Как вы работаете за еду
Офис — это единственное место, где взрослые люди добровольно проводят по десять часов в день, сидя в клетках под ярким светом, делая вид, что заняты чем-то важным. Вы приходите утром, здороваетесь с коллегами, включаете компьютер и начинаете священнодействие. Вы кликаете мышкой, смотрите в экран, печатаете отчёты. Вы — не человек. Вы — биоробот, которого запрограммировали на выполнение бессмысленных задач. А над вами — начальник. Над ним — другой начальник. Над тем — третий. Над третьим — четвёртый, которого никто никогда не видел. И вся эта пирамида держится на страхе. Страхе быть уволенным, страхе не получить премию, страхе сказать лишнее, страхе выделиться, страхе быть собой. Вы — винтик. Маленький, безликий, взаимозаменяемый винтик. И когда вы сломаетесь, вас выбросят. И поставят новый. Такой же. И будет работать. А вы будете лежать в мусорке и вспоминать, как мечтали стать кем-то великим. Но стали офисным планктоном, который плавает в море бессмысленности.
Серёже надоело, что мальчишки во дворе называли его "лох", и он записался в секцию стрельбы.
Теперь его называют "косой лох".
Начнём с того, что офисная иерархия — это военная структура без оружия. Есть генералы — топ-менеджеры. Они сидят в огромных кабинетах с кожаными креслами, пьют дорогой кофе и обсуждают стратегию. Стратегия — это план, как заставить вас работать больше за меньшие деньги. Есть полковники — руководители отделов. Они следят, чтобы вы не филонили, докладывают генералам и тоже пьют кофе, но уже из обычных кружек. Есть сержанты — старшие менеджеры. Они гоняют вас, как новобранцев, заставляют переделывать работу, орут, если вы опоздали. И есть вы — рядовой. Славный маленький труженик, который пашет за копейки, мечтая когда-нибудь стать сержантом. Или хотя бы не умереть от скуки.
Подала женщина обявление в газету: "Ищу мужика, чтоб никогда меня не бил, чтоб никогда от меня не уходил, и чтоб мог меня удовлетворить.
Через некоторое время раздается стук в дверь, она открывает и видит калеку без рук и без ног. Мужик:
— Я по объявлению.
— Почему ты решил, что ты как раз то, что я ищу?
— Смотри: рук у меня нет, значит бить я тебя не буду, ног у меня нет, значит уйти я не смогу.
— А как ты меня собираешься удовлетворять?
— А чем, ты думаешь, я в дверь постучал...
Пошлость офисной жизни начинается там, где заканчивается здравый смысл. Самый яркий пример — это совещания. Вы приходите в переговорную, садитесь за длинный стол и начинаете обсуждать то, что уже обсуждали вчера. И позавчера. И неделю назад. Вы говорите о синергии, о бенчмаркинге, о конверсии, о KPI. Вы не понимаете, что это значит. Никто не понимает. Но все делают вид, что понимают. Потому что так надо. Потому что умные слова создают иллюзию деятельности. Вы сидите час, два, три. Вы смотрите на часы. Вы хотите есть, пить, спать, на волю. А совещание всё идёт. Начальник говорит: «Давайте ещё раз пройдём по пунктам». И вы проходите. Снова. И снова. И под конец вы принимаете решение, которое приняли ещё в начале. Но теперь оно официальное. И вы гордитесь. Вы — герой. Который потратил три часа жизни на то, чтобы ничего не изменить. Но зато — посидели, поговорили, кофе попили. И это — работа. Ваша работа.
Из-за сильного ветра в зоопарке дети целый день думали, что аист жив.
Отдельная песня — корпоративы. Это дни, когда вас насильно заставляют веселиться. Вы едете в загородный клуб, пьёте, едите, танцуете, участвуете в конкурсах. Вы должны изображать радость, потому что начальник смотрит. Вы улыбаетесь, хотя на душе — кошки. Вы общаетесь с коллегами, которых ненавидите. Вы делаете вид, что вы — одна семья. А на самом деле вы — толпа зомби, которых заставили праздновать неизвестно что. Вы пьёте, чтобы забыться. И забываетесь. А наутро просыпаетесь с похмельем, стыдом и фотографиями, где вы обнимаетесь с тем, кого терпеть не можете. И это — тимбилдинг. Строительство команды. Которая после корпоратива ненавидит друг друга ещё сильнее. Но молчит. Потому что боится.
Собрался народ на площади. Все спорят как казнить синоптика. Одни предлагают его расстрелять, другие хотят утопить, третьи – голову отрубить… В итоге повесили. Чтобы направление ветра показывал.
А знаете, что самое страшное? Офисная дружба. Вы сидите рядом, обедаете вместе, пьёте кофе, обсуждаете начальника. Вы — лучшие друзья. А потом объявляют о сокращении. И ваш друг сдаёт вас начальству, чтобы сохранить своё место. Или вы сдаёте его. Потому что работа — это джунгли. Здесь каждый сам за себя. Здесь нет места сантиментам. Здесь выживает сильнейший. Или тот, кто лучше подлизывается. И вы учитесь подлизываться. Вы говорите начальнику: «Ваша идея гениальна». Хотя знаете, что это чушь. Вы соглашаетесь, киваете, улыбаетесь. Вы становитесь подхалимом. Тем, кого раньше ненавидели. Но теперь вы на его месте. И вам стыдно. Но вы продолжаете. Потому что иначе — уволят. А увольнение — это страх. Страх остаться без денег, без квартиры. И вы идёте на сделку с совестью. И проигрываете. Но не увольняют. И это — победа. Жалкая, ничтожная, но победа.
Акробат умер на батуте, но еще какое-то время продолжал радовать публику.
Я помню, как работал в офисе пять лет. Я приходил в девять, уходил в восемь. Я не видел солнца, не видел детей, не видел жизни. Я был машиной. Я делал отчёты, сводки, таблицы, презентации. Я был лучшим сотрудником месяца, года, десятилетия. А потом мне позвонили и сказали: «Вы нам больше не нужны. Спасибо за работу». Меня уволили за пять минут. Вывели из офиса, как преступника. Забрали пропуск, компьютер, стул. И я стоял на улице с коробкой в руках. И не знал, куда идти. И не помнил, как дышать. И не понимал, зачем я отдал этому месту лучшие годы. Я понял. Я отдал их страху. Страху остаться без работы. Который в итоге сбылся. Ирония. И я не жалею. Потому что иначе не умел. Я был винтиком. Маленьким, послушным, идеальным. А винтики не жалеют. Их выбрасывают.
Мальчик раскачивался на табуретке, упал и сломал все шесть ножек.
Самый циничный вид офисного абсурда — это система премирования. Вам говорят: «Если хорошо поработаешь, получишь премию». Вы работаете хорошо. Лучше всех. Вы пашете, ночами не спите, выходные проводите в офисе. А премию дают тому, кто целыми днями играет в пасьянс. Потому что он — друг начальника. Или родственник. Или просто умеет красиво говорить. Вы обижаетесь, злитесь, пишете заявление. Вам отвечают: «В следующем квартале обязательно». Вы ждёте. Ничего не меняется. Вы увольняетесь. На ваше место берут нового. Такого же наивного. Который тоже будет пахать. И тоже не получит премию. И это — круговорот дураков. Вечный, бессмысленный, беспощадный.
– А на оградку сделайте мне завитушки такие мелкие и часто.
– Чтобы все помнили твой весёлый характер?
– Чтобы заколебались красить…
Знаете, что самое смешное? Офис — это тюрьма. Только в тюрьме есть срок, а здесь — нет. Вы не знаете, когда выйдете. Может, в шестьдесят, на пенсию. А может, в могилу. Вы сидите в клетке, смотрите на стену, кликаете мышкой. Ваши глаза сохнут, спина болит, шея затекла. Вы — инвалид. Но вы ходите на работу. Потому что надо. Потому что без денег нельзя. Потому что ипотека, кредиты, дети. И вы терпите. Улыбаетесь, кланяетесь, подлизываетесь. Вы — актёр в самом длинном спектакле. Называется «Моя жизнь». И зрители — начальники, которые смотрят на вас сверху и решают, достойны ли вы оваций. Или увольнения. Чаще — увольнения. Потому что вы — не артист. Вы — массовка. Которую можно убрать. И никто не заметит.
– Дорогой Дедушка Мороз! Мне очень понравились те китайские хлопушки, которые ты подарил мне на прошлый Новый Год. Поэтому подари мне, пожалуйста, на этот Новый Год два пальчика и глазик.
Так выпьем же за офисный планктон! За тех, кто вкалывает от звонка до звонка. За тех, кто мечтает о доме, но живёт на работе. За тех, кто боится начальника, но ненавидит его. За тех, кто пьёт кофе литрами, чтобы не уснуть. За тех, кто перерабатывает, но не получает премию. За тех, кто увольняется и возвращается. За тех, кто не увольняется, но мечтает. За тех, кто уже умер, но продолжает работать. За офис! Который жрёт наши жизни. Кусочек за кусочком. День за днём. Год за годом. И не насыщается. Ему всегда мало. Он — монстр. Который питается нашими нервами, здоровьем, временем. И мы подкармливаем его. Потому что боимся. Боимся остаться без куска. И становимся этим куском. И это — главная трагедия. Которая называется «работа».
В первом классе школы дети учатся писaть.
Учительница:
- Танечка! Что ты вчера делала после школы?
Танечка:
- Играла в песочнице.
- Умница, Танечка! Иди к доске и напиши "ПЕСОК".
Петечка! А ты что вчера делал?
Петечка:
- А я вчера играл с Танечкой. У меня был совочек.
- Молодец, Петечка! Иди напиши на доске "СОВОК".
Муталиб Саид ибн Ахмед Бей! А ты что вчера делал?
- Я пытался поиграть с ними, но они назвали меня чучмеком и забросали камнями!
Учительница:
- Безобразие! Это же вопиющая дискриминация и унижение человеческого достоинства! Муталиб Саид ибн Ахмед Бей!
Иди к доске и напиши 100 раз, чтоб видели все:
"ВОПИЮЩАЯ ДИСКРИМИНАЦИЯ И УНИЖЕНИЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ДОСТОИНСТВА"!
Чокнемся. И пусть твой начальник подавится своим кофе. А ты получишь премию. Или хотя бы похвалят. Или хотя бы не уволят. Это уже счастье. В офисном мире. Где счастье — это не быть уволенным. Где радость — это больничный. Где праздник — это сломанный принтер. Потому что его можно чинить. И не работать. Хотя бы час. Хотя бы минуту. Хотя бы вздохнуть. И умереть. Но не сегодня. Сегодня — стакан. И немного свободы. Которую ты так долго ждал. И которую так быстро потеряешь. В понедельник, в девять утра. Сядешь на стул, включишь компьютер и продолжишь. Свою бесконечную, бессмысленную, офисную жизнь.
За офис. За работу. За бессмысленность. Ура.
Война. Солдат в окоп возвращается:
- Мужики! В соседний окоп немецкую медсестру взрывом перекинуло! Ну я её и спереди, и сзади, и по-всякому...
- А в рот?
- Я раньше не врал и сейчас не собираюсь. Голову я так и не нашел.
Всем добра. Подписывайтесь на канал.
#какойсегодняпраздник#анекдоты#юмор#развлечение