«Игра престолов» стала поистине масштабным телесериалом, повествование которого охватывало множество персонажей сразу на двух континентах.
Самые яркие герои шоу переворачивали с ног на голову привычные фэнтезийные клише: достаточно вспомнить Джоффри Баратеона — молодого и красивого короля, скрывающего за безупречной внешностью жестокость и садизм, или Неда Старка — благородного и принципиального человека, который в итоге оказался совершенно не готов к безжалостной политической игре в Королевской Гавани.
Это мир, где традиционные архетипы поставлены с ног на голову. Здесь добродетель не является залогом выживания, а внешность обманчива и редко совпадает с истинной сущностью.
Впрочем, главная сила сериала обернулась и его слабостью: в последних сезонах «Игры престолов» повествование стало слишком перегруженным, и экранного времени попросту не хватило, чтобы полноценно раскрыть сюжетные арки всех персонажей.
Спустя годы после выхода пилотной серии «Игры престолов» стоит ещё раз оглянуться на то, как и где завершились пути героев Вестероса. Многие получили ровно ту судьбу, которой заслуживали: взять хотя бы Джоффри и Рамси, по которым мало кто станет горевать, или Лианну Мормонт, героически павшую в бою — именно так, как подобало той, кем все её знали.
Впрочем, ещё большее число героев столкнулись с неоднозначными или попросту несправедливо тяжёлыми финалами. Многим из них в финале «Игры престолов» достались гораздо менее подходящие завершения, чем они того заслуживали...
Бриенна Тарт
Финал Бриенны Тарт на первый взгляд выглядит идеальным воплощением всего, о чём она когда-либо мечтала.
Она добивается рыцарского титула, нарушая вековые традиции, и в итоге занимает должность первой Леди-командующей Королевской гвардии при Бране Сломленном. Это историческое достижение, которого она вполне заслужила своим мастерством и безупречной честью.
И всё же в этом финале остаётся лёгкое чувство неудовлетворённости. У Бриенны нет глубокой личной связи с Браном, поэтому её новая должность воспринимается скорее как символический жест, чем как логичный итог её пути.
Отношения с Джейме также обрываются слишком резко, и зрителям так и не дают чёткого понимания, почему он внезапно возвращается к Серсее и какие именно внутренние изменения произошли с ним за кадром.
Тем не менее, Бриенна всё же отдаёт должное Джейме, вписав его имя в Белую книгу как героя. Многие зрители, вероятно, сочли бы куда более органичным и счастливым финалом её воссоединение с Тормундом Великаньей Смертью.
Томмен Баратеон
Томмен Баратеон был попросту слишком мягким и доверчивым юношей, чтобы выжить в мясорубке борьбы за Железный трон.
С первых дней своего правления он оказался в окружении людей с абсолютно противоположными целями, которые лепили из него короля по своему подобию: политическая безжалостность деда Тайвина, собственнический контроль матери Серсеи и даже расчётливое влияние Маргери Тирелл.
Никто по-настоящему не защищал Томмена-ребёнка, все заботились лишь о Томмене-короле. Он стал пешкой в политических играх, правил которых толком не понимал. Даже его любимый кот встретил трагический конец — маленький, но красноречивый символ того, насколько беззащитным оставался мальчик.
Его душераздирающая гибель подчёркивает не только личную хрупкость Томмена, но и то, как безрассудные решения Серсеи постепенно разрушают всё, что ей дорого, включая собственных детей.
Визерион и Рейгаль
Тяжело видеть, когда мать выделяет любимчика, и три дракона Дейенерис с самого начала не были для неё равны. Эта иерархия заложена даже в их именах: Дрогон назван в честь Кхала Дрого, любимого мужа Дейенерис; Визерион — в честь брата Визериса, которого она одновременно боялась и презирала; а Рейгаль — в честь Рейегара, человека, которого она так и не узнала при жизни.
Дрогон становится её верным спутником и фаворитом, а когда он начинает проявлять непокорный нрав и улетает, Визериона и Рейгаля запирают в подземелье. Пребывание в цепях и кромешной темноте не просто «воспитывало» их — оно буквально затормозило их развитие.
Когда они наконец пригодились в бою, оба оказались крайне уязвимы. Визериона убивает и оживляет Ночной Король, а Рейгаля сбивают болты из скорпионов Эурона Грейджоя — и это выглядит почти как жестокая расплата за материнское равнодушие.
Дейенерис помогла вернуть магию в Вестерос, но так и не смогла уберечь своих собственных детей.
Тирион Ланнистер
Упадок Тириона Ланнистера происходил постепенно, а не случился в один момент. В начале сериала он предстаёт одним из самых блестящих умов Вестероса, но после переправы в Эссос, когда сюжетная линия вышла за пределы написанных книг, его стратегическая хватка начала неуклонно слабеть.
Он начинает принимать всё более сомнительные решения: от стратегической ошибки при штурме Кастерли-Рока до наивной веры в готовность Серсеи к переговорам. Эти просчёты оставляют Дейенерис в крайне уязвимом политическом положении, но авторы так и не дают внятного объяснения, почему чутьё Тириона подвело его столь резко.
В финале «Игры престолов» Тирион всё же становится Десницей короля — роль, которая вполне подходит человеку, которого годами презирала собственная семья. Его заключительная речь о Бране запоминается, но сам персонаж превращается скорее в сюжетный инструмент, чем в глубоко прописанную личность.
Впрочем, благодаря мастерской игре Питера Динклэйджа Тирион остаётся одним из самых притягательных героев сериала даже в те моменты, когда сценарий даёт явную осечку.
Рикон Старк
Рикон Старк — пожалуй, самый яркий пример персонажа, которому практически не дали возможности полноценно существовать в кадре. Мы знакомимся с ним ещё ребёнком, после чего он исчезает на несколько сезонов. Его возвращают лишь в «Битве бастардов» — и сразу же убивают.
Фактически, его принесли в жертву ради сюжета, чтобы дать Джону Сноу эмоциональный мотив для действий и ещё раз подчеркнуть садистскую жестокость Рамси Болтона.
Учитывая, через какие испытания уже прошла семья Старков, гибель Рикона выглядит излишне циничной. Эта сцена также стала одной из многих жертв сценарной спешки последних сезонов, особенно если учесть, что в книгах его сюжетная линия развивается совершенно иначе.
Ходор
История Ходора, раскрытая в пятом эпизоде шестого сезона «Игры престолов» под названием «Дверь», стала одним из первых по-настоящему шокирующих поворотов как для телезрителей, так и для читателей книг.
Джордж Р. Р. Мартин ещё в «Песни льда и пламени» заложил основную идею: имя Ходора происходит от искажённого «hold the door» («держи дверь»), связывающего прошлое и настоящее через трагическое психологическое потрясение.
Сериал преподнёс это откровение в эпизоде «Дверь» с пугающей ясностью и эмоциональной силой. Однако повествование с использованием временных петель нередко вызывает раздражение при взгляде назад, поскольку подаёт события как неизбежный рок, а не как результат свободного выбора.
Такое ощущение предопределённости рискует упростить судьбу Ходора, превратив доброго и преданного персонажа в фигуру, вся жизнь и личность которой ретроспективно сводятся к одному трагическому мгновению.
Король Ночи
Падение Короля Ночи было предрешено с самого начала — жизнь должна победить смерть, однако его гибель после многолетней нагнетания напряжения всё же оставила странное чувство опустошения. Ещё с первой серии Белые ходоки подавались как абсолютная, экзистенциальная угроза, воплощение самой зимы и конца всего живого.
Вокруг Короля Ночи и Белых ходоков по-прежнему остаётся множество нераскрытых вопросов: от природы слабости к обсидиану и валирийской стали до истинного смысла предполагаемой мистической связи между предводителем упырей и Джоном Сноу.
Сериал неоднократно подводил зрителей к мысли, что Джон — природный антипод Короля Ночи, лишь чтобы в итоге полностью избежать их прямого столкновения.
Арья ставит точку в этой истории внезапно, словно ловкость рук фокусника, что резко сбивает градус ожиданий, копившийся на протяжении нескольких сезонов. Безусловно, это классический приём, но эмоциональная отдача от этой сцены так и не соответствовала масштабу предварительной подготовки.
Призрак
Расширение роли драконов в телесериале произошло за счёт лютоволков, которые в книгах играют куда более заметную и символическую роль. В «Песни льда и пламени» дети Старков поддерживают глубокую, устойчивую телепатическую связь со своими волками, благодаря чему животные активно влияют на сюжет.
Сериал же неуклонно отодвигал их на второй план, во многом из-за бюджетных и логистических ограничений. Больше всего от этого пострадал Призрак, несмотря на то, что в первых сезонах он был верным и постоянным спутником Джона Сноу.
К финалу истории он появляется в кадре считанные секунды, а кульминацией его сюжетной линии становится момент, когда Джон просто отправляет его прочь, так и не попрощавшись как следует.
Эта сцена до сих пор остаётся одним из самых болезненных решений финала, наглядно демонстрируя, насколько неважными стали лютоволки к концу сериала.
Санса Старк
Финал Сансы Старк в качестве Королевы Севера бесспорно удачен по замыслу, но путь к этому положению оказался куда более жестоким и мучительным, чем того требовала драма. Её сюжетная арка во многом построена на устаревшем клише, согласно которому женщина обретает мудрость лишь через запредельные страдания.
К тому же, печально известная линия с Рамси Болтоном в книгах изначально принадлежит совершенно другому персонажу.
И всё же путь Сансы — это мощная деконструкция романтического фэнтези: юная девушка, грезившая о прекрасном принце, постепенно осознаёт, как быстро сказка может превратиться в кошмар. В финале она получает корону, о которой когда-то могла лишь мечтать, но эта победа достаётся ощутимой ценой.
Она остаётся в полном одиночестве, без близких родственников, правя независимым Винтерфелом в гордом, но холодном уединении. А если фантазировать о более лёгком, альтернативном сценарии, то совершенно естественно представить для Сансы счастливый финал рядом с Подриком Пейном.
Мира и Жойен Рид
Жойен Рид обладал непоколебимой верой и духом исследователя, а Мира стала одним из самых выносливых и преданных спутников за всё время путешествия на север. Вместе они провели Брана через один из самых мистических и напряжённых этапов его пути, помогая ему достичь Трёхглазого ворона.
Смерть Жойена в четвёртом сезоне, в эпизоде «Дети», показана особенно жестоко: его убивают не только упыри, но и собственное физическое и эмоциональное истощение. Мира вынуждена взять на себя тяжелейшую ношу — прекратить его страдания, перерезав брату горло, а затем сжечь тело, чтобы оно не стало частью армии мертвецов.
Эта сцена многократно усиливает трагизм их положения.
Позже, в седьмом сезоне, она на своих плечах выносит Брана обратно к Винтерфеллу, лишь чтобы столкнуться с версией друга, который, кажется, утратил способность осознать всю глубину жертв, принесённых ею и Жойеном.
И что особенно досадно, после этого Мира просто исчезает из повествования, так и не вернувшись даже для участия в Битве за Винтерфелл.
Если вам было интересно, подпишитесь, пожалуйста, на мой Telegram-канал. Там я рекомендую отличную фантастику: книги, сериалы и фильмы. Вам больше не придется искать самим, что почитать и посмотреть, я это делаю за вас :)