Глава 2. Хроно-кредит.
Человек появился через час. Настоящий человек, не андроид — по крайней мере, так казалось на первый взгляд. Он был одет в тёмно-синий костюм без единой складки, с голографическим значком на лацкане: песочные часы, внутри которых песчинки текли строго в одном направлении. Эмблема Департамента хронологического учёта.
— Марк Финч? — спросил он, садясь на стул напротив. — Меня зовут инспектор Райан. Я ваш куратор на время реабилитационного периода.
— Куратор? — Марк всё ещё сидел на полу, привалившись спиной к стене. — Звучит как «надзиратель».
— Это не тюрьма, мистер Финч. Пока что, — Райан улыбнулся одними губами. Глаза оставались холодными. — Вы находитесь в Центре хронологической реабилитации. Согласно новому законодательству, каждый пробуждённый имеет право на тридцатидневный испытательный срок. За это время вы должны найти работу, погасить хотя бы часть долга и доказать свою полезность обществу.
— А если не докажу?
— Тогда вас переведут в разряд «хронологически несостоятельных» и применят процедуру изъятия времени. Ваше тело перейдёт в собственность Департамента. Сознание будет отключено. Вы станете... ресурсом.
Марк закрыл глаза. Ему захотелось проснуться. Оказаться дома, в своей старой квартире с протекающим потолком, с коллекторами, названивающими каждый вечер, с Костяным и его паяльником. Там был страх, но страх понятный. А здесь — кошмар, из которого нельзя проснуться.
— Какова сумма моего долга в пересчёте на... что-то более понятное? — спросил он. — Часы? Дни?
Райан достал голографический планшет и провёл по экрану.
— Вы должны триста шестьдесят пять тысяч четыреста двенадцать хроно-кредитов. Один кредит равен одному часу вашего времени. С учётом сна и отдыха, стандартная рабочая неделя составляет сорок кредитов. В год вы можете заработать около двух тысяч. Таким образом, для полного погашения долга вам потребуется примерно сто восемьдесят два года непрерывной работы.
— Но я не проживу столько.
— Именно поэтому система предусматривает альтернативные способы расчёта. Вы можете работать на опасных производствах — там повышенный коэффициент. Можете продавать биологические материалы — органы, кровь, стволовые клетки. Можете участвовать в медицинских экспериментах. Всё это приносит дополнительные кредиты.
— Продавать органы? — Марк нервно рассмеялся. — Вы серьёзно?
— Абсолютно. У вас их много. Печень регенерирует. Почку можно заменить на био-протез. Один глаз стоит около пятидесяти тысяч кредитов. Два глаза — девяносто. Скидка за опт.
Смех застрял в горле. Райан говорил об этом как о покупке подержанной машины.
— Вы чудовище, — прошептал Марк.
— Я — государственный служащий, — поправил Райан. — И, честно говоря, вы ещё легко отделались. До реформы 2130 года должников просто замораживали навсегда. Без пробуждения. Теперь у вас хотя бы есть шанс.
— Шанс стать рабом.
— Шанс остаться живым. Сознательным. Личностью. Это больше, чем имели многие.
Райан встал и протянул Марку небольшой браслет из тёмного металла.
— Это ваш хроно-счётчик. Носите его всегда. Он показывает текущий баланс долга и оставшееся время до истечения испытательного срока. Если цифры станут красными — значит, вы просрочили выплату. Тогда мы вернёмся к разговору об изъятии. Вопросы?
— Один, — Марк взял браслет. — Что случилось с миром, пока я спал?
Райан направился к двери, но на пороге обернулся.
— Ничего хорошего. Мы научились считать время. И поняли, что его всегда не хватает. Особенно таким, как вы.
Дверь закрылась. Марк остался один в пустой комнате. Он надел браслет, и тот загорелся цифрами: 365 412. Долг. И чуть ниже: 29 ДНЕЙ 23 ЧАСА 59 МИНУТ. Испытательный срок.
Тик-так. Время пошло…
Глава 3. Город-улей.
На следующий день Марка выпустили в город. Браслет на запястье стал чем-то вроде паспорта — он открывал двери, оплачивал проезд (добавляя новые кредиты к долгу), отслеживал местоположение. Андроид-сопровождающий выдал ему базовый комплект одежды, карту города и список вакансий, доступных для хронологических должников.
Первое, что поразило Марка — город изменился до неузнаваемости. Не было больше отдельных зданий в привычном понимании. Всё вокруг представляло собой единую структуру — гигантский улей из серого пластика и стекла, пронизанный транспортными трубами, пешеходными галереями, эскалаторами, уходящими на десятки этажей вверх и вниз. Люди двигались потоками, как кровяные тельца в артериях, и каждый носил на запястье такой же браслет.
Время было везде. Огромные голографические табло на стенах показывали не температуру и не новости, а текущие котировки хроно-кредитов. «КУРС НА СЕГОДНЯ: 1 ЧАС = 1.2 КРЕДИТА ПРИ РАБОТЕ В СЕКТОРЕ А. 1 ЧАС = 0.7 КРЕДИТА ПРИ РАБОТЕ В СЕКТОРЕ С. АКЦИИ "ГРАНЬ-НАСЛЕДИЕ" УПАЛИ НА 3 ПУНКТА ПОСЛЕ ВЧЕРАШНЕГО СКАНДАЛА С НЕЛЕГАЛЬНЫМИ КРИОКАПСУЛАМИ».
«Грань-Наследие». Значит, корпорация всё ещё существует. Или её остатки. Марк вспомнил Лукаса Грея — того самого афериста, который построил крупнейшую финансовую пирамиду. Они никогда не встречались, но Марк читал о нём в новостях. Пирамида «Новых Горизонтов», крах, исчезновение. И вот теперь — «Грань-Наследие», акции которой падают из-за скандала с криокапсулами. Наследие оказалось долгим.
Он брёл по галерее, разглядывая витрины. Большинство товаров имели два ценника: в кредитах (обычных, денежных) и в хроно-единицах. Буханка хлеба — 0.2 часа. Чашка кофе — 0.5 часа. Аренда жилья на месяц — 200 часов. Базовый нейроимплант — 5000 часов. Всё можно было купить за время. За своё время.
— Первый раз в городе? — спросил кто-то рядом.
Марк обернулся. Перед ним стоял парень лет двадцати пяти, в потрёпанной куртке и с браслетом, на котором горели жёлтые цифры — не красные, но близко. На плече у него сидел маленький дрон-помощник, собранный, кажется, из подручных материалов.
— С чего вы взяли?
— По взгляду. Вы смотрите на людей так, будто привидений увидели. Крио-турист?
— Должник.
Парень присвистнул.
— Сочувствую. Это хуже. Крио-туристы хотя бы платят за заморозку. А должников просто выбрасывают сюда, как мешки с мусором.
— Вы тоже должник?
— Был. Три года назад. Но я выкупился.
— Выкупился? — Марк недоверчиво посмотрел на его потрёпанную куртку. — Как?
— Долгая история. Если коротко — нашёл работу, которая приносит больше, чем забирает. Это сложно, но возможно. Хотите совет?
— Валяйте.
— Не соглашайтесь на работу в секторе С. Это фабрики, шахты, утилизационные заводы. Там платят гроши, а выматывают так, что через пять лет вас просто отключат и пустят на органы. Ищите работу в секторе А. Или, ещё лучше, в теневом секторе.
— Теневой сектор?
Парень понизил голос.
— Нелегальный рынок. Там не спрашивают хроно-браслеты. Там платят наличными. Или временем, но по чёрному курсу. Он выше официального в три раза. Но и риск соответствующий. Если поймают — сразу изъятие.
— Почему вы мне это рассказываете?
— Потому что вы напоминаете мне себя три года назад, — парень протянул руку. — Меня зовут Йен. Если выживете первый месяц — найдите меня в баре «Последний шанс». Это в подземном уровне, сектор Дельта-4. Там собираются такие, как мы. Бывшие должники. Крио-туристы. Носители. Те, кто не вписался в систему.
— Носители? — переспросил Марк. Это слово было ему знакомо. Кажется, он читал что-то в файлах, мелькавших на голографических табло.
— Люди с внедрённым сознанием. Жертвы экспериментов «Грани». Слышали про Алису Волкову? Про Элиана? Про Третьего?
— Нет. Я проспал сто лет.
— Тогда вам точно нужно в «Последний шанс». Там расскажут всё. А пока — удачи. Она вам понадобится.
Йен растворился в толпе. Марк остался стоять посреди галереи, сжимая в руке список вакансий. Сектор А. Сектор С. Теневой сектор. Выбор, который определит всю его оставшуюся жизнь. Или то, что от неё осталось.
Он посмотрел на браслет.
364 981.
Долг уменьшился на четыреста с лишним кредитов — списали за еду и проезд. Долг рос быстрее, чем он мог его погасить.
Тик-так.
Продолжение тут 👇