В советском городе на улицу выходит огромный слон, за ним бегут толпы людей, военные перекрывают дорогу бронетехникой, а потом животное убивают на глазах у горожан. Но в Ереване этот день помнили десятилетиями.
Слон, которого война занесла в Армению
По распространённой версии, Вова родился в Индии примерно в 1930 году и ещё совсем маленьким попал в СССР. Такие животные тогда часто становились частью зоопарков, передвижных выставок или цирковых программ. Слон был редким зрелищем, особенно для детей: огромный, умный, почти сказочный зверь, которого можно увидеть не в книжке, а рядом.
С Вовой работал дрессировщик Иван Щербань. В цирке больших успехов слон, по воспоминаниям, не показал: сложные номера давались ему плохо, зато с человеком он привязался крепко. Щербань стал для него не просто смотрителем, а тем единственным человеком, которому Вова доверял и которого слушался.
Когда началась Великая Отечественная война, животных из зоопарков и цирковых хозяйств спешно распределяли по разным городам. Но слона нельзя было просто посадить в обычный грузовик. Для него нужен был специальный транспорт, а в 1941 году страна решала совсем другие задачи.
Тогда, как рассказывают, Щербань повёл Вову пешком из Украины на юг. Это была вынужденная эвакуация: дороги, беженцы, военная неразбериха, голод, обстрелы. В одной из самых известных версий этой истории говорится, что во время налёта Вова прикрыл дрессировщика своим телом. Документально такие детали сегодня проверить трудно, но сама связка «человек и слон» в памяти ереванцев стала почти легендой.
Осенью 1941 года Вова оказался в Ереване. Зоопарк тогда ещё только формировался, нормальной готовой инфраструктуры для такого животного не было. Но слона оставили. Так началась его долгая ереванская жизнь.
Почему Вова стал городским любимцем
В послевоенные годы Вова превратился в одну из живых достопримечательностей Еревана. Для детей он был не просто животным из зоопарка, а почти знакомым персонажем: его видели, обсуждали, к нему ходили семьями. В те годы зоопарк часто воспринимался не как место сохранения видов, а как городской праздник, где редких зверей показывали публике.
Но слон — не памятник и не экспонат. Это огромное, социальное и очень сложное животное. Взрослый азиатский слон может съедать в день около 150 килограммов растительной пищи. Ему нужны движение, простор, постоянное занятие, правильный рацион, вода, уход за ногами, зубами и кожей. Если всего этого не хватает, проблемы копятся годами.
С Вовой, судя по воспоминаниям, именно это и происходило. Он вырос, его потребности стали больше, а условия оставались ограниченными. Писали, что слону не хватало корма, и он объедал всю зелень, до которой мог дотянуться хоботом. Потом начал выходить к склону рядом с зоопарком, где была трава. Сначала это выглядело как вынужденная поблажка: животное выпускали пастись, а вечером Щербань возвращал его обратно.
Так появилась опасная привычка. Слон привык, что граница вольера не окончательная. Он знал, где можно найти еду, и понимал, что человек, которому он доверяет, всё равно потом приведёт его домой. Пока рядом был Щербань и пока Вова подчинялся, система держалась. Но такая система держится только до первого сбоя.
День, когда всё пошло не так
Трагедия произошла 28 июня 1970 года. Вова снова оказался не в вольере. По одной версии, он вышел пастись и отказался возвращаться. По другой — утром его уже не нашли на месте. Есть рассказы о празднике в зоопарке, о позднем возвращении, о попытках завести его обратно, о цепи, водовозе и силовом способе удержать животное. Детали в разных пересказах расходятся, но общий ход событий понятен: Вова перестал слушаться.
Работники пытались вернуть слона на территорию зоопарка. Для такого животного грубая сила почти бесполезна: если многотонный слон не хочет идти, его нельзя «просто потянуть». Попытки удержать или подтолкнуть его только усиливали раздражение.
Вова вырвался и спустился к проспекту Мясникяна. Для города это уже была не зоопарковская проблема, а чрезвычайная ситуация. На улице оказался взрослый слон — испуганный, возбуждённый, возможно, испытывавший боль. Вокруг быстро собралась толпа. Люди бежали смотреть, потому что такое бывает раз в жизни. Но толпа только делала ситуацию опаснее.
Слон подходил к машинам, повреждал транспорт, пугал водителей и пассажиров. В пересказах часто появляется эпизод с троллейбусом: Вова упёрся в него, люди внутри закричали, водитель попытался уехать, а животное ещё сильнее разозлилось. Есть версия, что затем он ударил по автомобилю и повредил бивень. Для слона такая травма — сильнейшая боль. После этого управлять им стало почти невозможно.
Почему решили стрелять
Потому что власти сочли его прямой угрозой для людей.
Слон двигался по городской улице. Его не могли загнать обратно. Рядом были машины, пассажиры, случайные прохожие, зеваки, дети. Если бы Вова добрался до более плотной части города, последствия могли быть страшными. Даже не нападая специально, взрослый слон способен раздавить автомобиль, перевернуть препятствие, снести ограждение и покалечить человека одним движением.
Сегодня в подобных случаях стараются использовать транквилизаторы, ветеринарные группы, заранее разработанные планы отлова. Но в Ереване 1970 года такой готовой системы, по сути, не было. У города не оказалось безопасного способа быстро обездвижить многотонное животное среди людей.
На место вывели военных. По воспоминаниям, дорогу Вове перекрывали танкисты или бронетехника, чтобы не дать ему уйти дальше. Сначала пытались остановить, оттеснить, вернуть к зоопарку. Но чем дольше всё продолжалось, тем опаснее становилась обстановка.
В итоге было принято решение стрелять. Пули не остановили слона сразу. Раненое животное стало ещё опаснее и ещё больше мучилось. В некоторых версиях говорится, что после автоматного огня пытались использовать бронемашину или танковый выстрел; в других — что слона добивали уже у входа в зоопарк. Точная последовательность деталей в народной памяти расплылась, но результат был один: Вова погиб.
Почему эта смерть стала такой болезненной для города
Сама гибель слона была страшной. Но ещё страшнее было то, что всё происходило публично. На улицах стояли люди. Многие знали Вову с детства. Для них это был не «опасный объект», а живой символ зоопарка.
Рядом был и Иван Щербань. Для него Вова был не просто животным по работе. Они прошли войну, эвакуацию, десятилетия рядом. По воспоминаниям, после смерти слона дрессировщик потерял сознание. Даже если часть этой истории со временем стала легендой, сама её суть понятна: человек увидел гибель существа, с которым был связан почти всю жизнь.
После трагедии в советской печати, по воспоминаниям очевидцев и поздним публикациям, не стали подробно рассказывать, что произошло. Версия для газет была мягче: сбежавшего слона якобы удалось вернуть в вольер. Для советской публичной картины мира история выглядела слишком неудобно: любимца детей убили военные на глазах у города, а зоопарк и власти оказались не готовы к ситуации, которую сами же годами создавали.
Был ли Вова “виноват”
Говорить, что слона расстреляли «за буйство», нельзя. Вова не был преступником. Он был диким животным, которое десятилетиями жило в человеческих условиях и однажды перестало выдерживать эту систему.
Причины его поведения до конца не установлены. Называют несколько версий: хронический голод, тесноту, боль от повреждённого бивня, возможные проблемы со здоровьем, одиночество после потери самки, испуг из-за людей и машин. Некоторые рассказы упоминают камни в почках, которые якобы нашли после вскрытия, и сильную боль, способную вызвать резкую агрессию. Проверить все эти детали сейчас сложно, поэтому
Подписывайтесь на нашу группу VK, там мы публикуем интересные видео о технологиях и не только.