Когда началось улюлюканье и стали доноситься первые реплики гостей, она сразу поняла: дело совсем плохо. Вокруг стоял теплый, душный вечер, и между кустами то тут, то там горели факелы — зрелище явно рассчитанное на гостей с любовью к театральным эффектам. Запах ночных цветов смешался с терпким дымом, а в воздухе разливалось ощущение зловещего спектакля.
Метрах в пяти от нее все еще пасся тот самый олень — видно было, что он ничего не подозревает, хоть и водил настороженно ухом. Оля оглянулась, но забор, ощетинившийся острыми колючками, намекал, что отсюда без разрешения хозяина не выберешься. Гостей было немного, но каждый выглядел так, будто специально для него подбирали VIP-место, чтобы было удобно наблюдать за происходящим, как за парадом редких животных.
Мафиози, конечно же, не упустил момента объявить начало "развлечения". Он повернулся к ней с ухмылкой, от которой его лицо сразу стало похожим на карикатуру — не хватало только таблички “Главный злодей года”. Ее взгляд остановился на нем, а он торжественно, как римский император, произнес:
— Сегодня у нас развлечение в лучших традициях древнего Рима. Красавица, можешь бегать и визжать, — сказал он, оттягивая каждое слово, как будто смакуя, — но кругом забор, и выйти отсюда у тебя шансов нет. А мой "особенный гость" уже ожидает начала.
Оля, конечно, не была специалистом по истории, но даже ее фантазии хватило, чтобы понять: "особенный гость" явно не будет ей рад.
Мафиози сделал несколько неторопливых шагов вдоль лоджии, с тем особым выражением лица, которое бывает у людей, когда они знают, что публика не посмеет возразить. Он остановился напротив Оли, окинул ее взглядом и чуть склонил голову, будто собирался доверительно поведать ей нечто удивительное. Ухмылка на его лице стала шире, и в голосе скользнула фальшивая забота:
— Красавица, думаю, тебе придется немного побегать. Это будет весело, — он протянул слова с такой интонацией, что Оля невольно напряглась, понимая, что понятия не имеет, к чему ей нужно быть готовой.
Оля стиснула зубы. Все в ней протестовало против этой наигранной "любезности". Даже его слова казались репетицией, будто он стоял перед зеркалом и, подобрав идеальный угол ухмылки, принялся за актерскую работу. Но что-то внутри нее уже напряглось: она интуитивно понимала, что все эти речи — не просто дешевое театральное шоу, и что он ничуть не шутит и играет понарошку.
— Только не заставляй меня слишком скучать, — добавил он тоном хозяина положения, — У моих гостей большие ожидания на сегодняшний вечер, надеюсь, ты их оправдаешь, милая.
В этот момент его глаза на мгновение блеснули, и он сделал жест охранникам, которые до сих пор стояли в стороне, словно ожидая его команды. Все произошло так быстро, что Оля даже не успела испугаться: один из них шагнул к клетке, стоящей чуть дальше в тени деревьев, (странно, что она раньше не увидела этот вальер) и засов в дверце громко щелкнул. Металл скрипнул, и клетка медленно раскрылась, а ее обитатель, большой белый тигр, вышел наружу, на мгновение застыл, всматриваясь в сад из своего темного укрытия, как если бы сам оценивал обстановку.
Оля едва дышала, стоя посреди этой импровизированной арены и понимая, что ее действительно ждет нешуточное испытание. Ее взгляд метался между мафиози, который, казалось, наслаждался происходящим, и огромным зверем, который теперь медленно приближался.
Оля не могла отвести глаз от белого тигра, который стоял неподвижно, как и она, озлобленно оскалившись, будто ему, как и всем в этом месте, уже изрядно надоел вечерний спектакль. Шаг за шагом он приближался, то ли лениво, то ли с какой-то опасной задумчивостью, а у нее внутри все похолодело. Это был похожий с тем, которого она видела на заброшенной ферме, тигр. И сейчас этот дикий зверь медленно переходил от одного острого факела к другому, с опасной небрежностью оглядывая сцену.
Олень, пасшийся чуть дальше, внезапно поднял голову, глядя на приближающегося хищника, и, будто получив сигнал, сорвался с места и рванул в сторону. Оля услышала быстрый шорох травы, а затем и звенящую тишину, нависшую над садом. Все взгляды устремились на нее, как будто зрители шоу ждали ее следующего шага. Она поняла: если и она побежит, это будет началом конца. Ее конца.
Мафиози ухмыльнулся, облокотившись на невысокий барьер и скрестив руки на груди. Он был в ударе, наслаждаясь моментом, и выражение его лица почти насмешливо шептало: "Ну, давай же, удиви нас". Это был тот взгляд, который говорят, всегда присущ хищнику, играющему с добычей. Он знал, что она понимает, что ее единственный шанс выжить — не двигаться. И эта его предвкушающая ухмылка, и ожидание вокруг только подстегнули ее.
Оля заставила себя дышать медленнее, как будто все происходящее было просто частью ее обычного, стандартного вечера, а не каким-то диким спектаклем с тигром и оленьим визгом. "Ну нет," — подумала она, — "такой финал я вам не устрою".
Оля застыла на месте, едва дыша. Сердце так и рвалось в галоп, подталкивая к панике, но в голове отчетливо звучал одинокий здравый смысл: бежать нельзя. Она уже знала, что произойдет с оленем — инстинкт подвел его в самый неподходящий момент. Бежать здесь — значит навлечь на себя внимание хищника, который давно привык к игре на чужом страхе. А ее страх сейчас был основой для "шоу".
Мафиози продолжал пристально смотреть на нее, словно подталкивая к тому, чтобы она сорвалась с места, как и олень. Гости рядом с ним перешептывались и наблюдали, кто с напряженным интересом, а кто с азартным блеском в глазах. Вся эта публика, скорее всего, давно не видела настоящей опасности, все больше прячась за своими миллионами и крепкими стенами. Ее в них сегодня поселили лишь для развлечения.
Оля сглотнула, осознавая, что у нее сейчас один-единственный шанс — подчиниться не инстинкту самосохранения, а именно инстинкту сопротивляться. Ее разум говорил: стой, покажи, что у тебя тоже есть воля. Она напряглась, почти физически ощущая в себе сопротивление, и решила сыграть так, как никто от нее не ожидал.
Медленно, едва заметно, она сделала шаг вперед, затем еще один. Боль в животе от страха лишь усилилась, но она не остановилась, твердо глядя тигру в глаза. "Спокойно, — приказала она себе, — как с кошкой во дворе." Тигр, поймав ее взгляд, словно замер. Хищник смотрел на нее с той самой ленивой внимательностью, с какой звери оценивают что-то, с чем не сразу понимают, что делать.
Она двинулась чуть ближе, и тигр не двинулся с места. Он смотрел на нее, будто тоже задаваясь вопросом, что тут вообще происходит. Тигр был хищником, но явно измотанным, возможно, даже запуганным таким же, как и она, странным местом, где страхами и волей управляют люди. И в этот момент она почувствовала к нему нечто странное — не страх, а что-то вроде печального понимания.
Оля замедлила шаг, стараясь идти спокойно, как будто перед ней был обычный питомец, а не огромный белый тигр с блестящей шкурой и тяжелыми лапами, чья каждая мышца была готова к броску. Она выпрямилась, стараясь не выглядеть запуганной. Как бы нелепо это ни выглядело, ее внутренний голос настаивал: если показывать страх — конец. На фоне густой тишины, пропитанной вниманием мафиози и его гостей, она тихо, но твердо начала говорить, обращаясь к тигру как к знакомому, который забрел не туда и тоже немного потерялся.
— Спокойно… все хорошо, — шептала она, стараясь, чтобы голос не дрогнул. Она говорила едва слышно, тихо, как если бы пыталась убаюкать самого себя, но это странное чувство связи, которое пробудилось в ее груди, не давало ей остановиться, — ты не один… — она слышала, как эти слова звучат нелепо, но все равно не останавливалась.
Тигр замедлился, его движения стали еще ленивее. Он, как показалось Оле, уловил ее тон, ощутил ее уверенность, и она сама не заметила, как подошла ближе. Внимание зверя сосредоточилось на ней, словно он тоже теперь ждал ее действий.
И в этот момент Оля заметила тяжелый кожаный ошейник на его шее. Массивный, грубый, словно специально сделанный, чтобы наглядно обозначить его пленение. Весь вид зверя — его злобные глаза, непокорная осанка — словно кричали, что ошейник был оковами, и на долю секунды она почувствовала, что понимает его, как никто из окружающих. Ей отчаянно захотелось освободить тигра от этого позорного украшения, словно их двоих тянула вниз одна и та же цепь.
Оля задержала дыхание, глядя на этот огромный неуместный ошейник, который обвивал шею тигра, как строгий галстук, надетый по приказу начальства. Смущенный своей новой ролью "циркового животного", зверь застыл перед ней, и, кажется, сам не знал, что делать дальше. Секунду назад Оля была уверена, что ее план сработает — или хотя бы ей удастся не дать ногам развернуться и броситься в панике. Но теперь они стояли друг перед другом, и никто не знал, кто кого должен бояться больше.
Она медленно подняла руку и потянулась к ошейнику, будто снимая с головы этот нелепый "наряд" — такое украшение точно было придумано для тиранов, а не для благородных хищников. Она, конечно, и сама понимала, как глупо выглядит: обычная девушка с нервами, натянутыми как струны, и с храбростью, которой, казалось, не хватило бы даже, чтобы заплатить за ее билет домой.
— Ну, дружок, ты явно не фанат этого "аксессуара", да? — пробормотала она с самой невинной интонацией, будто говорит с котенком.
Тигр продолжал смотреть на нее, его глаза как будто говорили: "Ты серьезно? Сначала меня тащат в клетке для шоу, а теперь ты — с теплыми словами и подбадривающей улыбкой?" Но в глазах его сверкнула какая-то странная мягкость. Оля, не давая себе передумать, потянула за ошейник, снимая с тигра последнее, что связывало его с этой дурацкой сценой.
Едва кожаная "цепь" упала на землю, тигр встряхнулся, как если бы наконец сбросил с себя роль циркового артиста.
Оля едва успела отстраниться от тигра, как по толпе прошел волной громкий возмущенный шепот. Мафиози, до этого момента хладнокровный и самоуверенный, буквально застыл. На его лице появилось выражение такого неподдельного ужаса, будто он неожиданно обнаружил, что тигр – не единственный хищник на этой арене. Самоуверенность из него выветривалась с такой скоростью, словно кто-то поставил на нее метлу. Лицо его медленно меняло оттенок от белого до бордового, как будто под ним пробежалась горячая волна. Кто-то из гостей закрыл рот рукой, кто-то обменялся смущенным взглядом с соседом. Дружеский, пафосный вечерний "забег", казалось, грозил превратиться в настоящий скандал.
Мафиози вперился взглядом в Олю с таким видом, будто хотел бы не просто ее выпроводить, а буквально испепелить одним только намерением. Видимо, зрелище обычной девушки, спокойной и даже по-своему решительной, не слишком вписывалось в его тщательно спланированный "забавный" вечер со смертельным номером в финале. Еще минута — и казалось, он действительно начнет топать ногами, как ребенок, у которого забрали самое любимое. Картину безупречного злодея нарушала простая, совершенно человеческая обида: его лишили самого главного, шоу, к которому он готовился и которым собирался впечатлить своих гостей.
Оля услышала, как он яростно зарычал, сыпанув парой ругательств, которые явно выходили за рамки ее школьного словаря. Это прозвучало как "что угодно — только не это!", и его лицо стремительно налилось раздраженным красным, как будто на него плеснули сковородкой раскаленного масла. Весь вечер, по его плану, шел к блестящей развязке, а вместо этого перед его гостями разыгрывалась какая-то трогательная драма спасения тигра, и более того — главным героем оказывался явно не он.
С лицом человека, которому решительно нечего терять, он развернулся к одному из своих охранников и выхватил у того массивное ружье. "Спектакль" с тигром и девушкой, похоже, становился слишком "живым" для его вкусов, и, кажется, мафиози принялся превращать вечернее развлечение в настоящую охоту. Силуэт его выглядел внушительно, даже пугающе, если бы Оля, конечно, вообще его видела бы в этот момент. Однако вместо этого ее взгляд фокусировался на каждом неловком движении этого явно выбитого из колеи человека.
Подняв тяжелое ружье, мафиози взялся за приклад, прицеливаясь с холодной решимостью, которую всегда показывают злодеи в дешевых боевиках. Будто объясняя своим подручным, как правильно стрелять на поражение, он почти прошипел, глядя на нее в упор:
— Ну все, доигралась. Сейчас ты у меня и правда станешь мишенью!
Оля застыла, внутренне чувствуя, что любая прежняя "романтика сафари" на этом закончилась.
Она замерла, чувствуя, как время растянулось, будто на замедленной съемке. Мафиози стоял с ружьем, направленным прямо на нее и на тигра, который, видимо, тоже успел понять: хорошего вечера ждать не стоит. Гости застыли, как на выставке восковых фигур, и по их лицам скользила смесь замешательства и явного страха. Еще миг — и будет выстрел.
Но тут, прямо из ночной темноты, прозвучал гулкий рев моторов. Оля заметила свет фар, пробивавшихся сквозь густые кусты, и в этот момент шум прорезал вечер, словно раскаленное лезвие. В следующее мгновение сад осветили яркие огни, проблесковые маячки вспыхнули со всех сторон. В сад ворвались люди в форме, да еще с такой серьезностью, как если бы их пригласили на премьеру боевика в главной роли. Их лица выражали то самое настроение, с которым полицейские любят появляться на вечеринке: они не из тех, кого можно оставить без внимания.
Мафиози резко развернулся, еще пытаясь сохранять видимость контроля, но его лицо выдавало растерянность. В этот момент он был похож на человека, который до последнего надеялся, что его шалость останется незамеченной. Его оружие выглядело теперь так же нелепо, как и сам вечер. Двое полицейских, не теряя времени, молча подступили к нему, а один ловко вырвал ружье из его рук, оставив мафиози не просто безоружным, но и без всякого остатка былой самоуверенности. Гости тем временем принялись тихо, но стремительно рассасываться по сторонам, словно не были частью этого спектакля.
Оля вдруг почувствовала, как из нее уходит напряжение, но тут ее взгляд выхватил знакомое лицо в толпе людей. Александр! Он бросился к ней, и в этот момент ее ноги предательски подкашивались, как будто именно теперь она почувствовала, как велика была вся эта абсурдная нагрузка. Она сделала один шаг ему навстречу, и все поплыло перед глазами, затем свет и шум резко стихли. Все, что она успела понять перед тем, как потерять сознание, — это как Александр подхватил ее на руки и прижал к себе, словно опасаясь, что и ее тоже могут отнять...
Оля медленно открыла глаза и сразу почувствовала под собой мягкость отельной подушки, такой, которую она, кажется, в последний раз видела целую вечность назад. Ее окружали уже знакомые ей стены, пестрая занавеска на окне, чемодан у изножья кровати — будто бы вся ее ночная драма с мафией и тиграми просто растворилась в воздухе. Она даже на секунду засомневалась, что все это произошло на самом деле. Может, это просто "кипрский" сон, результат перегрева на солнце или что-то в этом роде?
— Жива, — с улыбкой и легкой издевкой проговорил Александр, сидевший рядом. Оля уже и забыла, что он еще здесь, — и звери, кстати, тоже, — добавил Саша с таким спокойствием, будто по ночам спасать животных и разбираться с мафией для него обычное дело, вроде как зубы почистить.
Оля села на кровати, вглядываясь в его лицо. Какой-то жуткий парадокс: так запросто сидит, как будто они каждый день обсуждают тигров и спасение мира.
— А мафия? — с трудом выговорила она, будто все еще не веря, что вышла из воды сухой, и теперь ей ничего уже не грозит.
Александр усмехнулся, как человек, который готовился к этому вопросу, и мягко махнул рукой, как бы заверяя ее, что мафия теперь — вопрос из разряда "чего волноваться".
— В надежных руках, — пояснил он, как будто лично на это проследил и не одну сотню раз, — и больше тебе беспокоиться не о чем.
Глаза его чуть прищурились, и Оля вдруг почувствовала, что все тревоги, суматоха и дикие приключения, от которых хотелось на всякий случай держаться подальше, — все это сейчас почему-то не казалось таким уж пугающим.
Александр, похоже, был не из тех, кто любит долго ходить вокруг да около. Чуть наклонившись к Оле, он сказал с видом человека, который вот-вот раскроет какой-то заговор века:
— Ты ведь понимаешь, что такая храбрость просто обязана быть к делу пристроена?
Оля нахмурилась, все еще не успев вернуться в привычный режим: "тихая студентка из небольшого городка". Это что, серьезное предложение? Александр продолжил, не обращая внимания на ее растерянное лицо:
— Мы могли бы работать вместе. Путешествия, спасение редких зверей, погоня за браконьерами и иногда — мафией. Как тебе перспектива? — его глаза чуть прищурились, а в голосе явно слышался оттенок авантюры.
"Работать вместе", "спасение", "погоня" — слова крутились в ее голове, разбивая картину ее прежней спокойной жизни на яркие, почти мультипликационные сцены с ней в главной роли, в каске и с какой-нибудь медицинской сумкой наперевес. Оля не могла решить, смеяться ей или всерьез обдумывать то, что он ей предлагает.
Оля лежала, глядя в потолок, а в голове шумел самый настоящий ураган. Ей только что предложили что-то, похожее на сценарий для документального фильма о храбрецах, путешествующих по миру, спасая зверей от злодеев, браконьеров и мафиози. Все это звучало невероятно, как будто ее вдруг позвали играть в супергероев, а на нее тут же надели плащ и маску. Она попыталась представить себя в этой новой жизни, где она не просто ветеринар, а почти что тайный агент, помогающий спасать исчезающих зверей. Прекрасные закаты, редкие животные, опасные приключения — это все обещало романтику, но и тревожило до головокружения.
Она украдкой взглянула на Александра, который сидел рядом с совершенно спокойным видом, будто это самое обычное предложение, какое только можно сделать знакомой девушке. Вот он, казалось, уже и представлял, как они вместе будут разъезжать по миру, находить редких животных, заботливо вытаскивать их из лап врагов, и, конечно же, порой убегать от совсем недоброжелательных людей.
Ее привычная жизнь — тишина библиотеки, учебные практики в веткабинете, да и простая прогулка с Николаем — все это сейчас казалось чем-то таким… далеким, будто все это осталось на другой планете. Она закрыла глаза и на секунду попыталась представить все это путешествие с Александром. Невольное волнение проскользнуло по телу, и Оля почувствовала странную смесь страха и того самого адреналина, что держал ее в тонусе на протяжении последних дней. А еще не могла не признать: Александр нравился ей больше, чем хотелось бы себе в этом признаться. Пускай и с его вечной лукавой усмешкой, будто он каждый день готовится к очередному сражению. Его жизнь — настоящая, с приключениями и сюрпризами, о которых она только читала.
Но тут же возникли и обратные мысли. Она знала себя и свои мечты о простой, но уютной жизни. Оля мечтала стать ветеринаром, помогать местным животным, быть частью небольшой, понятной вселенной, где ей не придется бояться того, что завтра кто-то выпустит на нее белого тигра. Все это было ясно, логично и укладывалось в простую жизненную картину. Неужели она сейчас встанет и отправится покорять мир вместе с Александром, оставив за спиной все, что она знала и к чему стремилась?
Александр, поймав ее замешательство, немного наклонился и усмехнулся:
— Слишком много всего для одного дня? — Его глаза сверкнули, и он чуть прищурился, словно догадываясь, что происходит у нее в голове.
— Это… перебор, — пробормотала Оля, подыскивая нужные слова, а затем посмотрела на него с тревогой и улыбкой одновременно.
И пока она пыталась переварить эту "рекрутинговую презентацию", в дверь номера раздался резкий стук, настойчивый и с таким ритмом, что даже Александр нахмурился. Не говоря ни слова, он поднялся и пошел открывать. Оля уже собралась по привычке выкрикнуть: "Кто там?", но в этот момент на пороге возник Николай — усталый, слегка взъерошенный и явно злой.
Секунда — и два взгляда скрестились, как сабли, один не менее острый, чем другой. Александр, в своей вечной уверенности, шагнул чуть вперед, перегораживая Николаю дорогу, а тот, почти не думая, вскинул подбородок, словно собираясь отстоять место рядом с Олей всеми силами. Оля поняла, что сейчас, возможно, начнется тот типичный сюжет, где двое мужчин выясняют, кто круче, и не на словах.
— Прекрасно, значит, ты у нас не подставной был. И впрям существуешь, — холодно процедил Николай, бросая на Александра взгляд, в котором было все: от подозрений до откровенной угрозы.
— И кто бы мог подумать? — ответил Александр, не отрывая от него оценивающего взгляда, в котором сквозило не меньше сарказма. Оля покосилась на дверь: ни охранников, ни полицейских — никого, чтобы прекратить это предсказуемое столкновение эго.
— Ой, не начинайте, — наконец, сказала она, вставая между ними, с видом строгого воспитателя, пресекающего шалости. Она поставила руки на бока и сжала губы так, что оба невольно взглянули на нее с удивлением, — может, объясните, зачем эту сцену вообще нужно было затевать? А ты что тут вообще забыл, не скажешь?! — она развернулась в сторону Коли и вопросительно подняла бровь.
Николай снова посмотрел на Александра, не скрывая негодования:
— А что он здесь делает? Я думал, ты… ты одна.
— Ну, конечно, одна, — фыркнула Оля, — просто немного мафию развлекла, спасла пару тигров. Все как всегда. Одна. Тебя только тут для полного счастья не хватало!
Александр едва заметно улыбнулся, но промолчал.
Оля, скрестив руки, встала между двумя мужчинами, которые, казалось, были готовы на словесный — а может, и не только словесный — поединок. Она оглядела обоих и с легким раздражением произнесла:
— Так, давайте сразу все выясним. Николай, между мной и Александром… ничего, за что можно предъявить претензии, не было. Все, что мы сделали — это вместе пережили небольшой триллер с тиграми и мафией, и то случайно.
Александр, не упустив случая, добавил с усмешкой:
— Если ты это считаешь "ничего", то у нас разные представления о приключениях.
Николай, услышав это, обиженно поджал губы, как ребенок, которому не разрешили съесть конфету перед обедом.
— Ладно, а ты что тогда делал с моей сестрой, когда я уезжала? — спросила Оля, слегка прищурившись.
Николай отвел взгляд, вильнул глазами, но наконец, признался:
— Ничего там не было, честно! Катя меня просто подловила. Ну, пыталась, — он почти смущенно пожал плечами, как будто извинялся за все неловкое, что произошло за последние дни..
Оля фыркнула, закатив глаза:
— Ну да, я должна в это так просто поверить по-твоему?
Николай смущенно взглянул на нее, а Александр с интересом наблюдал за их разговором, явно забавляясь происходящим.
Оля, устало вздохнув, посмотрела сначала на Николая, потом на Александра и почувствовала себя главным судьей в зале судебных разбирательств. Была бы у нее сейчас молоточка стукнуть — воспользовалась бы сразу. По крайней мере, он бы точно не помешал. За последние пару дней Оля, по ощущениям, узнала больше, чем за всю свою спокойную, домашнюю жизнь. Да, приключения, тигры, даже романтический налет присутствовал, но что-то внутри подсказывало, что пора возвращаться в более спокойный и, главное, более предсказуемый мир.
— Коля. У тебя одно единственное предупреждение. Первое и последние. Я знаю свою сестру, и, к сожалению, склонна тебе поверить, поэтому я согласна отмотать назад, но ты в свою очередь не вспоминаешь мне поездку на Кипр.
Она перевела взгляд на Александра. Он, кажется, понял, к чему идет дело, но сохранял свою фирменную уверенность, чуть усмехнувшись, как будто заранее знал, что Оля откажется от его предложения, но все равно решил дать ей шанс.
— И правда, зачем тебе весь этот цирк? — спросил он, подыгрывая ее настроению, — крокодилы в Австралии, мафия на Кипре, тигры по всему миру... Разве не лучше сидеть на диване и смотреть на это в кино?
Оля невольно улыбнулась, представив, как ее самая экстремальная авантюра теперь будет заключаться в выборе того, что заказать на обед или какой сериал посмотреть. Что-то в этом было успокаивающе разумное.
— Я, конечно, все это ценю, — сказала она, с трудом сдерживая улыбку, — но мне как-то по душе быть простым ветеринаром, без побега от мафии и сафари с тиграми, — она сделала паузу и добавила, взглянув на Николая, который, казалось, слегка выдохнул, но по-прежнему смотрел на Александра со смесью подозрения и обиды, — мне и правда хочется спокойной, обычной жизни. Ну, без риска для жизни, по крайней мере.
Александр усмехнулся и кивнул, словно признавая ее выбор, но в его глазах все еще теплился отблеск авантюры. Он сложил руки на груди, глядя на Николая с откровенной ироничной ухмылкой:
— Ну что ж, счастливчик, если хоть раз ее обидешь. Думаю, продолжать не нужно, — бросил он в с сторону олиного возлюбленного.
Николай только фыркнул, махнув рукой, но на всякий случай чуть отступил, будто сомневался, что Александр говорит исключительно в шутку.
Оля, наконец, расслабилась и чуть улыбнулась. Все это начинало напоминать сцену из комедии вперемешку с семейной драмой — она посреди двух мужчин, один из которых только что угрожал другому «экскурсией по крокодильим заповедникам». Еще минута — и мафиозная драма превратится в фарс. Александр, поймав ее взгляд, видимо, решил, что настало время подвести итог. Он, сложив руки на груди и чуть прищурившись, посмотрел на нее с мягкой улыбкой — как на ученика, который хоть и не пойдет в горы, но экзамен сдал блестяще.
— Значит, ты выбрала тихую гавань, — произнес он, чуть с грустной, но понимающей улыбкой, — скучное спокойствие против безумных приключений?
Оля чуть закатила глаза и поджала губы, изображая серьезность:
— Скучное спокойствие? Это как ты себе представляешь? В нашем ветеринарном-то!
Александр хмыкнул, будто его даже чуть задела мысль, что ветеринарный кабинет — не менее опасное место, чем джунгли по ее мнению. Но его выражение смягчилось, и он кивнул, принимая ее решение.
— Что ж, — он пожал плечами, — каждый выбирает свое. Если уж Николаю повезло, пусть бережет тебя. А если вздумает обидеть — помни, крокодилы тебя поддержат, — он подмигнул, и Оля, невольно усмехнувшись, вдруг поняла, что ее новый знакомый совсем не похож на тех авантюрных "спасителей", которых она видела в фильмах. Александр как будто и правда был готов исполнить обещание.
— Обязательно запомню, — серьезно кивнула она, как будто записывала важное напоминание, — если что — сразу звоню. Австралийские крокодилы, говоришь?
— Или где будет удобнее, — подмигнул Александр, но в его голосе на этот раз звучала легкая грусть. Оля почувствовала, как в груди что-то сжалось: на фоне всех нелепых шуток и напускного геройства это прощание вдруг показалось слишком настоящим.
Оля, наконец, расслабилась и чуть улыбнулась. Все это начинало напоминать сцену из комедии с легким криминальным налетом — она посреди двух мужчин, один из которых только что угрожал другому «экскурсией по крокодильим заповедникам». Еще минута — и мафиозная драма превратится в фарс. Александр, поймав ее взгляд, видимо, решил, что настало время подвести итог. Он, сложив руки на груди и чуть прищурившись, посмотрел на нее с мягкой улыбкой — как на ученика, который хоть и не пойдет в горы, но экзамен сдал блестяще.
— Значит, ты выбрала тихую гавань, — произнес он, чуть с грустной, но понимающей улыбкой, — скучное спокойствие против безумных приключений?
Оля чуть закатила глаза и поджала губы, изображая серьезность:
— Скучное спокойствие? Это как ты себе представляешь? В нашем ветеринарном-то! Это ты потом расскажешь, как "спокойная гавань" на тебя чайками кидается, а ты их бинтуешь.
Александр хмыкнул, будто его даже чуть задела мысль, что ветеринарный кабинет — не менее опасное место, чем джунгли. Но его выражение смягчилось, и он кивнул, принимая ее решение.
— Что ж, — он пожал плечами, — каждый выбирает свое. Если уж Николаю повезло, пусть берегет тебя. А если вздумает обидеть — помни, крокодилы тебя поддержат, — он подмигнул, и Оля, невольно усмехнувшись, вдруг поняла, что ее новый знакомый совсем не похож на тех авантюрных "спасителей", которых она видела в фильмах. Александр как будто и правда был готов исполнить обещание.
— Обязательно запомню, — серьезно кивнула она, как будто записывала важное напоминание, — если что — сразу звоню. Австралийские крокодилы, говоришь?
— Или где будет удобнее, — подмигнул Александр, но в его голосе на этот раз звучала легкая грусть. Оля почувствовала, как в груди что-то сжалось: на фоне всех нелепых шуток и напускного геройства это прощание вдруг показалось слишком настоящим.
Оля, не успевшая еще окончательно осознать все, что с ней произошло, вернулась домой вместе с Николаем. Весь полет прошел в приятной тишине: Оля обдумывала каждое мгновение, начиная от спасения тигрицы и заканчивая разговором с Александром. Казалось, ее жизнь раскололась на две половины — до и после того дня, когда она увидела этого белого тигра. Но вот они с Николаем выходят из самолета, их встречают привычные запахи и звуки, и она вдруг понимает, как ей действительно не хватает чего-то простого, родного.
— Ну, и что теперь? — спросил Николай с легким волнением, когда они уже ехали в старой такси по дороге домой. Он, видимо, все еще не верил, что Оля вернулась ради него, что она выбрала привычную жизнь и их планы на будущее.
— Что теперь? — улыбнулась она, стараясь заглушить волнение, чтобы не разреветься прямо в машине, — теперь… поженимся, наверное.
Николай выдохнул, его лицо осветила самая искренняя улыбка, которую она когда-либо видела. Никаких лишних слов, признаний и длинных речей: он просто взял ее за руку и сжал ее, как будто это касание окончательно доказало, что все наладилось.
Приехав, они зашли домой к ее родителям. Оля объявила, что они с Николаем решили пожениться, и в глазах мамы появилось что-то среднее между радостью и легкой паникой. Конечно, после всей драмы вокруг Николая и сестры Оля и не ожидала, что это пройдет без комментариев.
— Вы что, серьезно? — подняв бровь, уточнила Катя, скрестив руки и облокотившись о дверной косяк с таким видом, будто только что выиграла премию за лучший семейный скандал.
Оля взглянула на нее с легким вызовом, и впервые за долгое время поняла, что эта старая игра "младшая против старшей" больше на нее не действует.
— Да, серьезно, — твердо ответила онае И свадьба будет простой, не надо мне этих торжеств, цветов в три этажа и миллиона гостей.
Катя, кажется, была в легком замешательстве от ее уверенности, и это впервые за всю жизнь доставило Оле настоящее удовольствие. Больше она не собиралась подстраиваться и переживать за все на свете, и уж тем более уступать. Она была довольна — ее выбор был сделан, и сделан правильно.
Уважаемые читатели, на канале проводится конкурс. Оставьте лайк и комментарий к прочитанному рассказу и станьте участником конкурса. Оглашение результатов конкурса в конце недели. Приз - бесплатная подписка на Премиум-рассказы на месяц. Так же, жду в комментариях ваши истории. По лучшим будут написаны рассказы!
→ Победители ← конкурса.
Как подписаться на Премиум и «Секретики» → канала ←
Самые → лучшие, обсуждаемые и Премиум ← рассказы.