13 июня 323 года до нашей эры. Вавилон. В царском дворце Навуходоносора II лежит человек, чье имя за десять лет завоеваний узнал весь мир от Дуная до Инда. Ему 32 года. Врачи разводят руками — лихорадка не отступает уже десятый день, а полководец, разбивший армию Дария III при Гавгамелах, не может даже поднять головы с подушки. Через несколько часов его сердце остановится.
Вот только за пять дней до этого царь утвердил план новой военной кампании. И речь шла вовсе не о походе на Рим, как любят фантазировать некоторые авторы альтернативной истории.
Согласно записям в Вавилонском астрономическом дневнике, Александр умер между вечером 10 июня и вечером 11 июня 323 года до н.э.. Что же он задумал? Куда должна была двинуться его 35-тысячная армия, если бы не внезапная болезнь? И главное — почему все эти планы оказались похоронены вместе с ним настолько стремительно, что о них предпочли забыть даже ближайшие соратники?
Аравия, а не Рим: куда на самом деле целился Александр
В массовом сознании прочно укоренилась картинка: Александр стоит на берегу Инда, смотрит на восток и грезит о новых завоеваниях. Кто-то дорисовывает в воображении поход на Карфаген, кто-то — столкновение с молодой Римской республикой. Реальность, как это часто бывает, куда прозаичнее и одновременно масштабнее.
За месяц до смерти, в мае 323 года, Александр отдал приказ о строительстве в Вавилоне нового военного порта. Не просто причала для пары десятков кораблей — речь шла о гавани, способной вместить до 1000 судов. Параллельно в Финикии заканчивалась постройка боевых кораблей новейших для того времени типов — триер, тетрер и пентер. Флот, который при жизни Александра всегда играл второстепенную роль, вдруг становился главным инструментом его политики.
Целью была Аравия.
Не пустыня, а ключ к контролю над всем морским побережьем от Индии до Египта. Александр планировал не просто очередной завоевательный рейд, а создание единой системы морских коммуникаций, которая связала бы восточные и западные провинции его империи в единое экономическое пространство.
И вот здесь мы подходим к самому интересному.
Флот, который мог изменить всё
160 кораблей сопровождали армию Александра в начале восточного похода в 334 году до н.э.. Это было скромно по сравнению с персидским флотом, и царь прекрасно это понимал. На протяжении всех кампаний он старался нейтрализовать вражеские морские силы, захватывая их базы с суши — так пали Тир, Газа, все финикийские порты.
Теперь же, имея в распоряжении ресурсы половины Азии, Александр замахнулся на нечто совершенно иное. Построить флот из 1000 кораблей означало создать самую мощную морскую державу античного мира. Для сравнения: знаменитый афинский флот в период своего расцвета насчитывал около 400 триер.
Зачем ему это было нужно?
Ответ кроется в экономике. Огромная империя, созданная за десять лет непрерывных войн, держалась исключительно на военной силе и личности самого царя. Единой экономической системы не существовало. Налоги собирались по старым персидским схемам, торговля шла по тем же караванным путям, что и при Дарии. Александру нужны были новые источники дохода, и Аравия с ее знаменитыми благовониями и контролем над морской торговлей между Индией и Средиземноморьем была идеальной целью.
За пять дней до начала похода против арабов он заболел.
Что на самом деле его убило
Версий существует множество. Ученые из Университета Аристотеля в Салониках, проведя многолетний анализ описанных симптомов, пришли к выводу: панкреонекроз — острое поражение поджелудочной железы на фоне желчнокаменной болезни и нездорового образа жизни. Началось всё с сильной боли в животе после обильной еды и вина, затем добавилась лихорадка и ежедневное ухудшение в течение двух недель.
Новозеландская исследовательница Кэтрин Холл предложила другую версию — синдром Гийена-Барре, неврологическое расстройство, вызывающее паралич. Британский токсиколог Лео Шеп настаивал на отравлении. Некоторые историки упоминают малярию, брюшной тиф, даже лихорадку Западного Нила.
Но в одном сходятся все источники: организм великого завоевателя был изрядно изношен. Десять лет непрерывных походов, несколько тяжелых ранений — в том числе стрелой в грудь при штурме города маллов в Индии, после которого он едва выжил, — колоссальное физическое и психологическое напряжение сделали свое дело.
«Если бы»: три возможных сценария
А теперь — то, ради чего мы здесь собрались. Что произошло бы, повернись история иначе?
Сценарий первый: Аравийский поход (323–320 гг. до н.э.)
Александр выздоравливает. Через несколько месяцев его флот, построенный в Вавилоне и Финикии, выходит в Персидский залив. Армия движется вдоль побережья Аравийского полуострова, захватывая ключевые порты и оазисы. К 320 году до н.э. под контролем македонян оказывается всё морское побережье от Суэца до устья Инда.
В Вавилоне он основывает новую столицу, достраивает порт и начинает чеканить монету с собственным профилем и надписью «Царь Азии». Начинается эпоха, которую историки позже назовут ранним эллинизмом, только с одним отличием — во главе империи стоит живой основатель, а не его враждующие наследники.
Сценарий второй: Западный разворот (ок. 315 г. до н.э.)
Укрепив восточные границы, Александр обращает взгляд на запад. Некоторые древние тексты действительно предполагают, что он планировал кампанию, предусматривавшую завоевание частей Италии и других регионов Западного Средиземноморья. Карфаген, Сицилия, возможно — Рим.
Здесь начинается самое интересное. В 323 году до н.э. Рим — это еще не империя, а скромный город-государство, только что завершивший Вторую Самнитскую войну и контролирующий лишь центральную Италию. Встреться римские легионы с македонской фалангой в этот момент — исход был бы, скорее всего, предрешен.
Арнольд Тойнби, один из основоположников жанра «альтернативной истории», в своем знаменитом эссе предположил, что в этом случае Александр дожил бы до 70 лет, покорил Италию, Карфаген, Индию и даже Китай, а его наследники в итоге захватили бы весь земной шар.
Звучит как фантастика? Возможно. Но давайте посмотрим на цифры.
Экономика империи, которая не состоялась
Вот о чем редко задумываются любители военной истории. Армия Александра в начале восточного похода насчитывала около 30 тысяч пехоты и 5 тысяч конницы. Чтобы экипировать это войско и выплатить жалованье, требовалось около 4000 талантов. Один талант — примерно 26 килограммов серебра.
К концу походов в распоряжении Александра оказалась персидская казна, которую Дарий III не успел вывезти. По оценкам античных историков, только в Сузах он захватил около 40 000 талантов серебра, а в Персеполе — еще 120 000. Для сравнения: годовой доход Афинской морской державы в период расцвета составлял около 1000 талантов.
Александр стал самым богатым человеком в истории античного мира.
Но богатство это было крайне неравномерно распределено. Управляющие финансами, такие как родосец Антимен, назначенный в 324 году до н.э., столкнулись с гигантскими проблемами. Коррупция, воровство, бегство казначеев с деньгами — достаточно вспомнить историю Гарпала, друга детства Александра, который сбежал с 5000 талантов, узнав о возвращении царя из Индии.
Создать единую экономическую систему на такой гигантской территории — задача, которая потребовала бы десятилетий мирного развития. И вот здесь кроется главная проблема всех альтернативных сценариев.
Почему империя все равно бы рухнула
Вернемся с небес на землю. Даже если бы Александр прожил еще 20-30 лет, его держава была обречена на распад. И вот почему.
Первое: проблема наследования. На момент смерти у Александра не было взрослого наследника. Его жена Роксана была беременна (сын Александр IV родится через месяц), а от наложницы Барсины остался четырехлетний Геракл, который не считался законным наследником. Если бы Александр умер в 50 или 60 лет, династический кризис был бы просто отсрочен, но не предотвращен.
Второе: этнические противоречия. Александр пытался создать единую элиту из македонян и персов — провел массовую свадьбу полководцев с персидскими аристократками, сам женился на двух персиянках. Но это вызывало глухое недовольство среди победителей, которые не понимали, почему они должны делиться властью с побежденными.
Сразу после смерти Александра все персы были убраны с высоких постов, а смешанные браки расторгнуты.
Третье: география. Управлять империей от Дуная до Инда без современных средств связи — задача физически невыполнимая. Даже при жизни Александра сатрапы (наместники) в удаленных провинциях пользовались огромной автономией. После его смерти они просто перестали подчиняться центру.
Четвертое: личность самого Александра. Вся конструкция держалась на харизме и военном гении одного человека. Заменить его было некем. Ближайшие соратники — Пердикка, Птолемей, Селевк, Антигон — были талантливыми полководцами, но ни один из них не обладал масштабом личности, достаточным для удержания империи.
Именно поэтому войны диадохов — полководцев Александра — начались практически сразу после его смерти и продолжались более 20 лет, до 301 года до н.э.
Мир, который мы потеряли (или нет?)
И все же давайте представим, хотя бы в качестве интеллектуального упражнения, каким мог бы стать мир, проживи Александр еще хотя бы лет двадцать.
Вместо череды кровопролитных войн диадохов — относительно упорядоченная передача власти наследнику, достигшему совершеннолетия. Вместо распада на отдельные эллинистические царства — единое экономическое и культурное пространство от Адриатики до Инда. Греческий язык становится lingua franca огромной территории, эллинистическая культура распространяется еще шире и глубже.
Карфаген падает не под ударами Рима в 146 году до н.э., а на полтора столетия раньше — под натиском македонской армии. Рим остается региональной державой в Италии, возможно, даже входит в состав македонской империи на правах союзника или вассала.
Христианство, если бы оно вообще возникло в таком мире, распространялось бы совершенно иначе — без Pax Romana, без римских дорог и единой административной системы.
Но это уже чистая фантастика. Реальность оказалась прозаичнее: молодой царь умер в 32 года, его империя рассыпалась, а наследники перебили друг друга. Александр IV был убит в 309 году до н.э. по приказу Кассандра, сына Антипатра. Геракл — чуть позже. Династия Аргеадов, правившая Македонией почти 400 лет, пресеклась навсегда.
А планы похода на Аравию так и остались планами. Новый порт в Вавилоне не достроили. Флот, готовившийся к великому плаванию, тихо сгнил у причалов или был растащен на дрова местными жителями.
Вместо эпилога
В сухом остатке: Александр Македонский планировал завоевание Аравии, а не Рима. Его смерть в возрасте 32 лет не была результатом заговора или отравления — скорее, следствием колоссального перенапряжения всех сил организма. Империя, скорее всего, распалась бы в любом случае — слишком велика, слишком разнородна, слишком завязана на личность создателя.
Но если представить, что он прожил бы еще хотя бы двадцать лет... История Средиземноморья пошла бы совершенно другим путем. Не было бы ни Пунических войн, ни возвышения Рима, ни Pax Romana. Мир, в котором мы живем, был бы совсем иным.
А что думаете вы: успел бы Александр создать устойчивую империю, проживи он дольше? Или распад был неизбежен вне зависимости от продолжительности жизни царя? Делитесь мнениями в комментариях.