Исповедь без епитимьи. Как нейросеть стала духовником для тех, кто устал от родственников. Испокон веков у женщин было два места для исповеди: кухня и разговор с мамой. Кухня выдерживала всё. Мама — не всегда. Потому что мама — это любовь, замешанная на тревоге и многолетнем опыте непрошенных советов. «Мам, я, кажется, разлюбила мужа».
— Ты что, с ума сошла?! А дети? А ипотека? А что люди скажут?! «Мам, я устала».
— А я тебе говорила, не надо было уходить с госслужбы! «Мам, я просто хочу, чтобы меня обняли и ничего не говорили».
— Так, всё ясно, это твой муж тебя довёл. Я ему сейчас позвоню. Знакомо? И вот появляется ОНО. Окно чата. Белое поле. Курсор. И ты пишешь: «Я больше не люблю своего мужа. Но мне страшно». И в ответ приходит не «ты дура», а «это тяжёлое признание. Хочешь, мы вместе подумаем, что делать?» Анонимность — это не просто отсутствие имени. Это отсутствие последствий. Ты можешь быть слабой, злой, неудобной, растерянной — и тебя не осудят. Тебя не запомнят. Тебе не прип