В мае 1976 года в ежемесячнике Beat Instrumental опубликовано 2-страничное интервью с Биллом Бруфордом о Genesis, King Crimson, Yes, National Health.
-----------------------------
Билл Бруфорд. Исход в Genesis
По тем или иным причинам барабанщиков всегда считали не самыми сообразительными членами рок‑братства. Тусклый, слегка остекленевший взгляд и отвисшая челюсть традиционно считаются признаками, отличающими барабанщика от остальных участников группы. Возможно, именно в этом Билл Бруфорд отличается от большинства. У него не только вполне здоровый внешний вид - ясный взгляд, да и челюсть на месте, - но и словарный запас, и манеры скорее навели бы на мысль, что его профессия - адвокат, а не рок‑барабанщик!
Возможно, это звучит шутливо, но вовсе не должно так восприниматься. Билл — приятный парень, у которого есть что сказать о состоянии рок‑музыки в целом и ударных в частности: его идеи интересны, а мнения - свежи.
Он был свободным барабанщиком после распада King Crimson и, сыграв с рядом выдающихся музыкантов страны, недавно попал в заголовки новостей: ему предложили, вероятно, одно из самых желанных мест за ударной установкой в Британии - место в группе Genesis. Как же Билл оказался на этой вожделенной позиции?
«Я знал Фила Коллинза очень давно. Фактически я недолго играл с Brand X - джем‑группой Фила, - и когда Фил сказал мне, что Genesis нужен ещё один барабанщик, я ответил: „Ну так почему бы тебе не позвать меня, чудак?“ Так он и сделал, вот я здесь!»
Билл подчеркнул, что на данный момент работа в Genesis-— это лишь краткосрочное соглашение: «Я участвую в двух турах: американском и европейском. По сути, мы распределили роли так: в некоторых композициях мы оба будем играть на барабанах, в некоторых - я буду играть один, в других — я добавлю перкуссию к игре Фила и так далее. Думаю, мы испробуем все возможные варианты».
Личность
Для многих поклонников Genesis появление Билла за ударными может оказаться немного обескураживающим, но он подчеркнул: хотя он и привносит в музыку свою индивидуальность, она не будет сильно отличаться от того, что мы уже слышали на альбоме. «Я не стану сильно менять звучание. Думаю, мы будем исполнять композиции примерно так же, как они записаны. Никаких радикальных отступлений от альбома не будет».
До предложения от Genesis Билл не занимал постоянной позиции с момента распада Crimson. Было ли это потому, что он не хотел себя связывать обязательствами, или просто не нашёл для себя идеальной группы?
«И то и другое. Когда Crimson распались, я потерял ориентир и не знал, что делать дальше. И вместо того чтобы сразу броситься в следующее попавшееся дело - что бывает очень соблазнительно, потому что, когда люди перестают звонить, чтобы договориться о следующей репетиции, начинаешь думать, будто мир о тебе забыл, - я решил подождать достойного предложения. Погружаться после Yes и Crimson во что‑то менее интересное мне совсем не хотелось».
Талант
«Единственное, что я, возможно, сделал бы на долгосрочной основе, - это поиграть с National Health. В этой группе столько таланта, что хватило бы примерно на десять средних рок‑групп. Они даже предлагали мне присоединиться на постоянной основе, но я вежливо отказался: в коллективе уже столько композиторов и идей, что если бы я вмешался со своими теориями о том, как нужно использовать ударные, это вызвало бы полный хаос.
Что было интересно в этой группе, так это то, что около 70 % музыки было фактически записано нотами - это была отличная практика для меня. Мне нравится так работать: это идея композитора, и ты играешь её как есть. Здесь есть ощущение сотрудничества, поскольку ты стараешься помочь композитору добиться того, чего он хочет».
Кажется, большую часть своей карьеры Билл провёл в группах, исполнявших частично строго структурированную, частично импровизированную музыку.
«Да, верно. Многое в King Crimson было полностью импровизированным, и мы даже записывали импровизации вживую. Трек "Starless and Bible Black" (именно трек, а не альбом) — это живая запись, из которой убрали аплодисменты».
С другой стороны, музыка Yes была в значительной степени аранжированной. Считает ли Билл, что его подход к игре на барабанах существенно изменился технически после работы с Yes?
«Не особо. Он не стал более техничным - скорее обуздывал любые хорошие идеи, которые у меня могли возникнуть. Меня совершенно не беспокоит, когда передо мной полностью расписанная партия ударных или когда я предоставлен самому себе. Думаю, чтобы быть полноценным барабанщиком, нужно уметь и то и другое.
Суть игры в строго аранжированной музыке в том, что ты никогда по‑настоящему не узнаешь, на что способен, потому что тебе не приходится действовать спонтанно: всё обсуждается и планируется заранее. Когда в составе Crimson был Джейми Мьюир (авангардный перкуссионист), 45 минут выступления были полностью не обсуждёнными и не отрепетированными. Когда тебе нужно заполнить такое количество времени полностью на ходу, ты быстро узнаёшь, на что действительно способен!»
Говоря о Джейми Мьюире, Билл считает его одним из лучших учителей игры на барабанах, которых он когда‑либо встречал: «Он потрясающий парень, очень сильная личность. Он открыл мне совершенно новое представление о том, что можно делать со звуками перкуссии.
Думаю, нужно понимать, что барабанщики слишком долго делали очевидные вещи. В основном они придерживались ритмических идей, и теперь, когда эти ритмические идеи уже освоены, пора развиваться дальше».
Важность изменений
«Я также считаю важным продолжать двигаться, менять среду, стиль и диапазон. Музыканты часто загоняют себя в тупики. Например, Билли Кобэм сейчас в тупике. Он создал свой собственный набор штампов - и они великолепны, заметьте, - но когда ты их уже использовал, что дальше? Куда двигаться с ними? Фил Коллинз может воспроизвести их стоя на голове, но это никуда не ведёт.
Чтобы избежать этого, нужно видеть себя в разных контекстах. Я вижу себя барабанщиком в Yes, импровизатором в King Crimson, читающим с листа для National Health, и даже играющим на барабанах для Роя Харпера, который, по сути, фолк‑певец. Всё это важно, потому что даёт мне представление о том, на что я способен. Это своего рода инвестиция в будущее, если угодно».
Стремление Билла избегать проторённых путей в плане стиля отражает его отношение к ударной установке.
«Сейчас в моде звуки том‑томов, так что я стараюсь держаться от этого подальше! Если все так делают, мне лучше сделать что‑то другое. Не хочется, чтобы 99 % населения были врачами — тогда никто не будет строить дома! Нужно найти нишу и занять её.
Сейчас я использую одиночную установку Ludwig с тремя том‑томами Hayman. У меня также есть боковая стойка с правой стороны - её преимущество в том, что она даёт целый слой звука, который я могу использовать вместо традиционного райд‑цимбала: деревянные блоки и т. д. Это в основном для добавления цвета. Меня поражает, что никто не додумался до этого раньше».
О звукозаписи и студии
«Нет, у меня нет какой‑то особой системы расстановки микрофонов. Единственное, что для меня специфично, - это то, как я бью по барабану. Нет особого смысла идти и покупать новую установку, потому что в итоге она будет звучать как я. Я этому очень рад, учитывая, что потратил около семи лет, чтобы добиться этого. Меня не интересуют другие установки — я предпочитаю менять переменные внутри себя».
Испытывает ли Билл трудности в студии, добиваясь нужного звука?
«Нет, не особо. Думаю, моя главная проблема в студии - элементарная трусость, которая есть у большинства людей, когда идёт запись: мне трудно дать волю своему воображению в такой ситуации.
Однажды у меня были большие трудности с получением достойного звука на одном из альбомов Crimson, и нам пришлось всё выбросить и начать заново - это меня расстроило и смутило. Трудность записи ударных в том, что вы пытаетесь уловить акустический звук. Электрический звук можно практически напрямую подать в пульт - звук не покидает кабель. Но с акустическими инструментами звук должен быть направлен в микрофон, и многое может произойти на пути от источника к приёмнику. Но это проблема, которую мне нравится решать!»
Билл явно предпочитает играть вживую:
«Думаю, музыка может быть по‑настоящему живой только в живом выступлении. Раньше я очень расстраивался, если думал, что публика хлопает недостаточно громко… К счастью, теперь, отчасти благодаря моему свободному образу жизни, это беспокоит меня гораздо меньше. Я в первую очередь музыкант и уважаю их мнения».
Большинство музыкантов, которых Билл упомянул в интервью, были британцами. Считает ли он, что в целом предпочитает британскую музыку?
«Думаю, в оси Gong/Virgin есть отличные музыканты, но, если быть честным, я не уверен, что у нас в стране есть сильные ритм‑секции. Я около девяти месяцев пытался собрать группу с парой американцев, один из которых - потрясающий басист по имени Джефф Берлин. В Британии нет никого, кто мог бы с ним сравниться. Думаю, в будущем вы услышите о нём гораздо больше. К сожалению, по причинам, не зависящим от нас, этого не произошло. В конце концов, между странами три тысячи миль, и кто‑то должен принять решение уехать на постоянной основе».
В конце я задал Биллу сложный вопрос: если Genesis предложат ему присоединиться к группе на постоянной основе, какова будет его реакция?
«Вы правы, это сложный вопрос. Спросите меня через три месяца!»