Закрыв глаза, она глубоко вдыхала насыщенный аромат зимнего сада. Ее лицо озарила улыбка, умиротворенная и такая счастливая.
Инна подошла к Анне, что все это время стояла чуть поодаль.
– Да, я согласна. Я хочу стать целителем, – решила Инна. – Даже не представляю, как это будет выглядеть. В смысле, скорее всего я не буду жить здесь безвыездно. Но я больше не хочу изучать искусство врачевания травами, я хочу практиковать это искусство. Самое странное, что я вообще не понимаю, зачем все это говорю, но теперь для меня это не вопрос, а данность. Словно иначе и быть не может. Простите, что нагрубила вам в начале разговора. Но для меня все так неожиданно, особенно ваши слова о моем приезде в деревню. Хотя они кажутся мне правдой. Я больше не могу отмахиваться от ощущения, что все так, как должно быть. Понимаете?
– Прекрасно понимаю, милая. Это и есть знание. Оно не приходит под громогласный бой литавр. Ты просто осознаешь нечто в глубине своей души, неожиданно, окончательно и бесповоротно. – Она улыбнулась.
– Знание? – уточнила Инна.
– Да, милая. Между целителем и травником есть разница. Каждый может заварить чай – это всегда полезно для больного. Простой травник смешивает ингредиенты, чтобы они стали лекарством. Но целитель «знает». Это гораздо важнее. Целитель дотрагивается до больного и понимает, что ему нужно нечто большее, чем смесь из трав и семян. Целитель касается трав и говорит с ними.
– Только что со мной случилось именно это, – перебила Инна.
– Знаю, милая. Потому что ты не просто травница, ты целитель. Тебе нужно практиковаться. Вспомни некоторые эпизоды из своего прошлого – знание всегда было с тобой. Но большинству из нас с детства внушают, что подобные разговоры – признак помешательства, и мы прячем истину глубоко внутри и стараемся ее не замечать. Но она всегда с нами. И та, что однажды займет твое место, тоже знает истину. Вот что тебя привело, вот что заставляет тебя здесь остаться. Знание, которому суждено быть, и планам, что судьба построила в отношении нас, очень трудно помешать. Будешь бороться – скорее всего проживешь печальную жизнь. Ты будешь грести против течения, выбиваясь из сил. – Анна Геннадьевна замолчала, позволяя Инне обдумать сказанное. Но затем продолжила: – Здесь холодно, пойдем в дом. Я покажу тебе несколько моих любимых средств от ноябрьских болезней.
Улыбнувшись, Инна последовала за старушкой.
На большом деревянном столе в кухне уже стояли банки и лежало несколько вязанок сушеной травы.
– Я готовлю большое количество лекарств на каждое время года: в начале февраля, я делаю лекарства для тех, кто весной становится взвинченным и раздражительным; когда приходит лето – лекарства от простуды, вызванной сменой жарких дней и холодных ночей; первого августа я готовлю лекарства от осенних хворей, а сейчас у нас праздник нарождения зимы, сезон простуд и лихорадок.
Она показала Инне несколько рецептов, которые та с удовольствием записала.
– А теперь приготовь их сама. – Старушка подвинула Инне большую миску, наполненную травами и листьями. – Это лекарство для маленькой девочки, которую замучил кашель. У нее отходит много мокроты. К тому же она боится своего отца, он крупный, и у него плохой характер, а страх плохо отражается на здоровье. Что бы ты добавила в миску с ингредиентами? – Она сделала шаг назад от стола и посмотрела на Инну, как учитель на ученицу.
Инна взглянула на заставленные банками полки. Три из них показались ей особенными – вокруг них едва заметно пульсировал слабый свет. большую миску, наполненную травами и листьями.