Не успела Наталья выйти из душа и обернуться полотенцем, как в дверь её квартиры кто-то громко постучал.
«Странно, есть же звонок», – подумала женщина и, запахнув широкое махровое полотенце потуже, подошла и посмотрела в глазок.
По ту сторону, сквозь призму округлённого стекла, перед её глазами предстал худенький мальчишка, возрастом чуть старше её сына. Это был его дворовый друг Славка. По бледному детскому лицу было видно, что он чем-то сильно напуган..
– Кто там? – автоматически спросила она, на что незваный гость, тяжело дыша, ответил:
– Теть Наташ, это я, Славик. Теть Наташ, откройте.
– Я не одета, подожди минуточку, – ответила было женщина, но ребёнок заголосил ещё громче, чем прежде:
– Теть Наташ, нет времени, там Валерке плохо!
Услышав заветное имя, Наталья напряглась, мгновенно изменившись в лице. Трясущимися от волнения руками она повернула ручку замка, оттолкнув от себя открывшуюся тяжёлую дверь.
– Что ты говоришь, что случилось?
– Говорю же, там Валере плохо, – прерывисто ответил мальчишка, переводя дух после пробежки по лестнице на пятый этаж, – он там, на площадке во дворе.
По спине разгорячённой после душа женщины от макушки до самых пят пробежал холодок страха. На секунду оторопев, она прижала ладонь ко рту, а на глазах проступили слёзы.
– Где он, что с ним? Говори! Боже, только не молчи, говори!
Набрав в грудь воздуха, Слава торопливо повторил:
– Там, на площадке, на лавочке лежит, плохо ему.
– Я сейчас, минутку, – бросила Наталья, кинувшись в комнату, чтобы быстро на себя что-то надеть.
Прошло полминуты, и молодая мама, наспех натянув на себя махровый халат, стремительно бросилась на площадку, а затем на лестницу.
Перепрыгивая через ступеньки, женщина побежала вниз и, быстро добравшись до первого этажа, выскочила на улицу.
В лицо мгновенно ударил прохладный осенний ветер.
Стараясь не обращать на него никакого внимания, Наташа устремилась в указанном направлении.
Пробежав вдоль рядов плотно припаркованных друг за другом машин да завернув за угол, через мгновенье она оказалась на той самой детской площадке, о которой говорил Славик.
– Что, что с моим сыном? – прокричала Наташа, увидев небольшую толпу людей, стоящих полукругом возле одной из лавочек.
Заприметив мать, собравшиеся притихли, тут же устремив взгляды в её сторону.
Сделав шаг вперёд, Наталья увидела самую страшную в своей жизни картину. В полуметре от неё на лавочке, с закрытыми глазами, на правом боку лежал её девятилетний сын Валера. Он почему-то тяжело дышал. Его лицо было бледным, осунувшимся, с отчего-то впавшими глазами и посиневшими губами.
– Что, я тебя спрашиваю, что случилось? – повернулась она лицом к стоявшей рядом с ней пенсионерке. Это была её мать и одновременно бабушка Валеры — Клавдия.
– Я, я не знаю, – явно волнуясь, трясясь от страха, ответила пожилая женщина, – мы стояли, разговаривали, а дети играли рядом. Потом подошёл Слава, – она кивнула на друга Валеры, – они стали бегать, и в какой-то момент Валерка схватился рукой за шею, потом за плечо, вскрикнул, упал на колени и заплакал. Потом встал, прошёл пару шагов, пошатнулся и снова начал падать. Сергей Михайлович, – она кивнула на стоявшего всё там же рядом пожилого соседа, – успел его подхватить.
– Да, Наташ, – вступил в разговор статный седовласый мужчина, – успел, перенёс на лавочку, он сначала плакал, говорил, что больно, а как ты прибежала, уже затих.
Рыдающая и ничего не понимающая мать, опустившись коленями на грязный песок, обняла своего безмолвного сына, не в силах что-либо сказать.
Спустя миг где-то вдали послышался приближающийся гул сирены скорой помощи. Прошло ещё пару минут, прежде чем во двор, скрипя проржавевшими рессорами да моргая синим цветом проблесковых маяков, заехала отечественная белоснежная карета с красным крестом на капоте.
Едва она остановилась, как из неё тут же выпрыгнули двое мужчин в одинаковых синих куртках. Обойдя припаркованные друг за другом автомобили, они, держа в руках различные сумки, зашли на детскую площадку.
– Граждане, расступитесь, граждане, дайте пройти, дорогу, – молвил один из врачей, стараясь протиснуться сквозь ряды толпившегося народа.
Наконец, когда им это удалось, тот, что выглядел постарше, вероятно, оценив сложную обстановку, обернулся и крикнул в сторону водителя:
– Андрюха! Давай каталку, быстро!
– Что с ним, что с моим мальчиком? – женщина бросилась к работнику «03», хватаясь рукой за рукав его куртки.
– Не знаю, подождите, надо разобраться, вы мать?
– Да, – всхлипывая и размазывая слёзы по лицу, ответила Наталья.
– Как вас зовут?
– Наташа.
– Значит, Наталья, вы идёте с нами, а все остальные, – он обвёл толпу глазами, – на месте. Саш, – обернулся доктор на своего помощника, – фиксируй.
Фельдшер послушно кивнул, принявшись за привычное дело.
Думаю, многие из вас уже догадались, что этой бригадой была наша с доктором Витей.
В общем, как только водитель прикатил грохочущую своими внутренними механизмами каталку, так сразу мы, с должной осторожностью взяв мальчика на руки, переложили его на неё, зафиксировали, чтобы он не упал, и покатили в сторону нашей машины.
Оказавшись в салоне, Витя первым делом крикнул водителю:
– Врубай печку, а то задубеем.
Спустя секунды послышалось тихое шипение, и внутрь откуда-то снизу начал поступать тёплый воздух.
Так, теперь можно снять куртки и осмотреться.
Салон нашей ласточки — это довольно узкое пространство, и двум таким «колобкам», как мы с Витей, развернуться крайне непросто, тем более если разместить ещё кого-то третьего, поэтому мама мальчика была посажена в кабину к водителю. Оставить её на улице тоже было нельзя, так как она была одета, мягко говоря, как-то не по погоде, того и гляди, вполне могла заболеть.
В общем, открыв переговорное окошко между кабиной и салоном, мы начали оказывать помощь, а доктор параллельно задавал матери уточняющие вопросы.
Пока Витя интересовался тем, что здесь случилось, я выполнял свои привычные фельдшерские манипуляции, по завершении которых доктор спросил:
– Ну что там?
– Давление не слышу, пульс частый, где-то больше 120, нитевидный, сатурация — ноль, одышка где-то под 40, температура — 38,2, но, Вить, катаральных не вижу, сахар — 4,7, – рапортовал я ему выявленные значения.
Доктор нахмурился.
– А ну-ка, помоги мне раздеть его.
Едва мы начали активно двигать малыша, как он стал этому противиться, хватаясь сжатыми в кулак руками за края куртки, тем самым не давая её с себя снять. При этом он продолжал оставаться без сознания...
Конец 1-й части истории.
Буду рад оценке и вашему мнению на её счет.
Ну, а вся правда откроется во второй по этой ссылке:
➡️ ПРОДОЛЖЕНИЕ В КЛУБЕ ИСТОРИЙ СМП IV УРОВНЯ
Как открыть, если не открывается:
Шаг 1. Копия и вставка ссылки ниже в поиск любого браузера.
https://dzen.ru/a/agBDGOzFZmcWavQY
Шаг 2. Подключение к клубу историй в Дзен.
Шаг 3. После — свободное чтение.
В клубе можно найти более великое множество детективных эпизодов, где неочевидные симптомы скрывают сложные диагнозы, а самые безобидные оплошности могут стоить жизни. Присоединяйтесь и будьте здоровы!