Четверг. Тёплый майский вечер. Во Владивостоке было +18, солнце светило так, будто ничего не случится. Люди возвращались с работы, открывали шашлычный сезон, гуляли с детьми.
В 18:35 земля ушла из-под ног.
Сначала — глухой удар, от которого заложило уши. Потом — волна, прошедшая сквозь стены, стекла, тела. А затем небо над городом окрасилось в багровый цвет.
На Второй Речке, в районе Снеговой Пади, начался пожар на главных артиллерийских складах Тихоокеанского флота.
И это был не просто пожар.
«Мы все думали — война»
Те, кто пережил тот вечер, до сих пор не могут говорить о нём спокойно. Игорь Гужев, который в те годы работал неподалёку, на улице Русской, вспоминает:
«Мы все думали, есть ли там химическое оружие? А есть ли ядерное? Что именно там хранилось, никто не знал. Телефоны не работали, узнать, что случилось, не было никакой возможности. Взрывы то утихали, то усиливались, издалека через пару часов это было похоже на извергающийся вулкан».
В эпицентре хранились 240 вагонов боеприпасов.
Мины, гранаты, артиллерийские снаряды, торпеды, глубинные бомбы.
Что именно рвануло первым — неизвестно до сих пор. Но через час после начала пожара из арсенала во все стороны уже летели снаряды.
Взрыв, который переписал карту города
Снаряды разлетались на расстояние до 10 километров.
Они падали на жилые дома, улицы Сабанеева, Карбышева, Кутузова, Лесную. Осколки долетали до бухты Улисс.
Очевидцы рассказывают: некоторые боеприпасы взрывались прямо в воздухе, разбрасывая огненные шары.
Другие врезались в стены, пробивали крыши, падали во дворах и на детских площадках.
Это был не просто пожар — это был хаос, который невозможно было контролировать.
Власти приняли единственно возможное решение — эвакуацию.
Из зоны поражения вывезли порядка 100 тысяч человек. По другим данным — до 130 тысяч. Целые районы опустели.
Массовый исход начался не сразу.
Многие не понимали реальной угрозы. Стояли у подъездов, смотрели на зарево и спорили: «Да это просто учения».
Но когда первый снаряд прилетел прямо во двор одного из домов, ушли все.
Танки, мародёры и лунный пейзаж
Одними из первых на территорию арсенала зашли танки морской пехоты.
Им предстояло провести инженерную разведку: понять, что взорвалось, куда двигаться, что тушить в первую очередь.
Сергей Кондратенко, отвечавший за безопасность при подрывных работах в рамках ликвидации последствий, рассказывал спустя 20 лет:
«Рядом с пожаром находились снаряды от "Града", и, если бы они загорелись, то полетели бы прямо в сторону города. Артобстрел, инициированный людьми, более логичен, а поэтому менее страшен. Здесь же было непонятно, куда полетят хоть и без взрывателей, но начинённые смертоносной взрывчаткой снаряды, и сколько будут продолжаться взрывы».
Пожар тушили почти вручную. Танкисты сбивали пламя с травы собственными комбинезонами. Рядом с эпицентром — снаряды от «Града». Если бы они загорелись — полетели бы прямо в сторону города.
Одна из жительниц Снеговой Пади, которая тогда была ребёнком, вспоминает:
«Мы гуляли в соседнем районе, услышали звуки, увидели дым, побежали на крышу. Сидели долго, смотрели, как танки работают и пожарные. Мы были не очень близко к эпицентру, в двух километрах, может. Но видели летящие снаряды и слышали будто в хорошем кинотеатре. А жила я прямо в Снеговой Пади. После эвакуации нашу квартиру ограбили — вынесли телевизор и стиральную машинку. Мама побежала меня искать и даже не подумала дверь закрыть».
Взрывы продолжались больше суток. Лишь к середине дня 16 мая стало потише. Очевидцы говорили: внешне часть Снеговой Пади напоминала Луну. Везде — кратеры, обожжённые деревья, дымящаяся земля.
Главная тайна: сколько на самом деле погибло?
Официальная статистика гласит: несколько десятков раненых, небольшое число погибших.
Но точных цифр нет до сих пор.
Сергей Кондратенко, отвечавший за безопасность при подрывных работах, признавался спустя 20 лет: количество взлетевших на воздух боеприпасов до сих пор остаётся секретным.
В открытых источниках сообщается о том, что пострадавшие были.
И что — самое страшное — снаряды находили не только тогда. Их находят до сих пор.
Снеговая Падь сегодня
Сейчас на месте арсенала — современный жилой микрорайон Снеговая Падь.
Новостройки, парк, детские площадки.
Красиво, уютно, современно.
Но мало кто из живущих там знает, что под этими домами — бетонные бункеры, где когда-то хранилась смерть. Что земля, на которой они гуляют, помнит огонь и грохот.
И что до сих пор, во время строительных работ, экскаваторы вынимают из грунта «сюрпризы» 1992 года.
- В 2011 году от разрыва такого снаряда погибли четверо строителей. Самому молодому из них было всего 18 лет.
- В 2014 году на стройке нашли более 50 снарядов.
- Только в 2023 году на территории Снеговой Пади четыре раза находили боевые снаряды или их остатки.
Это наследство, которое мы не сможем похоронить полностью. И которое напоминает о себе каждый раз, когда город пытается сделать шаг вперёд.
Цепная реакция: взрывы по всему краю
Взрыв на Второй Речке стал не единственным. После него по Приморью цепочкой прошлись подобные случаи.
- В мае 1994 года на воздух взлетел арсенал авиации Тихоокеанского флота у посёлка Новонежино. Было разрушено около семи домов.
- В апреле 1998 года в Пограничном районе, близ посёлка Бараново-Оренбургское, загорелись военные склады. Огонь охватил артиллерийский склад, где начали рваться снаряды, ангары с боевой техникой, запас горюче-смазочных материалов.
Наш край — всероссийский рекордсмен по взрывам арсеналов. Расплачиваться за это мы будем ещё долго.
Я помню этот день. А вы?
14 мая 1992 года.
Я помню, как дрожали стёкла.
Как взрослые хватали детей и бежали неизвестно куда. Как в небе было что-то страшное и необъяснимое.
Я не знала тогда, что это взрывается арсенал. Просто боялась.
А теперь я знаю.
И хочу, чтобы вы тоже знали.
Не для того, чтобы бояться снова.
А для того, чтобы помнить: наш город пережил это. Мы пережили это. И до сих пор живём на этой земле, которая помнит огонь.
Вопрос для вас
Вы помните 14 мая 1992 года?
Где вы были, когда это случилось? Что чувствовали? Может, у вас есть истории, которые передавали родители, бабушки, дедушки?
Или вы сами были в той самой эвакуации?
Делитесь в комментариях. Это наша общая память. И пока мы помним — город жив. Даже когда земля уходит из-под ног.
Если вам интересны такие «живые» страницы истории нашего города — подписывайтесь.
Я готовлю серию материалов «Владивосток в 90-х: как мы выживали». Это будут очень личные и честные истории. Не потеряйтесь