Три ночи — нет, уже четыре. Гуглю «шевеления на 27 неделе норма».
Не первый раз за вечер. Шестой.
Плюша смотрит с табуретки как психотерапевт за пять тысяч в час — молча, с осуждением. Ну вот, хоть кто-то держит лицо.
Все вокруг светятся, а я — гуглю
В инстаграме у девочки из старой работы — седьмой месяц, белое платье, поле, муж целует живот. Подпись: «благодарю за это чудо».
Я благодарю за то, что меня не вырвало в маршрутке.
Разные весовые категории, короче.
«Слушай, а вдруг со мной что-то не так?» — Саша поднял глаза от телефона. — «Почему я вообще не порхаю?» — «Потому что ты нормальная», — сказал он и зевнул. Спасибо, дорогой.
Короче. Мне 31. Первый ребёнок. И у меня внутри — не благодать, а вечный чек-лист тревоги.
Что на самом деле в голове у тревожной первородящей
- успела ли выпить фолиевую сегодня или это было вчера — блин, опять не помню
- нормально ли что живот то твёрдый то мягкий
- а если засну на спине и что-то случится
- почему пинался утром и молчит уже два часа — это много или нет
- ВСЁ ЛИ С НИМ ОК ВООБЩЕ, я спрашиваю
И так — по кругу. С перерывом на изжогу.
Ему легко — он не носит внутри себя другого человека.
Почему чужие «идеальные» беременности — это вранье
Не вранье даже. Просто витрина.
Никто не выкладывает сторис «полтора часа ревела, потому что забыла как он шевелился вчера». Никто не пишет «боюсь, что не полюблю его сразу». А я вот — боюсь. Вслух говорю первый раз.
А я боюсь.
«Все как-то справляются. Почему именно мне так страшно?»
Потом он толкается — резко, в ребро. И я выдыхаю. На пятнадцать минут.
Потом по новой.
Кстати, может, это и есть моя версия благодати — пятнадцать минут тишины между приступами «а вдруг».
Не поле. Не белое платье. Кухня, чай, кошка, толчок в ребро.
Сойдёт.
А вы как — порхали или тоже гуглили в три ночи? Расскажите. Мне правда важно знать, что я не одна такая 🫠