На сцену драматического театра всё чаще выходят куклы. Их нет в списке действующих лиц, но они – полноправные герои спектакля. Куклы – такие же персонажи, как и актеры, но актер может существовать без куклы, а кукла без актера – просто кукла.
В недавней премьере «Стакан воды» кукла – одно из действующих лиц, точнее, единственное бездействующее лицо, а еще точнее, бесцветный муляж. Она всего лишь «тело» без признаков индивидуальности, которому поручена роль убитого на дуэли брата сэра Генри. Покойника доставляют во дворец для церемонии прощания, и безутешный родственник разыгрывает драму утраты. По сути, он глумится над убиенным, обнимая тряпичное тело и разбрызгивая фальшивые слезы. По знаку всевластной герцогини услужливый сэр Оливер, исполняющий роль шута, хватает куклу и забрасывает на шкаф. С куклой обращаются как… с куклой. Это один из гэгов, рассыпанных по всему действию, словно скатившиеся с нити бусины. Всё происходит в духе ликующей театральности, согласно замыслу режиссера Сергея Захарина и художника Александры Карпейкиной.
Кукла в «Стакане воды» – самая простая в изготовлении, сшита из бязи с наполнением из синтепона. А в спектакле «Ревизор» играют ее двойники, только они прилично одеты – пара парусиновых человечков в плащах и шляпах. Они изображают пассажиров брички, которая прилетает невесть откуда и попадает в иное измерение, куда хоть три года скачи, ни до какого государства не доедешь. На этом их миссия исчерпывается, и вместо кукол на сцене появляются Хлестаков и его слуга. А кукол доставляют в художественно-декорационный цех для ремонта, так как падение не проходит бесследно.
А вот куклы из «Пряничного домика» находятся в воздухе гораздо дольше. Они совершают экстремальный полет, болтая ножками над сказочным городом Бременом. Да и выглядят они как живые, ведь сделаны по образу и подобию Екатерины Аникиной и Анны Замараевой, играющих волшебниц, способных к левитации. В ходе действия происходит подмена, и вот уже сами актрисы, прикрепленные к полетным устройствам, оказываются высоко над сценой.
В «Пряничном домике», населенном персонажами братьев Гримм, есть еще одна кукла – пожалуй, самая необычная из всех. Это надувной великан из силикона, растянувшийся, вместо задника, во всю длину сцены. Глаза на его огромном, в человеческий рост, лице закрыты, ведь он спит заколдованным сном, а потому безопасен. Прототипом гиганта выступил Савва Рябушинский – сын сценографа Тимофея Рябушинского, сочинившего все это сказочное великолепие. Заказывали великана в Москве, так как он очень сложен в изготовлении, зато прост в хранении и занимает совсем мало места на складе декораций.
Из мастерских новосибирского театра кукол приехал еще один гость-великан – верховая кукла для спектакля «Онегин». Трехметровую красавицу, представляющую собой каркас туловища с головой, с помощью крюков и веревок укрепили под потолком художественно-декорационного цеха, одели, обули, вывели в репетиционный зал, чтобы освоить управление ею с помощью тростей. Монстрообразное чудовище, согласно замыслу художника Константина Соловьева, двигает громадными ручищами, шагает огромными ножищами, наступает на маленькую и хрупкую Татьяну, подминает под себя, форматируя ее под удушливый социум. В этом спектакле есть и другая кукла, ростом с невысокую девушку, в поношенном синем платьице с засаленными манжетами. Онегин, получивший отповедь Татьяны, изливает душу этой бездушной кукле, держа за руку ее, а не человека, которого он растоптал.
Отдельное место среди персонажей кукольного дома занимают куклы в образе животных. Так, например, большой популярностью у зрителей пользуется талисман спектакля «Принц и нищий» – белый верблюд, которому актеры дали кличку Дархан. Он был изготовлен из мягкого полипропилена по эскизам художника-сценографа Александры Карпейкиной в мастерской специалиста по куклам Степана Шарикова. Студенты-кукольники начали дрессировать его задолго до премьеры – непросто было оживить неповоротливую махину, требующую ловкости рук и скоординированных движений. Зато результат превзошел ожидания всей постановочной команды.
Кукловоды переодеваются в черную униформу, встают в нутро верблюда, берут в руки вожатки. В финале спектакля исполнитель роли короля Генриха VIII Руслан Вяткин выводит Дархана из-за кулис, направляет его шаги, помогает спуститься с игрового пространства на черный линолеум перед зрительными рядами. Дархан встает на дыбы, демонстрирует лунную походку, поворачивает голову, кивает зрителям, медленно приближается к ним. Дети и взрослые протягивают руки, гладят верблюда по лобастой голове. Не каждый считывает притчу о верблюде и игольном ушке, которую подразумевал режиссер Владимир Данай, но все воспринимают его как живое существо, чудом оказавшееся в театре.
Участие в спектакле кукольных животных – это гарантия тесного контакта с юной аудиторией, особенно если это маленькие зрители спектакля «Эволюция, или Откуда я взялся». Ихтиостега, трилобит и обезьяна в руках Анны Замараевой и Элины Зябловой становятся живыми, подвижными, домашними. Именно такими, следуя эскизам Ангелины Ждановой, их сделала художник-бутафор «Глобуса» Полина Шиляр, используя в своей работе изолон и ткани, которые под ее руками превратились в уголок юного натуралиста. Эти забавные зверюшки помогают сделать сложное понятным, а научное – нескучным.
Яна Колесинская
29 апреля 2026 г.