– Да что за ерунда… Заело, что ли?
За дверью послышалось натужное пыхтение, затем металлическое лязганье и приглушенное раздраженное бормотание. Кто-то с упорством, достойным лучшего применения, пытался провернуть ключ в замочной скважине.
Ольга замерла посреди коридора с лейкой для цветов в руках. Капли отстоявшейся воды глухо падали на линолеум, но она этого даже не замечала. В квартире стояла идеальная тишина, пахло ванилью и свежей выпечкой – в духовке как раз доходил яблочный пирог. У нее был законный выходной, который она планировала провести в полном одиночестве, наслаждаясь долгожданным покоем.
Лязганье за дверью усилилось. Неизвестный начал дергать ручку вверх-вниз, явно выходя из себя.
Ольга бесшумно поставила лейку на обувную полку, на цыпочках подошла к тяжелой металлической двери и прильнула к глазку. Искаженная линзой, на лестничной клетке маячила знакомая фигура в демисезонной куртке горчичного цвета. Это был Игорь. Человек, с которым она прожила в браке восемь долгих, выматывающих лет, и с которым официально развелась ровно месяц назад.
Мужчина нервно вытащил ключ, посмотрел на него так, словно видел впервые в жизни, подул на бороздки, протер их рукавом куртки и снова с силой вогнал в скважину. Замок издал жалобный скрежет, но остался непреклонен. Игорь тяжело вздохнул, уперся свободной рукой в косяк и попытался навалиться на дверь плечом.
Ольга смотрела на эту картину, чувствуя, как внутри поднимается не страх, а холодная, рассудительная злость. Она прекрасно понимала, почему бывший муж явился именно сейчас. Еще на прошлой неделе, когда они случайно столкнулись возле продуктового магазина, она вскользь упомянула, что в четверг до обеда будет в стоматологии – нужно было ставить сложную пломбу. Игорь, видимо, это запомнил. И решил нанести визит вежливости в пустую, как он полагал, квартиру. Только вот прием у врача отменился из-за болезни доктора, о чем Игорь знать никак не мог.
Она сложила руки на груди, ожидая, что будет дальше.
– Открывайся, кусок железа, – процедил Игорь сквозь зубы, и его голос отчетливо донесся через дверное полотно. – У меня времени в обрез. Газель внизу ждет.
Слово «Газель» расставило все точки над «i». Ольга усмехнулась. Ее бывший супруг приехал не просто так. Он приехал грабить то, что не успел вывезти при разводе.
Она щелкнула задвижкой нижнего замка. Звук прозвучал в подъездной тишине как выстрел. Возня по ту сторону двери мгновенно прекратилась. Игорь замер, словно пойманный с поличным школьник.
– Кого там черт принес? – громко и предельно спокойным голосом спросила Ольга.
За дверью повисла тяжелая, густая пауза. Было слышно, как Игорь переминается с ноги на ногу, явно не ожидая застать бывшую жену дома.
– Оля? Это я. Открой, – голос Игоря потерял уверенность, став заискивающим.
– Зачем?
– В смысле зачем? Мне зайти нужно.
– Мы в разводе, Игорь. Твои визиты в мою квартиру законом не предусмотрены. У тебя ко мне какое-то срочное дело? Говори через дверь.
– Оль, ну кончай цирк устраивать. Что мы, чужие люди, что ли? Открой, поговорим нормально, как взрослые. И вообще, что у тебя с замком? Я полчаса ковыряюсь, ключ не проворачивается. Сломала, что ли? Вечно у тебя техника в руках горит.
Ольга прислонилась плечом к прохладной стене. Вся ее совместная жизнь с этим человеком состояла из подобных упреков. Если ломался кран – виновата Ольга, слишком сильно закручивала. Если перегорала лампочка – виновата Ольга, не ту мощность купила.
– Замок работает идеально, – ровным тоном ответила она. – Просто это новый замок. Я вызвала мастера на следующий же день после того, как ты собрал свои чемоданы. Старую личинку выбросила.
– Как это – новый? – искренне возмутился Игорь. В его голосе зазвучали нотки неподдельной обиды. – А меня почему не предупредила? Я же имею право беспрепятственно заходить! У меня там вещи остались!
– Какие вещи? – Ольга насмешливо приподняла бровь, хотя бывший муж не мог этого видеть. – Ты вывез все. Ты забрал хорошую микроволновку, оставив мне старую, с неработающим таймером. Ты прихватил дорогой ортопедический матрас, хотя уверял, что у тебя от него болит спина. Ты умудрился снять даже гардины в гостиной, мотивируя это тем, что их выбирала твоя мама. Что еще ты забыл в моей квартире?
– Квартира, между прочим, была нашим семейным гнездышком! – пафосно заявил Игорь, придвигаясь ближе к двери. – И вообще, не считай чужое добро. Я взял только то, что мне положено по справедливости. А вот ты кое-что утаила. Я за телевизором приехал.
Ольга медленно повернула голову в сторону просторной гостиной. Там, на тумбе из темного дерева, стоял огромный, современный телевизор с плоским экраном и потрясающей цветопередачей. Это была ее гордость и ее радость.
– За каким телевизором?
– За нашим, Оля. За плазмой из зала. Я внизу грузовое такси нанял, мужикам почасовую оплату обещал. Давай, открывай, я его быстро упакую в пленку и уеду, не буду тебе мозолить глаза. Ты же знаешь, я футбол без большого экрана смотреть не могу. А на съемной квартире, где я сейчас ючусь из-за твоей упертости, стоит какой-то пузатый ящик из девяностых.
Ольга прикрыла глаза, вспоминая историю покупки этой техники. Это было полтора года назад. Она тогда работала главным бухгалтером и закрыла невероятно сложный годовой отчет. Руководство выписало ей солидную целевую премию. Именно на эти деньги, до копейки, Ольга решила сделать себе подарок – купить хороший телевизор, чтобы смотреть любимые фильмы вечерами. Игорь тогда ни копейки не добавил, сославшись на то, что у него задержка зарплаты и вообще ему нужно менять зимнюю резину на машине. Машину, к слову, при разводе он благополучно переоформил на свою мать, чтобы она не досталась жене.
– Игорь, ты, видимо, бредишь, – спокойно произнесла Ольга. – Телевизор куплен на мои премиальные деньги. Чек оформлен на мое имя. Оплата проходила с моей личной банковской карты. Это мое имущество. И отдавать его я не собираюсь.
– Чего?! – Игорь стукнул кулаком по металлической двери. – Какая разница, чья карта? Мы в законном браке состояли! Значит, бюджет общий!
– Общий бюджет – это когда оба вкладываются, – парировала Ольга. – А когда я платила за коммунальные услуги, покупала продукты и одевала нас двоих, пока ты искал себя и менял работы каждые три месяца, это называлось моим содержанием тебя. Телевизор мой.
– Ах ты меркантильная... – Игорь запнулся, видимо, пытаясь подобрать слово, которое не звучало бы слишком грубо, но при этом укололо бы побольнее. – Я, между прочим, эту модель в интернете полночи искал! Я характеристики сравнивал! Я отзывы читал! И из магазина я его на себе тащил, надрывался! Без меня бы ты купила какую-нибудь китайскую подделку! Так что мой вклад там есть, и он существенный! Половина телевизора точно моя. А поскольку распилить мы его не можем, я забираю его целиком. Я тебе потом, может быть, компенсацию скину. Когда на ноги встану.
Ольга тихо рассмеялась. Этот смех был совершенно искренним. Невероятная, кристально чистая наглость бывшего мужа уже даже не злила – она восхищала своей абсурдностью.
– Смешно тебе? – обиделся Игорь. – Я с водителем внизу договорился! У меня счетчик капает! Оля, не доводи до греха, открывай по-хорошему. Ты же знаешь, я имею право вызвать полицию. Я заявлю, что ты незаконно удерживаешь совместно нажитое имущество!
– Вызывай, – Ольга прислонилась лбом к холодному металлу двери. – Давай, Игорь. Звони прямо сейчас. Только когда наряд приедет, я покажу им свидетельство о праве собственности на эту квартиру, которое оформлено на меня за пять лет до нашего знакомства. Потом покажу свидетельство о расторжении брака. А потом объясню господам полицейским, что посторонний гражданин ломится в мою дверь, угрожает и требует отдать ему ценную технику, чеки на которую выписаны на мое имя. Как думаешь, что они тебе скажут? Спойлер: они посоветуют тебе идти в суд. И делить имущество там. Только ты в суд не пойдешь, потому что госпошлину платить надо, да и юристы тебе быстро объяснят, что твои шансы равны нулю.
За дверью послышалось тяжелое сопение. Игорь явно переваривал информацию. Юридическая подкованность бывшей жены всегда выводила его из равновесия. Он привык брать нахрапом, криком, давить на жалость. Столкнувшись с холодными фактами, он терялся.
– Оля, ну ты же не чудовище бессердечное, – сменил тактику бывший муж. Его голос стал мягким, почти плачущим. – Ну зачем тебе такой огромный экран? Ты же вечно на кухне возишься, книжки свои читаешь. А мне тоскливо одному в чужих стенах. Я прихожу с работы, ложусь на продавленный диван, смотрю в потолок... Уступи телевизор, а? В память о наших хороших днях. У нас же были хорошие дни, Оленька. Помнишь, как мы в Сочи ездили?
Ольга помнила. Прекрасно помнила эту поездку. Как она полгода откладывала деньги, а Игорь в первый же день спустил половину бюджета в прибрежном ресторане, угощая каких-то новых приятелей, чтобы пустить пыль в глаза. Оставшиеся десять дней отпуска они питались лапшой быстрого приготовления и чебуреками.
– Хорошие дни остались в прошлом, – отрезала она. – Вместе с твоей совестью.
Внезапно на лестничной клетке раздался скрип открываемой двери. Из соседней квартиры вышла Зинаида Петровна – женщина весьма преклонных лет, но с такой энергией и таким командным голосом, что перед ней робели даже местные хулиганы. Зинаида Петровна много лет проработала завучем в школе и привыкла держать дисциплину везде, включая собственный подъезд.
– Это что тут за митинг? – раздался ее громовой голос. – Ты чего тут под дверями трешься, Игорек? Вы же вроде разъехались. Или опять Ольге нервы мотать пришел?
Ольга, стоя по свою сторону двери, невольно улыбнулась. Появление соседки было как нельзя кстати. Зинаида Петровна Игоря терпеть не могла. Он никогда не здоровался с ней первым, принципиально отказывался скидываться на ремонт подъездного домофона и вечно оставлял пакеты с мусором на лестничной клетке, надеясь, что кто-то вынесет их за него.
– Здрасьте, Зинаида Петровна, – недовольно буркнул Игорь. – Я по делу пришел. За своими вещами. А она заперлась и не пускает. Хулиганит.
– Вещами? – соседка фыркнула так громко, что было слышно даже в квартире. – Да ты месяц назад выносил отсюда узлы так, словно в эмиграцию собирался. Я в глазок видела, ты даже коврик из ванной забрал! Позорище. Мужик уходит от женщины – должен с одной зубной щеткой уходить. А ты как пылесос, все подчистил. Чего тебе еще надо? Обои содрать?
– Я за телевизором приехал. Это мое имущество! – попытался огрызнуться Игорь, но под тяжелым взглядом бывшей учительницы его запал явно угасал.
– Телевизор он приехал забирать, вы посмотрите на этого добытчика! – всплеснула руками Зинаида Петровна. – А ну, Оля, ты меня слышишь?
– Слышу, Зинаида Петровна, – громко ответила Ольга, подходя вплотную к двери.
– Ты ему этот телевизор не отдавай! – скомандовала соседка. – Ишь чего удумал! Я помню, как этот телевизор привезли. Ты, Оленька, доставщикам чаевые давала из своего кошелька, а этот стоял рядом и руки в карманах держал. Знаем мы таких хозяев. Только на диване лежать и пульт давить горазды.
– Да какое ваше дело, старая вы вешалка! – не выдержал Игорь, теряя последние остатки приличия. – Это наши семейные разборки! Идите щи варить!
Повисла звенящая пауза. Ольга даже перестала дышать. Оскорбить Зинаиду Петровну на ее же территории было самой большой ошибкой, которую только мог совершить человек.
– Что ты сказал? – голос соседки снизился до зловещего шепота. – Вешалка? Ах ты, трутень неблагодарный! Ну-ка, подожди. У меня телефон участкового на быстром наборе. Валерий Степанович как раз на опорном пункте сидит, тут ходу пять минут. Сейчас я ему позвоню и скажу, что неизвестный гражданин нарушает общественный порядок, оскорбляет жильцов и ломится в чужую собственность!
Послышалось торопливое шуршание – видимо, Зинаида Петровна действительно достала мобильный телефон.
– Эй-эй, стойте! Вы чего! – голос Игоря дал петуха. Он откровенно струсил. Общение с полицией в его планы не входило, особенно учитывая, что он действительно пытался проникнуть в чужую квартиру с корыстными целями. – Не надо никуда звонить! Я просто... Я просто за вещами пришел.
Ольга поняла, что момент настал. Пора было заканчивать этот балаган.
– Игорь, подожди, – громко сказала она. – Не уходи. Ты же за своими вещами пришел? Я сейчас тебе их выдам.
Она отошла от двери и быстрым шагом направилась в дальнюю комнату, которая раньше служила им спальней. Там, в самом углу встроенного шкафа, стоял плотный черный пакет для мусора. Ольга собрала его еще неделю назад, но все никак не доходили руки выбросить. В этом пакете лежало то, что Игорь счел недостойным забирать с собой при переезде, но что постоянно попадалось ей на глаза, вызывая неприятные воспоминания.
Она подхватила пакет, который оказался довольно увесистым, и вынесла его в коридор.
– Зинаида Петровна, вы пока полицию не вызывайте, – попросила Ольга через дверь. – Будьте любезны, постойте рядом. В качестве свидетеля. Чтобы потом не было разговоров, что я чужое имущество удерживаю.
– Стою, Оленька, как вкопанная стою! – бодро отозвалась соседка. – Телефон в руке держу. Чуть что – сразу жму вызов!
Ольга повернула ключ в верхнем замке, сняла цепочку и приоткрыла дверь ровно на ширину пакета, подперев ее ногой, чтобы бывший муж не вздумал рвануть полотно на себя.
Игорь стоял на лестничной площадке, красный, потный и взъерошенный. Рядом возвышалась Зинаида Петровна, сложив руки на груди, с выражением абсолютного торжества на лице.
– Телевизор не пролезет, Оль, дверь шире открой, – машинально сказал Игорь, делая шаг вперед и протягивая руки.
– А телевизора не будет, – Ольга ловко просунула черный пакет в щель и буквально впихнула его в подставленные руки бывшего мужа. Тот от неожиданности обхватил мешок, едва не выронив его на бетонный пол.
– Что это? – он брезгливо посмотрел на черный пластик.
– Твое совместно нажитое имущество. То, что ты оставил, – голос Ольги был спокоен, как гладь озера в безветренную погоду. – Там твои старые журналы про рыбалку за позапрошлый год. Резиновые сапоги, у которых протекает правая подошва. Зарядка от телефона, который ты разбил два года назад. Пара растянутых свитеров, которые ты отказывался носить, но запрещал выбрасывать. И подшивка распечатанных анекдотов. Забирай. Это твое по праву.
– Ты издеваешься? – Игорь с отвращением отстранил пакет от себя, но не выпустил, словно инстинкт Плюшкина не позволял ему выбросить даже откровенный мусор. – Мне не нужен этот хлам! Мне нужен телевизор! Мужики внизу ждут, у меня деньги капают!
– Тогда спускайся и скажи мужикам, чтобы ехали по своим делам. Телевизора не будет. Ни сегодня, ни завтра, никогда.
– Я на тебя в суд подам! – крикнул Игорь, понимая, что битва окончательно проиграна.
– Подавай, – Ольга пожала плечами. – Только когда будешь писать исковое заявление, не забудь указать, что при разводе ты тайком вывез из квартиры кофемашину, которую мне подарил мой брат на юбилей. И что ты снял деньги с нашего общего накопительного счета за неделю до того, как подал заявление в ЗАГС. У меня выписки из банка сохранены. Поделим все по-честному, до последней копейки. Хочешь поиграть в эту игру? Я готова.
Лицо Игоря пошло пятнами. Он прекрасно помнил про деньги на счету. Он надеялся, что Ольга, измученная бракоразводным процессом, просто забыла про эту заначку, и планировал потратить ее на покупку подержанной машины для себя.
Осознание того, что бывшая жена держит его на крючке, мгновенно сбило с него всю спесь. Угроза судом оказалась палкой о двух концах.
– Да подавись ты своей плазмой, – прошипел он, отступая на шаг. – И кофемашиной своей подавись. Ни копейки больше от меня не увидишь.
– Отлично. Именно этого я и добиваюсь, – Ольга кивнула. – Прощай, Игорь. Ключ, кстати, можешь выбросить. Я перепрограммировала домофон внизу, так что в подъезд ты тоже больше не зайдешь.
Она плавно, но твердо закрыла дверь, не дожидаясь ответа. Щелкнули оба замка, звякнула цепочка.
С лестничной клетки донесся ехидный голос Зинаиды Петровны:
– Ну чего застыл, болезный? Неси свои сокровища к мужикам в Газель. А то счетчик капает! Давай, шагай отсюда, пока я действительно Валере участковому не позвонила. И чтобы духу твоего в нашем подъезде больше не было!
Послышалось тяжелое сопение, шуршание пакета и шаркающие, торопливые шаги по лестнице. Игорь сбегал, даже не дожидаясь лифта. Зинаида Петровна громко хмыкнула и хлопнула своей дверью. В подъезде снова воцарилась тишина.
Ольга прислонилась спиной к двери и медленно выдохнула. Сердце колотилось немного быстрее обычного, но руки не дрожали. Впервые за долгое время она не чувствовала ни вины, ни горечи, ни сомнений. Она защитила свою территорию. Защитила свои границы. И она точно знала, что этот человек больше никогда не посмеет явиться без приглашения в ее жизнь.
На кухне громко пискнул таймер духовки. Яблочный пирог был готов.
Ольга сбросила домашние тапочки, прошла босиком по теплому линолеуму на кухню. Она достала из духовки румяный, источающий умопомрачительный аромат пирог, аккуратно переложила его на красивое керамическое блюдо. Заварила крепкий черный чай с чабрецом в прозрачном пузатом чайнике.
Поставив все это на поднос, она отправилась в гостиную. Удобно устроившись на мягком диване, Ольга подоткнула под спину подушку и взяла в руки пульт.
Она нажала кнопку включения. Огромный экран на стене вспыхнул яркими, сочными красками. Заиграла приятная музыка из меню ее любимого онлайн-кинотеатра. Никто не бубнил под ухом, что нужно переключить на спортивный канал. Никто не требовал принести пива. Никто не критиковал актеров на экране.
Ольга отрезала себе большой кусок горячего пирога, сделала глоток ароматного чая и улыбнулась. Жизнь только начиналась, и эта жизнь определенно стоила того, чтобы в ней были хорошие замки и большой, только ее собственный телевизор.
Обязательно подпишитесь на канал, поставьте лайк этой истории и поделитесь своим мнением в комментариях, ведь это очень помогает развитию блога.