет.
— Ура! — девочка обрадовалась. Людмила любила бабушку Олесю, и всегда радовалась общению с ней.
К приходу свекрови Анна испекла ее любимый пирог с картофелем и курицей.
— Господи, Анюта, как у тебя так вкусно получается? — откусывая кусок, произнесла Олеся Всеволодовна. — Если честно, то я никогда не ела такой сочный пирог.
— Спасибо, — Анна улыбнулась.
— Как у вас дела? — спросила женщина.
Анна рассказала и про Карину, и про ее подставы в школе, и про проделки матери.
— Да уж, — Олеся Всеволодовна покачала головой. — Событий у тебя, конечно, много. Скажи, чем я могу тебе помочь?
— Олеся Всеволодовна, спасибо вам большое, — Анна улыбнулась. — Вы и так мне очень сильно помогаете. Если честно, то очень жалею, что мы с вами так поздно нашли общий язык.
— Благодаря моему сыну у меня не было никакого желания с тобой общаться, — сказала Олеся Всеволодовна. — Ведь это именно он говорил про тебя гадости, мол, ты не хочешь со мной общаться. Что все мои слова воспринимаешь в штыки.
— Мне он говорил тоже самое, — ответила Анна.
— Если честно, то я не понимаю, зачем он это делал, — женщина улыбнулась. — Но хорошо, что мы все выяснило.
— Согласна, — кивнула головой молодая женщина.
Анна смотрела на свою в будущем бывшую свекровь и не понимала, как у такого замечательного человека может быть такой сын? И ведь Анна с ним жила столько лет и терпела Артема. Что ж, сама виновата.
Следующим утром Анна первым делом зашла к директору школы.
— Евгений Михайлович, доброе утро, — произнесла Анна. — Я знаю почему родители Сережи Морозова объявили мне войну.
— Почему? — мужчина пристально посмотрел на собеседницу.
— Так получилось, что подруга семьи — это любовница моего мужа, — пояснила молодая женщина. — И она подбила их оклеветать меня.
— А вы откуда знаете? — спросил директор.
— Сережа сам признался, — ответила Анна. — Только он просил ничего не говорить родителям, иначе его папа опять применит к нему физическую силу.
— Понятно, — Евгений Михайлович задумался. — И что будем делать? Вы же понимаете, что такая ситуация ненормальная. В первую очередь, нам обезопасить ребенка. Чтобы эта ситуация с физическими наказаниями раз и навсегда забылась в этой семье. А уже потом поговорить с нерадивыми родителями, что клевета — это не есть хорошо. Все-таки, уголовную статью по этому поводу никто не отменял.
— Все сделает за нас моя сестра Изольда, — сказала Анна. — Она у меня юрист. Нужно только договориться с родителями Сережи, чтобы они пришли в школу.
— Очень хорошо, — Евгений Михайлович взял телефон и набрал номер телефона Елены Владимировны.
Ровно в назначенное время в кабинет директора зашли родители Сережи Морозова, где уже находились Анна и Изольда.
— Здравствуйте, — произнес Андрей Сергеевич. — А вы кто?
— Я — Изольда Сергеевна, — ответила женщина. — Адвокат Анны Сергеевны.
— Адвокат? — супруги переглянулись.
— Да, Анна Сергеевна решила защитить свою репутацию, — сказала Изольда. — В связи с тем, что вы ее оклеветали.
— Как это? — было видно, что мужчина напрягся.
— Вы распространяете заведомо ложные сведения, порочащие честь и достоинство Анны Сергеевны и подрывающие ее репутацию, — произнесла Изольда. — В связи с этим мы намерены подать заявление в суд, чтобы доказать ее порядочность.
— А что мы-то? — пробормотал Андрей Сергеевич. — Если она плохо учит нашего сына. Она к нему предвзято относится.
— А вот в этом уже разберется суд, — сказала женщина. — Только хочу сразу предупредить, что приговор по клевете очень суровый. По крайней мере, я буду добиваться максимального наказания. А это не только материальный штраф, это еще и реальное лишение свободы.
Анна посмотрела на сестру. Ведь по этой статье ничего серьезного не предусматривается, по крайней мере никакого лишения свободы. Изольда была непроницаема, хотя прекрасно заметила взгляд сестры.
— Какое лишение свободы? — возмутился Андрей Сергеевич, посмотрев на свою жену жену. — Вы же мне сказали, что это нужно всего лишь для того, чтобы утихомирить училку, и она согласилась на развод с Артемом на его условиях.
— А с кем была договоренность? — уточнила Изольда.
— С ее подругой, — кивком головы Андрей указал на жену. — С Кариной.
— Да тихо ты, — шикнула на мужа Елена Владимировна.
— Успокоилась, — огрызнулся мужчина.
— А о чем еще была договоренность? — спросила старшая сестра.
— Что еще муж сестры Каринки добьет ее в школе, — сказал мужчина.